наконец набралась сил я.
Должно быть, я сказала что-то смешное, ведь Адриан рассмеялся, и я тоже улыбнулась. Мне нравилось, что он смеется. Мне нравился его чуть хриплый голос, и та лёгкость, с которой мы говорим. Это зелье было хорошим! Мне было так хорошо, просто говорить все, что крутилось на уме.
А еще мне нравились слова, которые он говорил. Я не могла понять их смысл, но чувствовала, что от каждого внутри разливается тепло. А темнота уходит, уступая светлым и добрым картинкам.
— Я хочу спать, — призналась Кейму, — не могу думать.
— Все правильно, ты должна спать, — подтвердил герцог.
— Я боюсь, — сказала я.
— Темноты? — спросил Адриан, я постаралась открыть глаза, но уже не смогла. Это стало для меня разочарованием.
— Завтра ты уже не будешь меня любить, — где-то внутри себя осознавала я. Адриан снова рассмеялся, и снова я улыбнулась этому.
Я попыталась вспомнить, что сказала. Наверное, это было что-то смешное. Ну и неважно, главное, Адриану это понравилось.
— Элеонора, я такой идиот, — сказал Адриан, — я постоянно говорил совсем не то, что ты должна была услышать.
— Почеууу, — выдавила я, скомкав часть слова.
— Расскажу тебе, когда проснешься, — ответил Адриан и поцеловал меня над ухом. Я уже совсем смутно понимала происходящее и, тем не менее, хотела возразить. Но не смогла, язык перестал шевелиться. — Какая же вы упертая, леди Фокс. Я долго пролежал в лечебнице, но не видел ни одного человека, который продержался бы так долго после приема снотворного.
Я возмущённо вздохнула. Сама не знала, чему возмущаюсь, но, кажется, меня оскорбили.
— Спи, Эли, спи. Не бойся, я буду любить тебя, когда ты проснешься, буду любить тебя завтра и послезавтра, и каждый день своей жизни. Обещаю.
Адриан еще что-то сказал, а потом еще. Но я уже не слышала. Кажется, он говорил о нашей жизни, которая будет счастливой. В моей голове тьма распалась перед ярким светом. Я увидела силуэт герцога, он не хромал, а шел спокойно, без боли. Кейм подхватил на руки маленькую девочку, которая была очень похожа на него. Рядом оказалась Пэгги, она что-то говорила, и Маргарет, на которой было чудесное розовое платье. Она улыбнулась и помахала мне. А вокруг были любимые мамины лилии, и светило солнце. И где-то в глубине души я понимала, что это сон. Но в этот раз решила не просыпаться до последнего.
25
Адриан
Я рассказал все, что знал. Про Аделаиду, Фабию и лорда Ларсона. Старался передать информацию наиболее структурировано, хотя у самого болела голова, и это давалось мне с трудом.
С тех пор, как я потерял фамильяра, мне все давалось с трудом. Думать, ходить, писать. Все кости ломило, нога начала ныть с новой силой. И только присутствие Элеоноры в моей жизни давало силы бороться.
Когда Марк закончил записывать, я вспомнил неприятную деталь.
— Еще одно, — добавил, вздохнув, — я не проверил корреспонденцию в тот вечер. У меня плохо шли дела с расчетами, и я забыл просмотреть свежую почту.
Слова сразу отдались во мне злостью. А если в тот вечер я пропустил что-то важное? В доме сгорело все, я даже не мог связаться со старым знакомым, который должен был прислать информацию о Фабии.
Марк хмыкнул и что-то начеркал в своем блокноте. Думаю, он подумал о том же.
— У Ларсона есть алиби на эту ночь. Его признали виновным за нападение в лесу. Оказалось, именно он стрелял в тот день, — сказал Марк.
— Я так и думал, — честно ответил и потер виски. — Мне кажется, что прошлый пожар и этот связаны.
Поделился с Марком, и он кивнул.
— Это логичное предположение, – сказал он. — Я дам приказ допросить леди Аделаиду, думаю, она может располагать нужной информацией.
Я был уверен, она что-то знает. Но не стал говорить, так как Марк задумался, а я не хотел сбивать его с мысли.
— Есть предположение, с кем мы имеем дело? — раздался тихий голос Элизабет, которая притаилась с чашкой отвара.
— Аристократ, с личными счетами. Сильный маг, который смог отвязать фамильяра. Предположительно, его стихия огонь или… воздух, — ответил Марк, нахмурившись.
— Воздух? — переспросил я.
— Ты ведь сказал, что огонь тебя не слушался в прошлый раз? — переспросил Марк.
Я снова окунулся в неприятные воспоминания.
— Да, когда умерли мои родители, я пытался управлять огнем, но он был какой-то неправильный.
Я вспомнил отрывки, где огонь не поддавался контролю.
— Разве родная стихия не должна тебе отвечать? — тут же спросил Марк, и я кивнул. — Я встречал пожары, которые устраивали маги воздуха. Достаточно всего одной спички, чтобы разнести огонь по всему дому. Какой магией обладает сама Аделаида?
От неожиданного вопроса Марка я даже вздернул бровь. Должно быть, прочитав вопрос в моих глазах, Марк поспешил объясниться.
— Возможно, она или ее родители нашли более выгодную партию. Разорвать брак, который благословил сам король, не так уж и просто.
Удивительно, что я сам никогда не думал об этом.
— Она бытовой маг, — тут же сказал я, вспомнив последнее представление, которое она показала для нас с Элеонорой. — Но, кажется, ее отец маг воздуха.
Это было так давно, что я уже не мог говорить точно.
— Значит, он будет одним из первых в списке подозреваемых, если пожары связаны, — Марк снова начеркал что-то в своей записной книжке.
— Духи святые, неужели она могла решиться на такое ради более выгодной партии? — с ужасом спросила Элизабет, Марк дернул плечами.
— Ради денег, Лиззи, люди готовы на многое. К слову, проверить тетку Элеоноры также необходимо. Возможно, эти два случая не связаны. Тогда уже она займет первое место в списке подозреваемых.
Марк снова задумался над всем написанным. А я посмотрел на Элизабет, которая, как оказалось, успела округлиться.
А ведь я написал письмо с просьбой приехать Марку одному, но, зная Лиззи, можно было сразу распрощаться с этой идеей.
— Не знаю, насколько мое предложение будет уместно, — неожиданно прервал тишину Марк, — но, думаю, я обязан предложить стандартную процедуру в таких случаях.
Я даже вскинул бровь от его делового тона.
— Возможно, тот, кого мы ищем, хорошо прячется и не оставляет следов, — начал жандарм. — Если
