— хихикнула она.
На самом деле я был доволен результатом. Я действительно нуждался в том, что могла предложить София. И я знал, что если дойдет до дела, я выберу ее и справлюсь с последствиями. В конце концов, не пытаясь быть грубым, Петра была не более чем удобной интрижкой, такой же, какой была Мэри Харрисон, за исключением того единственного особого случая.
Мы подошли к дому Софии и прежде чем Петра и Томаш продолжили идти по улице, она схватила меня и подарила один из своих обжигающих поцелуев. Мы попрощались и София и я вошли в ее дом.
Она привела меня прямо в свою комнату, закрыла дверь и включила радио.
«Я рада, что ты пришел со мной сегодня вечером», — сказала София. «Я чувствую, что тебе все еще больно, и хочу помочь тебе почувствовать себя лучше».
«Занятия любовью помогают, но твоя забота обо мне помогает еще больше. Делай это, только если хочешь, а не потому, что думаешь, что мне это нужно».
«Я хочу. В прошлый раз это было прекрасно. Можем ли мы сделать то же самое?»
Я обнял ее и крепко поцеловал. Мы быстро сбросили одежду и легли в постель. Мы занимались медленной, страстной любовью дважды в течение нескольких часов. Я чувствовал, как любовь изливалась из Софии ко мне все это время, как наши тела двигались вместе. Это не была связь, как у меня с Дженнифер, но что-то совсем другое. Наши души не соединились, но я чувствовал любовь во всем, что делала София.
Когда мы закончили и обнялись, она придвинулась и посмотрела мне в глаза.
«Jag älskar dig, Steve. Glöm aldrig bort det.» («Я люблю тебя, Стив. Никогда не забывай об этом»).
«Tack Sofia, det betyder mycket för mig.» («Спасибо, София, это много значит для меня»).
Мы еще немного пообнимались, потом встали, чтобы одеться.
«Тебе нужно провести ночь со мной? Я могу попросить маму».
«Я бы с удовольствием, но как насчет твоего папы?».
«Мама может объяснить ему, я думаю. Давай я спрошу у нее и, может быть, мы сделаем это в следующие выходные».
«В следующие выходные я занят. Моя подруга приезжает из Хельсингборга и мы идем на концерт ABBA. Она будет здесь до воскресенья».
У нее было разочарованное выражение лица: «ОК».
«Прости, я не хотел тебя обидеть».
«О, прости, я не обиделась, просто разочаровалась, что ты не можешь остаться. Как насчет следующих выходных?»
«Когда захочешь», — сказал я. «Могу я задать тебе вопрос?»
«Конечно; все, что угодно».
«Как ты думаешь, Петра расстроится, если я скажу ей, что предпочитаю видеться только с тобой?»
«Она не рассердится, просто будет разочарована. Она думает, что ты лучше, чем другие парни, с которыми она спит».
«Похоже, их довольно много».
«Да, вообще-то она не очень разборчива. Ей нравится секс, очень нравится, и она хочет заниматься им так часто, как только может».
Не Мэри Харрисон, которая была практически моногамна, хотя и с парой исключений, в основном связанных со мной. Она была больше похожа на девушку, с репутацией как у Джанет Оуэн, только в этот раз обоснованной. И это сравнение укрепило меня в мысли, что мне нужно покончить с Петрой.
«Завтра я скажу ей, что предпочитаю видеть только тебя».
«Только меня или только не Петру?»
«Ну, я имел в виду просто не Петру. Это проблема?»
«Я не знаю», — вздохнула она. «Ты уедешь через восемь месяцев или около того, но ты знаешь, что я чувствую к тебе что-то особенное. Не волнуйся об этом сейчас, пожалуйста».
У Софии были те же опасения, что и у Пии, хотя Пия не знала, что я был с другими девушками. Я подумал, не могут ли эти выходные быть последними для меня с Пией, потому что она упомянула о встрече с Юханом. Этот наш концерт ABBA мог стать последним. Мне было бы немного грустно от этого, но я знал, что это возможно, и был готов к этому.
Я поцеловал Софию на прощание и отправился домой. Я быстро перекусил хлебом, ветчиной и сыром и присоединился к Патрику и Сюзане в семейной комнате, чтобы посмотреть телевизор. Около 21:00 я позвонил Пии, чтобы узнать о наших планах на концерт. Она сообщила мне, что ее поезд прибудет в 16:00, и я пообещал, что встречу ее на вокзале. Оттуда мы сразу отправимся на концерт в Scandinavium Arena. Повесив трубку, я пошел читать, а затем крепко уснул.
В воскресенье, после моей обычной утренней рутины, я оделся для обеда у Петры и приехал в 11:30 утра, как мы и договаривались. Она пригласила меня войти, и после того, как я поприветствовал ее семью, она провела меня в свою комнату.
«Итак, что на обед?» — ухмыльнулся я.
«Я, конечно!» — хихикнула она.
«Может, сначала поговорим?»
«Конечно; о чем?»
«Мне весело с тобой, правда, но, если честно, я бы предпочел быть с Софией».
«Я знаю это, глупыш! Это было ясно с тех пор, как мы впервые встретились. Нам с тобой весело, но у тебя с Софией есть нечто большее. Ты ее первый и единственный любовник. Ты знаешь, что у меня их было немало, и я люблю веселиться на вечеринках. Все в порядке. Ты очень хорош, но я знала, что это только ради забавы».
«Я не просто очень хорош, но ты даже не представляешь!»
«Что ты имеешь в виду? У меня отличные оргазмы, а ты не кончаешь за две минуты, как большинство парней, с которыми я общаюсь».
«Я могу показать тебе, если ты позволишь. Это ОЧЕНЬ отличается от того, что ты делала раньше. Но ты должна делать то, что я говорю».
«Отличается? Как?»
«Очень нежно, очень медленно; заниматься любовью двадцать минут или больше, и ты испытаешь по крайней мере три оргазма. Потом немного отдохнуть и снова заняться этим».
«Двадцать минут? Ты шутишь! Никто не может быть настолько хорош!»
«Нет, я не шучу. Хочешь, я покажу тебе?»
«Да, пожалуйста», — сказала она, все еще полная сомнений.
Я притянул ее к себе и нежно поцеловал.
«Только нежные поцелуи, ОК? И делай это очень медленно. Это значит, что ты будешь следовать моему темпу и скорости, ОК?».
«Да».
Я снова поцеловал ее и снял с нее одежду. Она сделала то же самое для меня. Я достал резинки из джинсов и положил их на столик рядом с ее кроватью. Мы забрались в кровать,
