— Магистр Астер гран Тесса, — исправила я. Да, магистерская цепь — это то, что я изо всех сил хотела выставлять напоказ. Магистру дозволено больше, чем обычному мастеру. И директор это знал. Он поморщился.
— Лиах гран Дари, магистр истории и военной теории, уже седьмой год как директор этого… — гран Дари поджал губы, видимо пытаясь найти сравнение для Академии. — Этого бедлама.
— Рада знакомству, — я старалась быть вежливой.
— А я уже сомневаюсь в том, что это было правильным решением — просить о новом преподавателе, — качнул головой он. — Вы хотели обратить на себя внимание? Вы этого добились.
— Но я не сказала неправды, — мне было что ответить. — Твари действительно появились далеко за пределами того ареала, в котором они должны обитать. Или что-то изменилось на болотах, или же вы раньше больше внимания уделяли практике, а теперь никто не зачищает территорию вокруг Академии. Ведь курсанты обязаны это делать?
— Действительно, сейчас количество патрулей меньше, — вздохнул директор. — Но Академия по-прежнему выполняет свои функции, просто не так рьяно, как когда-то. Я вышлю отряд, мы исправим эту оплошность… Такое решение вас удовлетворит?
— Почему стало меньше патрулей?
— Пропали одиннадцать человек за последние полгода.
— Так много? Это нормально? — ошарашено посмотрела на директора. Нет, смертные случаи даже среди магов-инженеров были, но два-три человека в год. А здесь одиннадцать…
— Конечно, нет, — резко ответил гран Дари. — Это много даже для егерей. Обычный уровень смертности это дюжина в год — дуэли, наркотики, прогулки по болоту ночью... тела мы находили быстро.
— Что поменялось теперь?
— Пропали не только курсанты, но и один лектор — помощник инструктора по ближнему бою. То есть вы понимаете, Астер, что этот человек не мог просто так исчезнуть. Ко всему прочему это произошло днем, двое не вернулись из обычного патруля, остальные выходили в светлое время суток в ближний лес.
— Возможно, они сбежали?
— Да, среди них не все были отличниками учебы. Но сюда приходят добровольно и уйти из Академии тоже можно добровольно. К тому же инструктор исчез перед зарплатным днем, — отбросил мое предположение гран Дари. — Незачем им было бежать. А потом…
— Вы нашли тела? — поняла я по напряженному выражению лица моего собеседника.
— Не все. Частично. Опознать удалось только некоторых. До сих пор не знаем, кого удалось захоронить, а кого — нет. Все курсанты знают, что работа егеря — опасная, но рисковать больше, чем уже рискуешь, никто не желает.
— На болотах стало опаснее? — мой голос был едва громче шепота.
— Судя по записям прошлых директоров, ранее в патрули вообще по два человека ходили. Смерти случались, но не такие… Предыдущий директор вывел курсантов на сражения с альвами. Почти половина не вернулись с поля боя, а еще треть выживших покинула эти стены навсегда. После Академии пришлось восстанавливаться почти с нуля. Мы не можем себе позволить терять курсантов больше обычного. Я увеличил патрульную группу, но это не спасло. Теперь только десятками и ближний лес, и никогда в одиночку. Каждый год советуем крестьянам обновлять заборы и нанимать магов…
— О ваших проблемах знают?
— Разве мы кому-то нужны? — хмыкнул директор. — Поймите, Астер, ситуация на первый взгляд очень проста: громче кричишь — скорее придет помощь. Только в нашем случае все по-другому: громче кричишь — и Академия просто перестанет существовать. А для многих в этих краях, да и не только, это место — пропуск в лучшую жизнь.
— Но смерти курсантов — это проблема. Ухудшение обстановки на болотах — это проблема!
— Да, но кому охота заниматься дотационным заведением? По мнению попечительского совета мы только зря потребляем средства. У вас впереди два года. Проведите их с минимальным для себя и окружающих напряжением, не высовывайтесь, — посоветовал мне директор. — Мы все равно ничего не можем сделать.
— А если доказать, что это не егеря потеряли квалификацию, а твари изменились? — фроскур-то сразу показался мне странным. Было бы интересно влезть во внутренности этой твари и все досконально проверить. По поводу ситуацией в Академии я пока ничего решила, было рано разбираться. Ведь я еще толком и не видела ничего, не слышала сплетен, не заглядывала в библиотеку и не разговаривала с живущими здесь людьми.
— Денег на исследования нет, — пожал плечами гран Дари. — Хотите на добровольных началах заняться этим — пожалуйста.
Директор развязал мне руки, вот только подступиться ко всему и сразу было сложно. Слишком много хлопот было связано с привыканием к новому месту. Хорошо хоть, в Академии были уборщики, так что комнату мне не пришлось чистить самостоятельно. А вот лабораторию пришлось приводить в порядок самостоятельно. По факту это лучше бы переложить на плечи лаборанта. Вот только где я и где лаборант. Я и на магистра-то не тяну — в рабочих штанах, с половой тряпкой в руках и с покрасневшими глазами от чистящего средства. «Ничего, все образуется», — повторяла я снова и снова. В башне я сама все убирала. И эта лаборатория тоже постепенно станет моей. И лекции буду проводить так, как мне хочется. И исследование я завершу. И, возможно, жизнь в Академии станет приятнее. Нужно только начать: например, договориться с директором насчет сбора трав вокруг Академии. В учебном плане так и сказано “растительные ингредиенты, произрастающие на болотистых почвах”.
— Ты же понимаешь, что это опасно? — поинтересовался гран Дари в ответ на мою просьбу — несколько курсантов-сопровождающих. Это был не первый наш разговор, и общаться мы с гран Дари стали ближе, на равных. — Ты гарантируешь, что никто из вас не исчезнет в болотах?
— Мы выйдем завтра утром, вернемся до темноты, разделяться не будем. Я отмечу в ближнем лесу места произрастания нужных мене трав — и все, — я не стала упоминать, что мне бы поймать еще фроскура или даже двух. Тогда бы директор вообще никого со мной не пустил. — Мне нужно проводить занятия, а склад пуст…
— Мне кажется, я пожалею, — вздохнул гран Дари. — Хорошо. Амулеты и оружие возьмешь перед выходом в оружейной. Я распоряжусь.
44. Эгиль
Со всех сторон раздавался противный визг. Выбор был небольшой, по сути его вообще не было. Бежать и только. Но получится ли? Рассчитывать шансы было некогда, я решил пробовать, иначе навсегда останусь здесь же — в болотах под колючим кустом. А сегодня явно не тот день, когда я готов бросить свою жизнь.
Я не стал поворачиваться спиной к тварям, сначала резко отпрыгнул назад. И сразу взялся за меч. Мне не нужно было ничего говорить охотнику, он и сам все понял. Рванул в ближайшие кусты, а я вслед за ним. Задержался только, чтобы швырнуть в сторону противника искры. Прикончить всех мне было не по силам, но оттолкнуть, испугать огнем — да, сейчас это был лучший вариант.
В кусты за охотником я не прыгнул. Было уже поздно. Он сам выскочил оттуда, отмахиваясь от тварей длинным ножом. Нужно брать левее, может, нас не окружили. Я проткнул мечом двух фроскуров и метнулся за вдоль широкого распадка, по которому мы до этого шли. На бегу я мысленно подгонял пустоту, которая образовалась внутри меня после заклинания, чтобы она скорее наполнилась. Использовать магию несколько раз подряд сейчас нельзя, иначе свалюсь с ног. Не смогу отреагировать на нападение. Значит, нужно просто бежать и…
Охотник вывалился почти мне на голову, поскользнулся и потерял равновесие. Под ногами мокрая трава, грязь и лужи. Я сбился с шага, подцепил его за воротник куртки и толкнул его вперед. Сверху сыпались твари.
Полоснуть по ним мечом, отпрыгнуть, пнуть кинувшуюся под ноги тварь, перепрыгнуть еще одну и рвануть дальше. Главное, не останавливаться. Не думать о том, что я совершенно не соображал, куда бежал.
Куртка охотника мелькнула в просвете между деревьями, я обежал препятствие и резко замер — ноги проехали по мягкому дерну, утонули в черном песке. Мы оказались на берегу заболоченного озера. Охотник сразу же влез в воду, а я опоздал. Пришлось бросить еще одни искры, чтобы фроскуры не прыгнули нам сзади на спины. Я был уверен, что они, может, и не плавали, но в воде — особенно на мелководье — чувствовали себя превосходно. Искры жалили тварей, отчего те визжали еще сильнее. Увы, это приводило к обратному результату: визг не распугивал сородичей, а звал их присоединиться.
