— Я далека от этого, мистер Трэвис, я напугана. Никогда в своей жизни я не видела столько денег, и я не могу поверить тому, что вы говорите: что эти деньги принадлежат мне или что я могу на них претендовать. Я просто не знаю, что с ними делать.
— Вы не волнуйтесь, мисс Морган. Мы займемся этой историей, причем к полному вашему удовлетворению. Первое, что мы сейчас должны сделать, — это найти какое-то надежное место для этих денег, по крайней мере на время. У вас найдется большая сумка?
— Вон там, наверху, лежит одна. — Белла указала на верх шкафа. — Он иногда использовал ее.
Мистер Трэвис взглянул на сумку.
— То что надо, — сказал он.
— Подождите минутку, мистер Трэвис, — Белла дотронулась до его руки. — Как же я всем объясню, я имею в виду своих парней, и… ну, людям, у которых я собираюсь делать покупки, откуда эти деньги взялись… И как вы думаете, сколько их там?
Мистер Трэвис ответил:
— Я не уверен, но, если грубо прикинуть, более четырех тысяч фунтов. Поскольку соверены золотые. Они теперь стоят дороже, чем когда их приобретали, ведь цены на золото всегда колеблются.
— О Боже!
— Ну-ну, присядьте, мисс Морган. — Он мягко подтолкнул ее к кровати. Затем, глядя на Рини, замершую у стены, он сказал ей: — Разве вы, моя дорогая, не считаете, что ваша подруга достойна обладать такими деньгами?
К удивлению Беллы, повернувшейся, чтобы посмотреть на нее, Рини открыла рот и твердо произнесла:
— Да.
— Слышите, мисс Морган? Вот и подтверждение, причем твердо сказанное, да еще и той, которая все это нашла. А теперь послушайте меня. Мы должны придумать что-нибудь правдоподобное для объяснения изменений в вашей жизни. Но об этом позже. В данный момент мы должны убрать эти деньги в надежное место до завтрашнего утра, а я до утра должен обсудить ситуацию с моим партнером. Завтра, мисс Морган, я попрошу вас надеть вашу лучшую одежду, и я отвезу вас на встречу с ним и с моим отцом. А теперь давайте припрячем эти деньги.
На следующее утро мистер Трэвис пришел с большим портфелем. Белла сама открыла ему дверь, и он тихо сказал ей:
— Мисс Морган, я подумал, что лучше мне самому приехать и помочь вам вынести наш багаж из дома как можно более незаметно, потому что не стоит переносить его в той большой сумке. Я принес свой портфель, а плюс еще ваша хозяйственная сумка и ваша дамская сумочка — и мы, я уверен, сможем вынести из дома ваше добро, не вызывая лишних вопросов. Что вы на это скажете?
— Да, я сама уже думала о том, как мы это все вынесем, и что я буду очень рада, когда их здесь не будет.
Он тихо рассмеялся, а потом сказал:
— Ну хорошо, займемся делом.
Через полчаса мистер Трэвис открыл перед клиенткой дверь своей конторы, занимавшей два этажа обычного с виду дома на боковой улице вблизи главной торговой площади. Он провел ее через фойе, мимо секретаря в приемной, с интересом посмотревшего на них. Они вошли в лифт и поднялись на второй этаж. Там их встретил высокий мужчина, который сразу забрал у Трэвиса тяжелый портфель и помог ему снять пальто.
— Вас ждут в комнате для совещаний, сэр.
Мистеру Трэвису пришлось положить руку Белле на спину и слегка подталкивать ее, чтобы провести через покрытый ковром холл к тяжелой дубовой двери, через которую они вошли в комнату, пахнущую кожей, дымом сигар и чем-то, названия чего она не знала.
Ей показалась, что комната полна мужчин, однако их там было всего четверо, включая мистера Трэвиса, который взял у нее хозяйственную сумку и дамскую сумочку и положил их на кожаный диван, где уже лежал его портфель. Затем он подвел ее к креслу, в котором она буквально утонула. Ее тело показалось намного меньшим, чем обычно.
— Это мой отец, мисс Морган. — Мистер Трэвис кивнул в сторону на старика, который, казалось, заполнял собой всю комнату.
Голос, донесшийся до нее, больше бы подошел бодрому мужчине лет пятидесяти, потому что его глубокий низкий тембр просто поразил ее.
— Рад познакомиться с вами, мисс Морган. Извините, что я не встал, чтобы приветствовать вас. Могу также добавить, что я слышу о вас уже не в первый раз, потому что в прошлом вы некоторым образом оказали помощь моей семье.
Что она могла сказать на это? Ничего. Она даже не улыбнулась, потому что, как она призналась себе, совершенно растерялась в этой красивой комнате с картинами на стенах, на которых были изображены мужчины в облачении мэра.
— А это, — продолжал мистер Трэвис, указывая рукой на высокого мужчину, сидевшего слева от Беллы, — мой партнер и, к несчастью, мой двоюродный брат. — Это вызвало волну смеха у сидевших за столом.
Этот мужчина встал, наклонился к Белле, взял ее руку и сказал:
— На это замечание я могу ответить тем же, но с тысячекратным усилением, мисс Морган. Однако должен сказать, что я более чем рад знакомству с вами. Я тоже наслышан о вас и ваших добрых делах по отношению к людям, которым в жизни не очень повезло.
Белла не нашла, что сказать, и только выдавила из себя:
— Спасибо.
— А это очень важный человек, который контролирует нашу деятельность, — снова заговорил мистер Трэвис. — Это наш бухгалтер, мистер МакЛин.
Маленький человечек, сидевший у дальнего конца стола, поднялся, подошел к ее креслу, и, пожав протянутую ему руку, сказал:
— Рад познакомиться с вами, мисс Морган. — Затем наклонился еще ниже, широко улыбнулся и сказал громким шепотом: — К счастью, я не являюсь членом этой семьи.
— Мы должны поблагодарить Бога за это! — раздался голос из большого кожаного кресла. И все снова рассмеялись, а Белла подумала: «Они похожи на обычную семью».
После этого мистер Трэвис поднял портфель и положил его на стол, а потом, наклонившись, поднял сумку Беллы.
— В ней только то, что нам нужно, мисс Морган?
— Да. Я вынула из нее все лишнее. — Она улыбнулась, и он улыбнулся в ответ.
Усевшись рядом с ее креслом, он сказал:
— Мистер МакЛин сосчитает содержимое вашего небольшого золотого прииска специально для моего отца. Он никак не может поверить, что все эти деньги тайно хранились в вашем доме и, возможно, пролежали бы там до разрушения дома, если бы вы не решились сделать себе подарок в виде напольного ковра.
Бухгалтер и партнер начали пересчитывать деньги. Их пальцы летали над банкнотами настолько быстро, что Белла никак не могла поверить, что они считают деньги. Когда добрались до мешочков, соверены буквально потекли на стол, что вызвало восклицание у старика, сидевшего в кресле:
— Ну и ну! Я уже многие годы не видел такого количества монет.
