— …демон на сто процентов, но при этом плоть от плоти этого мира, — торопливо продолжала Ино. — Она хранитель этого мира. Через неё Владыки…
— Демоны, — поправил я. — Грязные демонические ублюдки.
— …демоны могут менять законы, по которым действует этот мир. Так они породили Силу и установили правила, по которым люди получают её…
А вот это уже было интересно.
— Выходит, — подытожил я, — если прикончить твою мать, законы мира можно отменить?
— Возможно, — Ино пожала плечами. — Но… её не прикончить. Она уже мертва. Даже если уничтожить её тело, это ничего не решит.
Я улыбнулся.
Да, задачка нелёгкая. Но… и не разрешимая.
Прикончить демоническую подстилку — и можно будет сделать всё, что угодно. Я смогу вернуть себе всю магию, а не только ту, что воздействует на человеческое тело. Я смогу разделить Силу и Тьму, изгнав второе и оставив первое себе. Возможно, я даже смогу лично, без демонов открыть портал в свой мир!..
Осталось лишь придумать, как решить неразрешимую задачку.
Я поднял меч.
— Стой! — вдруг выкрикнула Ино. В её глазах светился испуг — кажется, она от самой себя не ожидала этой вспышки.
— Что такое? — уточнил я.
— Если ты… я не…
Она помотала головой.
— Я рассказала тебе всё, что знала. Это большой риск.
— Так.
— Если ты правда сумеешь сделать это… — Ино воззрилась на меня, — верни меня к жизни. Ты же некромант!
— Тебе не очень-то понравится бытие нежитью, — отозвался я.
— Тогда воскреси меня, — отрезала она.
Я поморгал глазами, осознавая сказанное ей.
— Ну, — покачал я головой, — теперь я твой должник, Сонним. Так что я попробую — хотя бы в качестве благодарности.
***
Что можно сделать с бессмертным трупом, который нельзя убить по той причине, что он уже умер?
Правильно. Воскресить. Ино Сонним подбросила мне эту великолепную идею, и теперь я воплощал её в жизнь — с небольшими правками.
Демоническая защита действовала от противного — пока Мать Рока мертва, ей было невозможно навредить. А если…
Крысы закончили чертить пентаграмму. Отлично, теперь это место непроницаемо для демонов. Это даже не магия — так, знание того, как защититься от этих чертей.
Правда, пентаграмма не выпустит и меня самого. Слишком много во мне Тьмы. Что ж, пока мне это и не нужно.
Преобразовать кровь. Запустить сердце. Размягчить ткани…
Новый удар Сонним пропустила — от неожиданности. Кровь заструилась по монтировке — уже более жидкая, но ещё чёрная.
Нет, не подходит.
— Что ты делаешь? — отшатнулась мумия от меня.
— А что, не нравится? — хмыкнул я.
Конечно, по-настоящему живой её не сделать. Воскрешение мёртвых, полноценное и безоговорочное — это из разряда умений скорее не магов, а богов. Но… я могу сделать некое подобие жизни. С красной, живой кровью.
— Это не сработает, — справившись с первым шоком, Сонним взглянула на меня со всё тем же напускным презрением. — Решил сделать меня живой? А что дальше? Убьёшь меня опять, вернув всё на круги своя?
Я не слушал её болтовни. Госпожа Сонним была уроженкой этого мира, пешкой в планах демонов. Она слишком мало знала о магии, о законах, по которым та работает. О том, например, какое огромное значение имеет живая кровь.
Достать хотя бы пару капель…
Новый удар. Кровь уже не чёрная — она густо-бурая, как горячий шоколад или жидкая грязь.
Поднапрячься ещё раз. Сонним легко сможет сопротивляться, если я начну атаковать её магией, но это, по сути, и не атака… она просто не сообразит, что делать.
Удар. На этот раз — опять с её стороны; не устояв на ногах, я рухнул на землю.
— Знаешь, что ещё? — заключила Мать Рока. — Владыки разрешили мне прикончить тебя, если ты откажешься от их предложения. Сила просто вернётся ко мне.
Ха, как же. Тебе разрешили драться со мной, чтобы я мог тебя победить. Тебя послали на заклание. Вот только демоны думали, что я уничтожу твоё физическое тело и успокоюсь.
Как бы не так.
Ударить в ответ не было времени — я перекатился по песку, уходя от удара Сонним. Позволить раскроить мне череп не входило в мои планы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Впрочем, цель была уже близка. Кровь продолжала течь из царапин Матери Рока… красная.
Есть.
Я протянул вперёд монтировку. Даже не ударил — просто подставил её под капли крови. Одна, две, три… вполне достаточно.
А затем — движение вверх; удар в подбородок, сбивающий госпожу Сонним с ног.
Я поднялся. Монтировка взлетела вверх — и опустилась на колено Матери Рока. Будь она мумией — двигалась бы и со сломанными руками, но в нынешнем полуживом состоянии её куда проще обездвижить. А обездвижив…
Итак, местный мир завязан на демонической части души Сонним. Уничтожить её — и заберёшь у демонов ключи от мира, консоль администратора. Всё вернётся к исходном состоянию.
Новый удар. Ещё одна нога сломана. Силы на то, чтобы раздробить кости мне хватало — а живая Сонним понятия не имела, как залечить раны. Конечно, она будет трепыхаться — но это мне не помешает. Главное — сделать всё быстро.
Удар по правой руке. Удар по левой руке. Удар по позвоночнику — сильный, дробящий.
Тело готово. Теперь займёмся душой.
Обездвиженный демон. И предмет, на который пролита капля его крови.
Помнится, когда я заключал в монтировку душу Вальтера, у меня ушло часа полтора. Вот только тогда я был слаб и действовал буквально на пределе своих сил.
Что-то мне подсказывало, что сейчас я справлюсь самое большое за полчаса.
Глава 30
Я говорил, что справлюсь за тридцать минут?..
Справился за двадцать пять.
Искажённое болью лицо госпожи Сонним ещё было живым, но теперь это было человеческое лицо. Ну… серое, перекошенное и морщинистое, но человеческое.
Ненадолго, впрочем. Вся демоническая часть, поддерживавшая в трупе жизнь, перешла в монтировку, а человеческой части долго не протянуть. Госпожа Сонним умирала — после двух сотен лет существования, с переломанными костями и ужасом на лице.
— Что… что ты сделал? — просипела она, пытаясь поймать глазами мой взгляд. Я спокойно поглядел в ответ. Теперь не такая презрительная и уверенная в себе, а, снежная королева?
— Вернул тебя в изначальную форму, — заметил я. — Хотя бы ненадолго.
А затем опустил монтировку на голову госпожи Сонним. В этот час я был кем угодно, но только не светлым героем, так что — никакой защитный механизм не сработает, не откатит совершённое мной.
Монтировка… кажется, так хорошо она себя не чувствовала со дня своего изготовления на Челябинском тракторном заводе. Руны, вырезанные светлым жрецом, буквально светились от наполнявшей её энергии.
Возможно, душа Сонним сопротивлялась бы — как сопротивлялась поначалу душа Вальтера, оставаясь дикой и «необъезженной» энергией. Но… новые свойства монтировки действовали, перековывая то, что ещё недавно было душой демона, в чистую силу.
И безо всякой примеси тьмы, заметьте.
Крутанув монтировку в руке — прекрасное чувство, столько мощи, столько силы!.. — я прислушался. Что там происходит снаружи круга. Демоны, кажется, не спешили прорваться; даже спецэффекты с мигающим солнцем и тряской сошли на нет. Может быть, всё ещё думали, что всё идёт по плану, и проще отдать мне на откуп этот мир. А может, банально боялись.
Демоны трусы, если вдуматься. Вся их бравада, вся самоуверенность — проистекают из ложного чувства собственных силы и непобедимости. А если демон вдруг осознаёт, что рядом оказался кто-то по-настоящему сильный, опасный и смертоносный…
Шкура страшного чудовища слетает, и остаётся мелкий бесёнок, дрожащий и жалкий в своём убожестве.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я вдруг снова почувствовал лютое желание убивать. Демонов, не людей — люди были только разминкой, а вот демоны…
Стоп-стоп-стоп. Истреблять этих гадов — дело хорошее, но мне бы всё же избавиться от Тьмы внутри себя. Теперь я, пожалуй, смог бы отделить её от Силы, оставить себе второе и отбросить первое…
