Читаем без скачивания Кости и цветы - Ярослав Гивиевич Заболотников

смотрела, как мефит кружит над полом, где не за что было зацепиться взору. — Оставили ловушку. Вероятно, подрывную руну.

Скарги возвратился на плечо, и с поднятой ладони сорвался поток огня. Едва он ударил в обозначенное место, оно засверкало пойманной в клетку зарницей и громко затрещало. А через пару мгновений всё стихло, точно ничего и не произошло, — лишь в глазах блекнущим напоминанием плясали световые пятна.

— Нехилая такая ловушка, — негромко заметил Джон, чьи пальцы щекотало оперение наложенной на тетиву стрелы.

— Угу, прожарило бы до корочки… — Рэксволд держал наготове арбалет, стальной кранекин которого слабо блестел от долетавшего со стороны входа мерцания: непонятно, чем вампиры обрабатывали снаряды, но огни во дворе до сих пор горели.

Неспешные силуэты в тёмном проходе служили отвлекающим манёвром. Если бы прячущийся в засаде признал себя обнаруженным, мог атаковать раньше времени, не дав Эсте проверить этаж. Однако он был безлюден. Тем не менее Лайла продолжала держать в сознании вычерченные проекции, чтобы при малейшей угрозе без промедления развернуть магические щиты.

Поднятый взор зажёг над головами пламенный шар — оранжевый свет озарил голые стены, испачканный кровью пол и затерялся в зале. Вампирши вошли в него первыми. Эста покрутила армиллярную сферу, а Лайла возвела взгляд к своду с изображением звёздного неба. В остальном тупиковый зал был ничем не примечателен. Всё намекало на загадку, способную открыть потайной ход, которым воспользовались дэнрийцы. Однако возникла и другая теория:

— В портал сдристнули? — Эрминия пялилась на латунные кольца сферы. — Смахивает на какую-то магическую штуковину…

— Чары Света не предполагают массовую телепортацию из любой желаемой точки, — усомнилась Лайла. — По крайней мере, так было раньше. Возможно, за время моего «сна» что-то изменилось, но не думаю. Это армиллярная сфера. Астрологический инструмент. Правда, в очень странном месте. Вероятно, здесь есть секретный проход, а свод является подсказкой к верному шифру: координатам созвездия.

— Н-да, сейчас бы только головоломки решать… — Рэксволд положил арбалет на плечо.

— Не придётся, — неторопливо опустившись у стены, Эста провела пальцем по её сочленению с полом. — Размолотая пыль. Платформа опускается.

Вампирша поднялась и вдруг распалась на чёрный туман, что расплескался по полу клубящимся пятном, стал затекать в самые незаметные щели.

Воины растерянно попятились от ширящейся мглы. Сделала шаг назад и Лайла. А вот сидевший на плече мефит повернул голову набок, точно щенок, заинтересованный непонятным ему объектом.

Туман внезапно переметнулся к другой стене и собрался в образ преклонившей колено Эсты:

— Здесь, — она обернулась на Лайлу. — Нам потребуется жар, не уступающий кузнечному.

— Я справлюсь, — кивнула та.

— Тогда, — багряный взор скользнул по людям, — советую вам отойти, — глаза вампирши превратились в раскалённые угли.

Мертвенно-бледный кулак врезался в пол — камень избороздили глубокие трещины. Ещё удар! Образованная выбоина разметала по сторонам острое крошево. Отвернувшиеся воины слушали порождённый нечеловеческой силой грохот, что взмывал эхом к своду и заставлял звёздный барельеф дрожать.

* * *

«Сприходствует день, когды крылавые аспиды воспарят над градоками, мертвечень выстанется из могилюхов, а Поток пресытит жилы. Мы должноти быть сготовленными», — на протяжении столетий твердили старейшины дэнрийцев. И этот день настал: магия пробудилась, в лесах возникли причудливые существа, а к вратам нового Дома пришла нежить. Только теперь она была уже внутри. Рушила заблокированный механизмом подъёмник.

Шесть послушников напряжённо смотрели на квадратную дыру в потолке, откуда доносился грохот и сыпалась пыль. Каменный столб, что пронзал устремлявшийся ввысь колодец и выходил из платформы пьедесталом для армиллярной сферы, вздрагивал от сокрушительных ударов.

Нельзя поддаваться страху. Пока разрабатывался план наступления, магистр поручил охранять единственный вход в подземную библиотеку. Четверым достались тренировочные перчатки с молниевыми рунами на обороте. Одному — гримуар Воды. Последнему — обнаруженное во время учёта копьё: выгравированный у острия глиф был заполнен пепельной смолой.

Вдруг, после очередной ссыпавшейся струйки пыли, шум наверху стих. Стоявшие полукругом послушники переглянулись. Неужели толстый камень подвижной платформы остановил армию мёртвых? Ответом стали яркие оранжево-красные капли, что упали на пол и угасли тёмными брызгами. Все видели в них недоброе знамение, но осознание происходящего пришло слишком поздно.

Звук лопнувшей цепи. Отрывистый скрежет. Снова лопнувшая цепь, и внезапно тяжёлый подъёмник с грохотом ухнул в библиотеку — волной пыли затушило треть свечей на блестевших у шкафов канделябрах.

Зажмурившиеся послушники атаковали вслепую — пространство иссекли усиленные водяной взвесью молнии, сквозь которые стремительно пролетело брошенное копьё. Разряды трещали не меньше десяти секунд, пока кожаные перчатки не нагрелись, а от рун не стал подниматься тонкий дымок. Лишь тогда защитники опустили руки. Взгляды забегали по треснувшей платформе со сколотым углом. Ни обгоревших трупов, ни выдержавших магический натиск! Никого!

Широко распахнутые глаза. Взмывшие к квадратной дыре взгляды. Сердца колотились, едва не выскакивая из запахнутых мантий. В горле неистово першило: не то от пыли, не то от нервозной сухости. Вдруг за спинами раздался детский расстроенный голосок:

— Вы хочёбстывали сделовствовать мне больно?..

Вздрогнувшие послушники мигом развернулись: на стопке книг, у шкафа, сидела русая девочка в старинном платье. Её лицо выражало обиду, а глаза… светились багрянцем. Больше она ничего не произнесла, но по бледным губам можно было прочитать: «Глупые, глупые людишки…»

Вампирша сделала резкий жест, словно рванула со стола скатерть, и все канделябры с дребезгом попадали — по полу покатились свечи, большая часть которых моментально погасла. Во мраке мелькнули алые глаза. Низкий звериный рык сплёлся с хрустом сломанной шеи. И почти сразу же — истошный крик с другой стороны. Трескучая молния рассекла мглу, да угодила лишь в падающее тело, осветив вспышкой шмякнувшееся на пол сердце. Душераздирающий вопль сбоку. Ещё один мокрый шлепок. Учащённое дыхание напротив превратилось в булькающий кашель, а за ним тьму наполнил плеск брызг. Отбегающие шаги. Чиркнувшее об пол остриё. Шелест расставленных на древке ладоней… Зловещий рык. Хруст древесины. Стуки упавших половинок. Едва различимое кряхтение сменил шорох осевшего тела… Испуганное бормотание где-то неподалёку, убегающие шаги. Треск натянутой одежды. Глухой удар. Шум обвалившейся полки с книгами.

Воцарилась тишина. Разбросанные свечи, пламя которых захлёбывалось в восковых потоках, оставляли на шершавом полу жёлтые ореолы и блики в глазах подёргивающихся мертвецов. Окровавленные пальцы вернули свечи в вертикальное положение: как раз хватило на один канделябр. Его свет озарил кремовое платье, где разом исчезли все багровые пятна, словно целиком впитались в тело. Затем Эста негромко позвала обладательницу чуткого слуха:

— Можно спускаться.

Сверху послышался шорох. Осыпалась струйка пыли. И по гладкому столбу осторожно съехала Лайла. Её взгляд облетел валявшихся всюду погибших, а ладонь, рефлекторно заскользившая по одежде, чтобы смахнуть пыль, замедлилась и скорбно замерла под грудью: представшая картина была страшнее доносившихся снизу звуков.

Развороченные груди с торчавшими наружу рёбрами. Вырванные сердца, одно из которых кто-то раздавил в склизкую лепёшку. Размазанные лужи крови. Неестественно вывернутые головы и застывшие на лицах гримасы боли.

— Мне всегда горько отнимать чужие жизни, — проникновенно сказала союзница. — Особенно негуманным способом. К сожалению, иногда приходится. Они напали без раздумий. Их не остановил даже облик ребёнка…

Услышав нарастающий шелест, Лайла отошла от столба к мефиту, что сидел на поваленном канделябре, принюхиваясь к насыщенному запаху крови.

Стук сапог о каменную платформу. Спустившийся Джон бегло глянул на следы бойни, смерил строгим взором Эсту и стянул с плеча лук. Следопыту не нравилось, куда их завела судьба, но сейчас он рассуждал как солдат. Лишь дисциплина и слаженность помогут пройти этот путь до конца. Вопросы морали — дело победителей: мёртвых они уже не заботят.

Лайла смотрела на множественные колонны и лабиринт из тесно составленных шкафов, длинные проходы между которыми местами образовывали отдельные сектора. Подземелье казалось бескрайним и… зловеще безмолвным.

— Ни дыхания, ни сердцебиения, ни голосов… — вампирша поглядела на Эсту. — Словно здесь никого нет.

Та тоже внимала окружению:

— Соглашусь. Чересчур подозрительная тишина. Либо они используют воздушный барьер, либо находятся очень далеко. Разницы нет. Готовится новая засада. Более продуманная.

Шелест штанов