Читаем без скачивания Кости и цветы - Ярослав Гивиевич Заболотников

по столбу. Мягко поставленные на платформу ноги. Рэксволд со взятым поперёк арбалетом отошёл на несколько шагов:

— Смотрю, и эти колдунчики доигрались…

Снова шелест. Тихий стук сапог. В свете четырёх огарков появилась внимательно озиравшаяся Эрминия.

Эста же продолжила речь:

— Дэнрийцы понимают, что при текущем положении дел библиотека станет для них усыпальницей. Они попытаются отвлечь нас и покинуть её в надежде прорваться через окружение. Однако есть вероятность и другого манёвра, — алый взор впился в Лайлу. — Я могу остаться у входа. Так ты будешь уверена, что никто не сбежит, обрушив напоследок потолок. Разумеется, каждый вышедший на меня дэнрийец будет убит. Во имя благополучия людского рода призываю тебя не брать пленных. Их ложь бывает слаще мёда.

Пока Лайла взвешивала разумность доводов, высказался Джон:

— С союзником в тылу меньше риска для замыкающих. Скарги сможет уделять больше внимания тому, что впереди. Будем двигаться парами. Вы, — кивнул он на друзей, — задом-наперёд сразу за нами, чтобы мы не оглядывались. Вдруг кто проскользнёт.

— Да не вопрос, — ухмыльнулся Рэксволд. — Самым ретивым по стреле в башку.

— Всё так, — согласилась Лайла. — За исключением того, что я в последний раз попробую воззвать к их здравомыслию, — она гордо подняла подбородок и устремила пылающий взор во мрак: — Я дочь Архондара де’Рона, первого короля Эльтарона! — подхватило эхо громкий, неспешный голос: — Мой отец был непреклонным монархом, но никогда не считал капитуляцию слабостью!.. Вы проиграли! Спасите же свои жизни! Положите конец бессмысленному кровопролитию!.. Милостью королевского рода я даю вам десять минут, чтобы сдаться! Потом случится неотвратимое… — речь закончил тихий вздох, процеженный сквозь едва касавшиеся нижних зубов клыки.

— Думаешь, слышали? — Джон смотрел на угрюмые ряды шкафов. — А если и впрямь звуковой барьер состряпали?..

— Он действует лишь в одну сторону… — кольнула его взглядом Лайла: её немного оскорбил упрёк в недальновидности, пусть и случайный.

— Ну, тогда… ждём.

— Угу, — буркнул Рэксволд. — Ещё бы капитуляцию с подлянкой не перепутать…

— Не придут, — холодно рубанула Эрминия.

— Чем распишутся в собственной глупости, — понуро-недовольное лицо Эсты указывало на напрасную трату времени. — Подобные им не умеют ценить жесты доброй воли.

Взоры блуждали по тёмной библиотеке. Дэнрийцы могли появиться с любой стороны и, как верно было замечено, с весьма дурными намерениями. Однако так правильно: финальный акт милосердия перед беспощадным наступлением. На кону стояла судьба мира, а средь пыльных полок хранились великие знания, опасные артефакты и что-то очень важное, возможно, способное сокрушить демонессу. Иначе бы Дельвинус не отправил любимого фамильяра на далёкую чужбину, смертоносную, как дыхание ледяного дракона.

И пусть искусный пиромант уже навсегда остался в прошлом, напоминаниями о нём пестрели все книжные ряды: громоздкие шкафы украшали таблички с каллиграфическими буквами — старательно выжженные алфавитные указатели. Дельвинус любил порядок. Как всё это можно отдать в злые руки?..

А они были злыми. Ни шагов, ни голосов. Никто не желал выйти из мглистого прохода и хотя бы попытаться начать переговоры. Фанатичные последователи древней ереси желали сражаться. Насмерть. Потому, едва внутренние часы отсчитали десять непостижимо долгих минут, Лайла сжала в кулаке мерцающую руну:

— Ищущий мира ступал бы тропой надежды, какой тонкой она бы ни казалась. Довольно промедлений, — внимательный взор замер на Эсте: — Прошу, не дай им замуровать нас в этом подземелье.

Та степенно кивнула:

— Только если они не решат похоронить нас под завалами вместе с собой. Моей магии не удержать свод. Но начни всё рушиться, я не покину библиотеку. Отправлюсь за вами. Ты — одна из нас, Лайла, а каждый, доверивший тебе свою жизнь, достоин внимания «Лунного венца».

— Благодарю тебя, Эста фон’Крюэль-Лакриз, — в жесте признательности ладонь коснулась груди.

— Лучшей благодарностью станет твоя победа. Наша победа. Да защитит тебя Тьма.

* * *

Книги в шкафах дремали под флёром многовековой старины, составляли тусклую мозаику из тысяч разноцветных корешков, какие то поблёскивали золочёными буквами, то зияли чернильными гербами, то цепляли взор витиеватыми оттисками. На некоторых виднелись драгоценные камни, как правило, обрамлённые добротной кожей. Судя по зачастую непонятным названиям, здесь хранились рукописи со всего мира: как магической, так и исторической ценности. Быть может, целые коллекции королевских библиотек. Дельвинус старался сохранить историю. Настоящую. А не ту, какой она стала. Истереть в пыль события нескольких эпох — не под силу даже Леонардо. Вероятно, сами боги не хотели допустить возвращение магии. И отчасти понятно почему: драконье пророчество о конце света. Неясное и зловещее. Однако Лайла могла поспорить, что речь в нём шла именно о демонической угрозе. Хризальтера. Гексаграмма. Библиотека. Всё было как-то связано. Запутано, точно пряжа в руках неумелой пряхи. Вдруг и дэнрийцы встали на пути не случайно? Вдруг они исполняли волю рогатой госпожи?..

Двигаясь между длинными рядами шкафов, группа осторожно углублялась в библиотеку. Висевший над головами огненный шар озарял дорогу. Свет тревожил стрелков ползучими тенями перекрёстков, блестел на жаждущих впиться в плоть стальных остриях, бликовал на порой затесавшихся средь книг предметах. Беглые взгляды выхватывали всякое: резную шкатулку с серебристым замочком, подсвечник в виде танцующей девы, жеоду аметиста на деревянной подставке, железную перчатку с множеством шипов и даже череп быка, пустые глазницы которого связывала пропущенная сквозь них цепь, совсем рыжая от ржавчины.

— Так вот ты какой, бычий цепень… — решил пошутить Рэксволд, и Лайла тут же шикнула на него за нарушенную тишину.

Ассасин закатил глаза, но ничего не сказал. Вампиршу можно было понять. Она мысленно общалась с летавшим неподалёку мефитом и параллельно пыталась уловить любой посторонний звук.

Лайла рассуждала логически: если дэнрийцы ведали о существовании нежити, то, скорее всего, догадывались, что такие, как Эста, не знают ни сна, ни усталости. Время играло против них — атаковать станут при любом удобном случае. Но пока спёртый воздух и гробовая тишина вселяли только изъедающее душу волнение. Оно затронуло каждого, независимо от того, какая маска висела на лице: солдатская хмурость, напускное безразличие или ледяное спокойствие…

На третьей по счёту развилке, с единственным боковым проходом, на глаза попался тлеющий факел. Он сиротливо лежал на каменном полу, наполняя ноздри смоляной гарью. Лайла же учуяла и посторонние запахи, насквозь кислые от обильного пота. Утекающий направо шлейф поведал о по меньшей мере четырёх послушниках.

Пока Джон охранял присевшую у факела вампиршу, что напряжённо озиралась по сторонам, Рэксволд с Эрминией заметили движение на прошлом перекрёстке: во мгле, куда еле добирался свет, кто-то мелькнул. Если, конечно, не почудилось. Тёмные одеяния послушников не способствовали обнаружению. Вспомнив, что ничем не хуже, ассасин вынул чёрный платок, валявшийся в кармане со времён хождений по городу, повязал на нижнюю часть лица и накинул капюшон.

— А ну-ка, Лайла, потуши свет…

Вампирша вопросов задавать не стала. Погасила огненную проекцию, обернулась и сильно удивилась намерениям Рэксволда. Да и Эрминия, по-видимому, смекнув, что к чему, поддержала его шелестом подошвы: вывела на пыльном полу целый зигзаг. Когда пламя вновь вспыхнуло, лишь Джон не понял, куда делся ассасин.

— Эй, — негромко приманила к себе взгляды северянка. — Двигайте вперёд и ведите себя как ни в чём не бывало, — ещё чуть попятившись, она развернулась и вместе со всеми вошла в очередной книжный ряд.

Почти сразу за спинами раздался выстрел из арбалета — северянка посмотрела назад. У одного из дальних стеллажей, подогнув ноги, болтался тёмный силуэт: торчавший из виска болт пригвоздил его к толстой стенке шкафа, точно куклу. Только сейчас Джон разглядел черневшего на верхотуре Рэксволда, что мягко спрыгнул и после ловкого переката быстро попятился к остальным:

— Как я его! — приспустив повязку, обнажил он ухмылку. — Подобраться хотел сучок, — быстро вращаемый кранекин выдал щёлкающую трель.

— Меток, ничего не скажешь, — Джон, как и Эрминия, озирался с поднятым луком.

— Остался бы ещё пострелять, да, чую, с другой стороны прилетит. Там ни черта не видно, а я в просвете, — в жёлоб лёг новый болт. — Зато мы теперь знаем: эти дебилы впотьмах шастают.

— Ещё трёх видит Скарги, — Лайла посмотрела куда-то вперёд: — Прячутся, — а потом тут же обернулась назад: — Нас окружают, — она