И этот хорош. Женщины ему, видите ли, эмоциональные и с выдающимися вокальными данными не нравятся. А Морка ещё вздыхает по нему, причём без малого три месяца. И меня своими вздохами изводит, зарраза мелкая! А оно вон как обернулось.
— Да уж, спутницы нам достались — ияссу не пожелаешь. Может, заслать их к оркам? Беднягам октад на десять не до нас станет.
— Интересная мысль, — хмыкнул брюнет. Гад! — Надо подать идею Повелителю.
— Добраться бы сначала. Что с такими спутницами, несмотря на близость цели, не кажется делом легковыполнимым. Сам посуди: мы трижды встречались с ними, — ну, если быть точными, то раз шесть. — И трижды ситуация выходила из-под контроля, оборачиваясь в итоге сплошными неприятностями, даже без непосредственного присутствия нуови, — мгм… Прав, зарраза. — Сначала нечисть возле вполне мирной деревни, потом этот бал, а на следующий день отвратная погода вкупе с финальной дракой в трактире. Теперь ещё и некромант со свитой.
— Ты забыл о разбойниках.
— Ах да, ещё и разбойники. Такое чувство, что встреча с данными представительницами женского пола неизменно приносит неприятности. Может, они Вестницы?
— Ну ты хватил! Вестницы обычно предсказывают близкие несчастья, а нуови с нами в первый раз и словом не перемолвились.
— Значит, они такие Вестницы, одно появление которых предвещает неприятности.
— Ты как-то пессимистично настроен, друг мой. Разве это неприятности? Так, мелочь, сам знаешь. И потом, в трактире их не было.
— Зато мы виделись накануне!
— Это уже походит на паранойю. Тебя так выбивает из колеи присутствие Обьоры, я прав? Ты сам на себя не похож, никогда не замечал за своим лучшим другом излишней суеверности, как и боязни проблем. Раньше тебя приходилось выдёргивать из любой драки, вспомнить хотя бы наше недавнее путешествие к не-магам. Вот кто тебя просил тогда встревать?
Я как-то сразу поняла, о какой драке и о каком путешествии идёт речь. Так вот как они нас называют.
— Можно подумать, у меня был выбор. Ты же видел того мордоворота. Он не был настроен на мирное решение вопроса в принципе.
— А потом зачем влез, с его дружками?
— А ты предпочитаешь оставить за спиной разъярённого неприятеля?
— Да какой там неприятель? Пьянь, на ногах-то толком не держались.
— Тем более мне ничего не грозило. А так хоть размялся.
— Вот об этом я и говорю — ты, друг, никогда не чурался хорошей драки. Так что же происходит? Откуда эти опасения? Мне, к твоему сведению, тоже в обществе наших спутниц не очень комфортно — никогда не любил созданий, от которых не знаешь, чего ожидать в следующий момент. Но ты уже ударяешься в крайности.
— Наверное, ты прав, — блондин вздохнул. — Я совсем вымотан этими переходами, поездками, постоянной необходимостью сдерживать собственную сущность и скрывать эмоции. Ещё и это странное нападение в мире не-магов напрочь выбило из колеи. Откуда там взялись воины Гденов?
Голоса начали приближаться — видно, ребята решили договорить по дороге. Которая, я так чувствую, пролегает аккурат через облюбованные мною кусты. Пора делать ноги. Осторожно приподнимаюсь и начинаю пятиться назад. Затем разворачиваюсь и, стараясь не шуметь, на предельной в подобных условиях скорости направляюсь в сторону лагеря — ни к чему парням знать о моём при их беседе присутствии.
— Чёчилось? — Морка спросонья непонимающе таращилась на явившуюся невесть зачем посреди ночи по её душу подругу.
— Вставай, только тихо. Вообще ребята проснуться не должны — количество сонного порошка, что я сыпанула им в питьё, и слона на сутки свалит. Но они-то не слоны, а воздействие зелий на организмы эльфов, как и вампиров, мы пройти не успели. Потому рисковать не будем — пробуждение спутников в самый неподходящий момент нам с тобой совсем не нужно.
— Да что происходит-то, ты можешь толком объяснить? Разбудила меня ни свет, ни заря… Точнее самая что ни на есть середина ночи. Про порошок что-то лопочешь.
— Тихо, камрад, вставай и собирайся, по дороге всё расскажу.
— Так мы что — опять драпаем? Но зачем?! — в глазах Морки застыли упрёк и обида. Как же, опять с любимым коварная подруга разлучить собирается.
— Морри, я тебя прошу — не сейчас. Поверь, когда я всё расскажу, ты первая же вперёд и ломанёшься, подальше отсюда. — Нет, уверенности в именно такой реакции у меня, конечно, не было. Но я надеялась на то, что достаточно изучила подругу за столько лет общения.
Морри, что-то такое увидев в моих глазах, обречённо вздохнула и безропотно начала собираться. Даже на удивление ни разу ненароком не наступила на мирно храпящих спутников, ничего не разбила — в общем вела себя странно и совершенно для неё несвойственно.
— Готова? — в последний раз окидываю место стоянки взглядом, проверяя, не забыли ли чего. Вроде нет.
— Всегда готова, — подруга с тоской смотрела на спящего Кеана, будто стараясь получше запомнить черты любимого лица. Затем решительно повернулась ко мне. Вот за что люблю мелкую, так это за безоговорочное (ну почти) доверие к моей скромной персоне.
— Тогда в путь. Соберись, нам предстоит проехать немалое расстояние без остановок — я не хочу рисковать и снова встречаться с этими… — подходящего эпитета не нашлось. В цензурной речи. А материться в такую минуту не тянуло.
Следуя примеру Морки, бросаю взгляд на любимого. Во сне он такая лапочка — лицо умиртворённо-расслабленное, длинные ресницы отбрасывают тени на слегка порозовевшие от тепла костра щёки. И губами смешно причмокивает — ну чисто дитятко… Пора.
Время уже перевалило далеко за полдень, а мы всё ещё ехали молча. После моего бесстрастного пересказа услышанного в лесу подруга впала в задумчивость, и мне не хотелось ей мешать. Благо самой было о чём поразмышлять на досуге.
Слова Нила, как ни больно это признавать, ранили меня. Ранили в самое сердце. Пусть он думает, что я — это та экзотическая эфиопка с внушительным кольцом в носу, что это меняет? Я как-то всегда была склонна верить людям. И если человек признаётся, пусть и на эльфийском, в том, что я его единственная любовь отныне и до века, весьма неприятно узнавать, что он просто перепил и не контролировал свой речевой центр. А ты, как последняя дура, смущённо рдела при воспоминании о тех словах, принимая произошедшее по своей бабской доверчивости за чистую монету. Да, не приучена ещё, что верить мужчинам на слово несколько опрометчиво, сужу всегда по себе — я бы подобными признаниями в любом состоянии не разбрасывалась. Что ж — спасибо Нилу за великолепный урок, надеюсь, мне он запомнится надолго. А ты-то, милочка, раскатала губу до Уральских предгорий, размечталась… Тьфу! Учила же когда-то умудрённая опытом трёх браков Танька: «Дели всё, что говорят, надвое. Особенно всякого рода обещания. А если дело касаемо мужчин, смело дели на четыре. И не хлопай ушами, подруга — от чрезмерной осторожности ещё ни одного дитяти не появилось, а вот от глупой веры в клятвы вечной любви — каждый третий». Помнится, я только смеялась, мол, всё-то ты ворчишь, птичка моя. Просто тебе не те мужчины попадались.
