римскому образцу. Кабальеро также симпатизировал фашизму, однако его коллеги по партии
Колорадо, требовали, чтобы он сопротивлялся попыткам аннигиляции традиционных партий.
Х.Стефанич и А.Х.Перальта, придерживавшийся крайне левых взглядов, отстаивали идею создания однопартийного государства во главе с создаваемой Национальной Революционной партией, поглотившей Лигу национальной независимости, Национальную Конфедерацию рабочих, Федерацию парагвайских студентов и ANEC. Склонность к тоталитаризму и усиление влияния НРП привели к скорому смещению братьев Фрейре Эстевес и замене их Германом Солером (внутренние дела) и Эмилио Гарделем (финансы). Послом в Мексику был назначен Ховер Перальта, а его место занял Кресценцио Лечано, давний сподвижник Х. Стефанича. В это же время Аристидес Ривас Ортельядо стал военным министром. К концу июня все правительственные посты за исключением министерства сельского хозяйства контролировались людьми Х. Стефанича. Единственным, кто мог как-то противостоять давлению ветеранов Лиги, был Кабальеро, который к этому времени смог начать проведение аграрной реформы. Она предусматривало распределение 2 миллионов гектаров среди 10000 ветеранов Чако. С июня 1936 года по февраль 1937 года комиссией под председательством Кабальеро было распределено 84825 гектаров. Однако он также не смог удержаться на своем посту под давлением сторонников Стефанича. С начала июля Солер приступил к закрытию независимых газет: El Liberal (органа Либеральной партии), El Studente (органа Студенческой Федерации), Verde Olivo (орган ANEC) и Patria (орган Колорадо). Страна шла к тоталитаризму. 25 августа 1936 года La Nacion, печатный орган Лиги провозгласил создание Национального Революционного Союза (НРС) на базе НРП. Его целью стало объединение всех политических партий для возрождения нации. Следствием этого шага стал выход партии Колорадо из состава правительства: Б.Кабальеро был сразу же заменен Гильермо Тель Бертони. Впоследствии, он и интендант Асуньсьона Фелипе Молас Лопес, тоже член Колорадо, были посажены под арест. 15 ноября в Национальном Театре состоялся первый съезд НРС, на котором были представлены 38000 его членов. Это означало, что подавляющее большинство из 106000 членов ANEC не поддерживало курс правительства на создание нового государства. Большинство ветеранов вошли в НРС больше из-за личных симпатий к герою войны полковнику Р.Франко, чем из-за поддержки столичных ультрарадикалов Х. Стефанича.
Директорат НРС, сформированный 15 ноября, достаточно четко отобразил расклад сил, на который пробовали опереться фебреристы: 9 мест получили представители ANEC. Из 30 членов директората НРС 23 из них не было еще 33 лет, а 16 из них были студентами, участвовавшими в событиях 23 октября, приведших к падению Гуджиари, и Чакской войне. Молодости свойственен экстремизм и самонадеянность: жесткий прессинг НРС разрозненных и деморализованных политических оппонентов привел к тому, что они под угрозой полной политической смерти начали консолидироваться. Важную роль в этом сыграли противоречия между столицей и провинцией. Асуньсьон с момента падения последних иезуитских редукций стал играть роль метрополии по отношению к остальному Парагваю, высасывая из деревни все соки, рекрутируя наиболее талантливых ее представителей. Это усугубилось централизаторской политикой диктаторов и либеральными правительствами. Не блестящим было и экономическое положение страны. Если инфляцию удалось обуздать: обменный курс песо фуэрте снизился с 333,33 за доллар США до 238,1, то индекс цен подскочил за два года на 80%. Когда к началу 1937 года стало понятно, что правительство Р. Франко не отражает чаяний ни правящей олигархии, ни простого народа, произошло временное совпадение интересов парагвайского крестьянства и сельской буржуазии. База фебреристов резко сокращалась.
Первым показателем потери популярности президента среди его основной опоры – военных, стало участие в заговоре либералов, в котором был замешан полковник Рамон Паредес, командующий войсками в Чако и личный друг Р. Франко. Связанный давней дружбой с Э.Шерером, одним из лидеров либеральной партии, он получил от него значительную финансовую помощь. Другой участник заговора комендант Пуэрто Пинаско полковник Дамасо Соса Вальдес планировал поднять по тревоге своих солдат, чтобы идти на Асуньсьон и спасти Франко от клики Х. Стефанича. За их спиной стояли аргентинцы, боявшиеся потерять свои латифундии. Заговор офицеров-либералов не пошел дальше разговоров привело к тому, что пальма первенства в оппозиции среди офицерского корпуса перешла к партии Колорадо. За год фебреризма националистам удалось распространить свое влияние на широкие крестьянские массы, чему особенно способствовала аграрная реформа Б.Кабальеро. К середине 1937 года партия Колорадо обладала широкой базой, представляя собой союз крестьян со средней и мелкой провинциальной буржуазией, чрезвычайно агрессивно настроенной против столичных интеллигентов. Во главе нового заговора встали полковник Эмилио Диас де Вивар, бывший начальником штаба у Паредеса, и капитан Рамон Мартиньо, командующий речной флотилией.
К этому времени в правительстве стал назревать раскол между номинальным лидером – Р. Франко и фактическим руководителем правительства – Х.Стефаничем. Причиной этому стали разногласия в вопросе о получении германской военной помощи. В мае 1937 года Асуньсьон получил официальное предложение из Берлина, согласно которому немцы были готовы оказать содействие в организации и оснащении парагвайской армии. Вопреки мнению президента и парагвайских военных, проамерикански настроенный Х.Стефанич и его сподвижники старались торпедировать это предложение. Воспользовавшись расхождением между Р.Франко и его советником военные круги стали требовать отставки бойкого профессора. Июнь прошел в поисках компромисса. 5 июля всем стало ясно, что выбора нет. Р.Франко созвал заседание кабинета, на котором планировал отправить Стефанича в отставку. Однако последний дезинформировал кабинет заявлением о том, что Боливия готовиться возобновить военные действия. Немедленно в Чако из Асуньсьона были отправлены 2 пехотных и кавалерийский полки. События 5 июля показали высшим армейским офицерам отсутствие политической воли у президента. Падение авторитета Р.Франко стало началом конца фебреристской революции.
Несмотря на то, что он пришел на армейских штыках, президент был вынужден сокращать армию. К этому времени её численность снизилась до 4090 солдат и 299 офицеров. Так, была расформирована 6 пехотная дивизия полковника Карлоса Фернандеса: 5 пехотный полк был демобилизован, а 1 кавалерийский полк переведен в Кампо-Гранде. Вскоре сюда прибыли кавалеристы из долины Пилькомайо. В 1937 году они были сосредоточены в Вилье-Айес, где начал формироваться 2 кавалерийский полк Коронель Толедо. Этим было положено начало формированию кавалерийской дивизии, сыгравшей значительную роль в дальнейшей судьбе Парагвая. Офицерский состав этих частей находился под сильным влиянием русских офицеров, которые за редким исключением считали режим Р.Франко пробольшевистским. Исключение составил только И.Т.Беляев, получивший ряд назначений, связанных с реализацией программ интеграции индейцев.
Позиция кавалеристов стала решающей для фебреристского режима, а солдаты 2 кавалерийского полка стали движущей силой нового военного переворота. Чтобы нейтрализовать сопротивление сторонников Р.Франко, верный ему полк Курупаити были возвращен в состав 1 дивизии.
2 августа полковник Паредес прибыл в столицу для того, чтобы передать президенту ультиматум: отправить
