Это очень помогало нам. Мы забывали, что смерть караулит нас, и воспревали духом! Это было нашим средством собраться с силами!»
Пение в Доме Павлова восхищало защитников Сталинграда. «Все наши войска начали чуть ли не соревноваться, кто лучше поет, в перерывах между боями, – рассказывает дочь Родимцева Наталья. – Бойцы брали известные мелодии и придумывали к ним слова о борьбе с фашистами».
Здесь хочется привести одну из подобных песен, суровый лиризм которой полон убежденности в победе над врагом:
Каждый день, каждый час
Крепнет мужество в нас,
В бой идут молодцы-пехотинцы…
С черной свастикой гад
Не вернется назад,
Получив из винтовки гостинцы.
Если будет приказ,
Все готово у нас –
С неба смерть понесем оккупантам,
Мы тряхнем стариной
И порою ночной
Обернемся воздушным десантом.
Мы с отвагой дружны,
Потому и сильны.
Мы железною спайкой гордимся.
Нас ведет за собой
Командир и герой
Наш товарищ, полковник Родимцев.
История о двух Павловых
Одна из самых странных историй, которую рассказывают о сержанте Павлове, гласит, будто он впоследствии стал христианином и постригся в монахи: «Яков Павлов, Герой Советского Союза, после войны постригся в монахи, принял имя Кирилл и стал архимандритом в Троице-Сергиевой лавре под Москвой. Многочисленные прихожане ничего не знали о его славном боевом прошлом в Сталинграде. На сегодняшний день его здоровье очень пошатнулось».
Так писал Энтони Бивор в 1998 году (этот «факт» неизменно воспроизводился последующими историками битвы). «Все это очень интересно, – резко возражает вдова Павлова. – Но, насколько я могу знать, мой муж оставался коммунистом до того, как я его похоронила в 1981 году». Бивор спутал сержанта Якова Павлова с другим ветераном Сталинградской битвы, рядовым Иваном Павловым. Последний среди руин города наткнулся на страницы, вырванные из Евангелия, поднял их и начал читать. «Они стали утешением для меня в то ужасное время, – вспоминал он. – Я начал смотреть на вещи по-другому». Он сохранил эти страницы у себя до конца войны, впоследствии принял обет и был пострижен в монахи в Троице-Сергиевой лавре под именем Кирилл.
В фундаменте дома укрывалось несколько семей, попавших в гущу боев. Среди них была мать с двухмесячной дочкой. Девочка – ее звали Ксенией Селезневой – была очень слаба, но у бойцов не было никаких медицинских средств, чтобы помочь ей. «Это казалось невозможным, но нам хотелось вы́ходить ее, – рассказывает Потанский. – Когда мы разрушили часть стены дома, чтобы сделать огневую позицию, Илья Воронов нашел деревянную шкатулку с маленькой иконкой внутри. Мы повесили ее на шею девочке. Невероятно, но она выжила».
Сталинградские улицы были усеяны телами жителей и бойцов, и защитники города постепенно привыкли к этому. Но борьба за жизнь младенца среди ужаса битвы затрагивала струны души даже у самых очерствевших солдат. Щилаев вспоминает: «Мы все слышали о той маленькой девочке и об иконе, и это произвело величайший эффект на нас. Она стала символизировать нечто, что давало надежду всем нам. Она боролась за свою жизнь, и мы решили бороться вместе с ней. Наши солдаты самоотверженно работали, несмотря на огонь противника, и прорыли глубокие ходы к Дому Павлова. После этого мы смогли доставить ее в безопасное место».
Крылов был прав, говоря, что Дом Павлова стал символом сталинградской стойкости. Лозунг, прозорливо сказанный Чуйковым: «Каждый защитник города – непреодолимая преграда на пути врага!» – стал реальностью.
Глава седьмая. Михаил Паникаха. Анализ подвига
1 октября 1942 года в рабочем поселке завода «Красный Октябрь» молодой солдат по имени Михаил Паникаха, погибнув, проявил выдающуюся смелость. Охваченный пламенем от разбившейся бутылки с зажигательной смесью, он схватил другую, оставшуюся невредимой, бросился на немецкий танк и остановил его, сгорев вместе с ним. Этот самоотверженно отважный поступок стал одним из самых знаменитых сталинградских подвигов.
Солдаты узнавали о Паникахе из листовок с пометкой «Прочти и передай другому», которые вскоре начали ходить по армии. Они были озаглавлены «Бессмертный подвиг моряка-краснофлотца». На них был изображен охваченный пламенем боец, ринувшийся на немецкий танк. А под рисунком шел рассказ о судьбе Михаила Паникахи, переданный короткими, лаконичными фразами: «Его позицию атаковали танки. Морские пехотинцы встретили врага яростным огнем противотанковых ружей и гранатами. Немцы обладали численным преимуществом и продвигались вперед. Их танки стремились сровнять с землей окоп, в котором был Паникаха. У него закончились гранаты. Оглядевшись, он увидел две бутылки с горючей смесью. Ринувшись из окопа, он попытался поджечь одну из них, но бутылка разбилась. Воспламенившаяся смесь превратила его в живой факел, но он бросился к танку. Он осознавал, что не выживет. Одна последняя мысль двигала им – уничтожить немецкий танк. Когда машина была рядом, Паникаха, превозмогая адскую боль, разбил вторую бутылку о моторный люк».
Листовка заканчивалась призывом: «Товарищи, уничтожайте врага! Пусть честь, мужество и выдержка этого бойца будут примером для вас в борьбе с фашистскими гадами».
Паникаха проявил отчаянную смелость. Его поступок произвел глубокий эффект на армию и вдохновил других солдат жертвовать своими жизнями ради того, чтобы уничтожить как можно больше врагов. «В Сталинграде было много Паниках», – просто говорит Мережко. Распространение подобных подвигов стало значимой характеристикой битвы.
Каждый подвиг содержит свою историю исключительной смелости. Однако официальные источники зачастую не отдавали должной чести героям, излагали их поступки с излишне напыщенной риторикой и в то же время удивительно обезличенно. Чтобы понять, как Красная Армия обрела свое мужество в Сталинграде, мы должны заглянуть в глубь того, что стояло за подвигами отдельных бойцов, и понять, как они влияли на изменение боевого духа защитников города.
Боевая ситуация
То, в какое время происходили подвиги, служит ключом к пониманию многих из них. Истории о них распространялись по армии в критические моменты битвы, когда падал боевой дух. Несколько раньше, но тоже в сентябре, на окраине Сталинграда солдат 154-й бригады Илья Капланов также уничтожил немецкий танк, бросившись на него, когда его самого охватило пламя из бутылки с зажигательной смесью. Но именно подвиг Паникахи, а не Капланова, захватил воображение защитников города.
193-я дивизия, в которой был Михаил Паникаха, была направлена остановить продвижение немцев в северный Промышленный район Сталинграда 28 сентября 1942 года. Днем раньше враг начал очередное наступление на 62-ю армию, направив свои силы на север города и обойдя дивизию Родимцева, закрепившуюся в центральном
