я, принимая фужер с шампанским из рук Гильермо.
— Нет, нет, сегодняшний вечер только твой, — отмахивается женщина, хлопая по плечу жениха.
— Я с радостью проведу церемонию, — слова сами вылетают из меня. Даже не успеваю подумать. Просто поднимаю свой фужер, как это сделал Аарон. Остальные гости тоже присоединяются и вытягивают чуть свои напитки. — Да благословит ваш будущий союз Богиня.
За окном на тёмном небе вспыхивает ярко молния. А за спиной громко хлопает один Тёмный.
— Отличный тост! Присоединяюсь, — басит он.
Оглядываюсь и сглатываю. Рядом с Ромой стоит правитель. Серьёзный. Мрачный. И, как всегда, спокойный как удав.
— Ваше Величество!
Заметив Аларда, женщины приседают в реверансе. Мужчины кланяются.
А я… Я, кажется, онемела и закаменела. Мы смотрим друг на друга слишком долго. Слишком пристально. И где-то у солнечного сплетения тонкими нитями сплетается клубок. Сглотнув, опускаю взор и чуть склоняю голову. Он делает то же самое.
— Добро пожаловать, Ваше Величество, — нарушает слишком длительную тишину Гильермо, выходя вперёд. — Честь для нас принимать вас в нашей обители.
— Я рад быть здесь, Гиль. И благодарю за приглашение, — отвечает мужчина, проходя в гостиную и получая бокал с напитком.
Муж бросает недоумённый взгляд на меня. Пожимаю плечами. Так как совершенно точно не приглашала короля. Вот даже не думала.
— Аарон, Дастиан. Вы, наконец, определились с датой? — продолжает беседу Алард.
— Да, милорд. Через неделю. И вы наш почётный гость, — улыбается Аарон.
— Ты так говоришь только потому, что я дал тебе разрешение провести свадьбу в летней резиденции, — хмыкает правитель.
— Я так говорю, потому что считаю вас другом. Ведь вы сыграли не последнюю роль в наших с Мирой отношениях, — качает головой Аарон. У Аларда брови на лоб лезут.
— Интересно, когда же я это сделал? — усмехается король.
— Ну как же. Первый званый ужин в доме Орэта. Вы отступили, позволили мне ухаживать за Таней.
Алард ловит мой взгляд и смотрит опять слишком долго. Будто вспоминает тот день и нашу первую встречу.
— Да, да, я свидетель. Вы подыграли и ухаживали за Мирой, Ваше Величество, — поддакивает Таша.
— А вы сводник, милорд, — едко встревает Лео, привлекая внимание к себе. И тоже смотрит на меня.
— Я отойду, уточню насчёт ужина, — бормочу и выхожу из слишком тесной для нас четверых комнаты. А ведь мужу я так и не рассказала о поцелуях. Надо бы сделать это до того, как Лео ляпнет. Уверена, он точно ляпнет.
Гильермо выходит следом за мной и останавливает возле столовой.
— Я не приглашала короля! — выпаливаю слишком громко и замолкаю, заметив фигуру свекрови, что нагло стоит в холле и явно подслушивает нас.
— Знаю, это Рома что-то мутит, — бурчит Гиль.
— Я этому Роме мутилку оторву! — рычу тихо и разворачиваюсь всем корпусом: — Вы что-то хотели, Анхелика?
— Узнать, когда, наконец, мы поедим, — высокомерно отвечает та. — Гильермо, на пару слов.
— Иди, я узнаю, готово ли всё, — вздыхаю тяжко и отпускаю мужа.
Дворецкий рапортует, что всё уже готово. Ждём гостей. Возвращаюсь в гостиную и приглашаю всех за стол.
В столовой всё блестит. Люстра сверкает слишком ярко. Ещё немного и полыхнёт пожар. Сервировка стола напоминает шахматную доску. Только вместо фигур — фарфор. А вместо правил — аристократический этикет, будь он неладен.
Обычно за столом за женщинами ухаживают кавалеры. И пока я отвлекаюсь на своих подруг, Анхелика ловко подсаживает к Аларду свою младшую дочь Вайлет. А рядом с Лео садится Ларета. Бартольд же берёт роль ухажёра за моей свекровью. Наверное, его Ната попросила. Непонятно зачем, но Рома садится рядом с Алардом, нарушая всю мою посадку гостей.
Я ничего не говорю. Сама себе обещаю светом его прибить чуть позже.
— Как прелестно вы оформили столовую, — замечает свекровь, разглядывая сервировку. — Современно. Прямо как в… одной гостинице в Дортмунде, куда я однажды по ошибке зашла.
— О, благодарю, мама, — холодно улыбаюсь женщине, замечая, как та недовольно кривит губы. — Приятно, что вы заметили. Я старалась сделать атмосферу уютной, чтобы каждый чувствовал себя как дома. Даже если он в гостях.
Гости сдержанно усмехаются. Кто-то покашливает. Кто-то делает вид, что не замечает откровенно натянутых между нами отношений. Зато Гильермо смотрит на меня, сверкая янтарём глаз. С гордостью и восхищением. Остальное меня мало интересует.
За столом устанавливается приятная ненавязчивая беседа. Мужчины ухаживают за дамами. Подкладываю закуски, подливают напитки. Всё чинно-благородно. И я немного выдыхаю. Расслабляюсь. Даже улыбаюсь совсем искренне. Правда, краем глаза слежу за Вайлет, что активно вовлекает в беседу Аларда. И за Ларетой, которая напрочь игнорирует пижамного мачо. Лео-то особо и не ухаживает за ней. Но явно что-то ей там говорит не очень приятное. Зачем их вместе посадила? Дура.
Глава 41
Ужин проходит почти идеально. Блюда, закуски, салаты. Всё на высшем уровне. Повариха Гильермо превзошла все ожидания. Лёгкий алкоголь добавляет вечеру легкости и раскрепощает. Особенно женщин.
Дворецкий в очередной раз появляется рядом. Качаю головой, отдавая молчаливое распоряжение, чтобы повременил с десертом. Он испаряется.
— Я помню, как сама устраивала званые вечера в этом доме, — с ностальгией и чуть повысив голос, говорит Анхелика. — Изысканные блюда, вышколенные слуги… Всё было безупречно.
Свекровь весь ужин пыталась вставить свои пять копеек и выставить меня этакой деревенщиной, которая посмела замахнуться и сесть за один стол с аристократами в сотом поколении. Естественно, всё это она говорила с улыбкой и расплывчато. Не подкопаешься. Хоть и понятно, в чей адрес летит не просто камушек. Настоящий валун.
— Времена меняются, — замечает Таша. Вот чувствует, ещё пару минут — и я взорвусь.
Анхелика этого добивается. Хочет вывести из себя и показать всем присутствующим моё истинное «хабалистое» личико. А я и не спорю, что вздорная. Иногда, чтобы выжить, нужно быть наглее и злее. Иначе затопчут.
— Конечно, герцогиня Стембург. Сейчас даже лира может позволить себе неуважение к традициям древнего и знатного рода, — елейным голосом дополняет свекровь.
Я усмехаюсь, так как Таша в прошлом тоже лирой была. То есть не голубых кровей. Подруга сдержанно улыбается. А вот Анхелика препарирует меня взглядами.
— Некоторые лиры отлично справляются с ролью графини или герцогини, — замечаю мягко.
— Уверен, и
