попросить о помощи мне.
— Конечно, — кивает он, не совсем понимая.
— Возможно, у вас будет время завтра утром? — тараторю, оглядываясь на Гильермо, что прощается сейчас с герцогами и Мирабеллой. Муж, будто почувствовав, что необходим мне, коротко кивает и быстро подходит к нашей компании. — Я уже несколько недель лечу Леонеля от тёмного проклятья, которое наслал вампир. Гильермо помогает, но наших сил не хватает. Вдруг, если вы поддержите меня, как сделали это на казни и приёме, вдруг получится. Понимаю, это очень личная просьба. И ваш отказ не изменит моего к вам отношения или не станет поводом…
— Я согласен, — перебивает мой сбивчивый монолог Алард.
— Что ты там задумала, Пресветлая? — напрягается Лео.
— Тогда, чтобы не сильно вас напрягать, мы можем приехать с утра к вам. Это не займёт много времени.
— Не стоит. Я приеду к Роутфордам часам к десяти. Устроит? — опять перебивает он. Киваю быстро-быстро, чем вызываю бархатный, чуть вибрирующий смех у правителя. — До завтра, Таня.
— До свидания, Алард, — бормочу с глупой, почти влюблённой улыбкой.
Король уезжает первым. А я, шумно выдохнув, разворачиваюсь к оставшимся друзьям и натыкаюсь на слишком удивлённые лица.
— Чего это с вами? — хмурюсь я, подходя к группе.
— Ничего, — отмахивается Таша и бьёт по груди Рому. — Нам уже пора. Я немного устала. Вечер получился замечательным. Ты была на высоте…
— Ты тараторишь, — замечаю я.
— И вправду тараторишь, — задумчиво тянет Мира.
— Я просто удивилась. Алард никогда раньше не смеялся так э… искренне, что ли.
— Подтверждаю, — кивает Тёмный и пихает двух герцогов. Аарон делает вид, что изучает звёздное небо. Дастиан пожимает плечами. Он, в принципе, с правителем не так близко общается.
— Ты что-то задумал, Рома. И мне это не нравится. Прекрати играть со мной, — хмурюсь сильнее.
— Это не игра. Я хочу, чтобы ты вышла замуж за Аларда. Мальчишку нужно пристроить, пока я жив, — флегматично фыркает Рома и идёт к своей карете.
— А ты собрался помереть в ближайшем будущем? И наши с Алардом желания не учитывается вообще?! — возмущённо семеню за ним.
— Кто знает, вдруг завтра хворь какая нападёт. Ты ж лечить не будешь из вредности. И ваши желания пока не совпадают с моими. Значит, не учитываются. До скорой встречи, Пресветлая.
— Я убью твоего мужа, — вздыхаю, разворачиваясь к подруге в компании остальных мужей.
— Я сама его сегодня убью, — обнимает меня Таша. — Я поговорю с Ромой. Прости, если мы испортили тебе вечер.
— Вы ничего не портили, — обнимаю в ответ и целую в щёку.
Проводив оставшихся гостей, подхожу к хмурому мужу. Он выглядит очень недовольным, даже злым.
— Боже… Я чувствую себя изменщицей, — тихо так бормочу, пряча глаза на груди. — Прости меня, Гиль. Рома несёт ахинею.
— Тебя за что прощать? Это ведь Рома несёт, — хмыкает оборотень и растирает спину. — Пойдём в дом.
В холле нас встречает мать моего графа. Высокомерная. Грациозная. Благородно-хмурая.
— Ты справилась лучше, чем я ожидала, — заявляет она, протискиваясь между нами с Гильермо и подхватывая нас под локти.
— Спасибо, Анхелика, — безэмоционально отвечаю, раздражаясь её замашкам встревать между нами. И чувствую, она всё время будет вставать между мной и мужем.
— И хуже, чем следовало, будь ты истинной аристократкой, — дополняет с тем же невозмутимым тоном.
— Мама! — первым не выдерживает мужчина. — Её терпение безгранично, моё — нет! Хочешь жить в этом доме — прими как данность и начни уважать мою жену. Ещё одно слово в сторону Тани, и ты первым же дилижансом отправишься в Располь.
— Как ты со мной разговариваешь?! Я твоя мать!
— Почаще себе напоминай об этом, — бросает он и, выпутавшись из её цепких пальцев, уходит в гостиную.
Свекровь делает паузу. Провожает сына и разворачивается ко мне.
— Позволь дать совет, Татьяна, — голос ровный и сухой, как всегда. — Хочешь быть аристократкой, умей прикусить язык, не отвечай на выпад. Сдерживайся и терпи.
— Очень мудро. Только я никогда не хотела быть аристократкой. Да, я родилась и выросла без золотой ложки во рту. Но я полюбила вашего сына. А он полюбил меня. И наш брак нерасторжим. Как бы сильно вы ни пытались влезть между нами, ничего у вас не выйдет. Возможно, вам стоит выбрать другую тактику, если не хотите окончательно потерять сына, — выговариваю я, выдёргиваю конечность, делаю неумелый и театральный реверанс. И елейным голоском добиваю:
— Доброй ночи, матушка.
Глава 42
С Гильермо перед сном нам не удаётся поговорить. Я засыпаю, прежде чем муж выходит из душа. Да и утром времени совсем нет. Хотя скорее дело в будущей встрече с Алардом и Леонелем. И я просто не хочу нагнетать и портить настроение мужу. Вдруг он полезет драться с одной ходячей язвой с тяжёлым характером и наглой ухмылкой. Лучше расскажу после лечения. Или вообще вечером.
Сразу после завтрака мы едем в особняк герцога Роутфорда. Опять-таки я решила приехать пораньше и сделать массаж до встречи с королём. Вдруг правитель решит задержаться, а при нём проводить лечебный курс мне как-то неуютно.
Оставив Гильермо в компании двух друзей дожидаться короля и слегка его придержать разговорами, бодро захожу в комнату. Сразу же натыкаюсь на колючий взгляд блондина.
Леонель Роутфорд сидит на кушетке. Полуобнажённый, с растрёпанными волосами и тенями под глазами. Словно не спал эту ночь. Увидев меня, ухмыляется неприятно так. Он точно что-то задумал.
— Доброе утро, Танюша, — тянет пакостник. — Ты рановато, неужели соскучилась.
— Давай сегодня без фокусов, Лео, — сухо требую, раскладывая на тумбочке мази и полотенца.
— Это ты про поцелуи? — с насмешкой интересуется. — Погоди, я ещё не настроился.
— Лучше настройся на выздоровление и ложись на койку, пока я добрая, — бурчу, расстилая свежую простыню на его кровати.
Лео с усилием приподнимается. Помогаю ему опереться на руку и перенести вес. И как только он пересаживается на койку, отскакиваю и фыркаю на его слишком громкий смешок.
— Кто на этот раз вывел тебя из себя? Где моя всегда правильная, строгая и сдержанная нянька? — продолжает драконить Лео.
— Для человека с
