резерв.
– Пить хочу, – потребовала я и попыталась сесть.
Но только попыталась. Графин из толстого коричневого стекла стоял на табуретке рядом с кушеткой, однако все, что у меня получилось – это перевернуться на бок, отчего тряпка с жижей съехала со лба и плюхнулась мне прямо в руку.
– Да лежи ты, не дергайся! – возмутилась рыжая, сама налила мне воды в кружку и поднесла ее к моим губам. – Да пей же, хвост тебя побери, не отравлено.
Все, что я могла сейчас, – это просто поверить ей на слово.
Вылакав целую кружку, я абсолютно по-простецки вытерла губы тыльной стороной ладони. Мой взгляд случайно упал на газету, на которой стояли графин и стакан. Была видна только часть заметки на первой странице, но заголовок читался легко.
"Любовь зла!
Король пал из-за любви к роковой женщине. Да здравствует новый король!"
Сама скандальная статья была напечатана шрифтом еще меньшим, а потому читалась уже не так легко. Однако мне и этого хватило за глаза. Из этой заметки я узнала главное: власть в королевстве сменилась. То, что это произошло за счет моей репутации, уже никакой роли не играло.
И да, мой портрет крупным планом соседствовал со статьей, стоило лишь слегка сдвинуть графин в сторону.
– Что произошло в королевстве, пока я… отсутствовала? – спросила я, метнув взгляд на рыжую.
Хотела знать, если она попытается соврать. В конце концов, приводя меня в порядок, она выполняла просьбу Графа, а значит, была на его стороне.
– Переворот, – легко пожала она плечами, словно ничего существенного на самом деле не случилось. – Но, насколько известно в наших кругах, он случился с твоим непосредственным участием. Или врут?
Лекарка из оборотней смотрела пристально. А я не знала, что сказать. Стоило придерживаться официальной версии, чтобы не навредить Дэйривзу. Только вот какая она была?
Я решительно промолчала.
– Ну и не говори, – фыркнула она и поднялась на ноги, освобождая стул. – Только черный дракон вторые сутки кружит над столицей. Не тебя ли ищет?
Одарив меня ядовитой усмешкой, девушка сдвинула с входа плотную ткань и вышла из комнаты, оставляя меня в одиночестве. А ведь мне хотелось спросить так много! Мне было важно узнать, кто взошел на трон, чья династия согласилась взять все в свои руки.
Для меня было важно это знать.
Но единственным источником информации оставалась газета. С трудом перевернувшись, я случайно столкнула графин. Стакан спасла, но вода растеклась по каменному полу, а осколки усыпали его у кушетки.
Поставив стакан обратно на табурет, я развернула газету. Все, что было написано про меня, просто пропустила, однако в глаза бросилась короткая фраза о том, что я погибла во время переворота, а новый король этот факт скрывал.
Текст расплывался перед глазами: «…черный дракон замечен над столицей… королевская семья под домашним арестом… виновная в хаосе до сих пор не найдена…» В углу кто-то явно талантливый даже изобразил карикатуру: женщина в платье гувернантки дергала за нитки марионеток с коронами на головах.
“Народ встретил смену власти с воодушевлением” – встретилась мне еще одна значимая фраза. Рядом с ней был напечатан портрет Дэйривза. По всему выходило, что как бы сильно герцог ни противился, а ему пришлось взять власть в свои руки. Я считала, что из него получится отличный правитель. За руку и сердце маленькой Сабиры в свое время станут сражаться самые сильные мира сего.
Усталость навалилась внезапно. Сложив газету, вернуть ее обратно на табурет я уже не смогла. Откинувшись на подушку, на миг закрыла веки, чтобы переждать приступ мигрени. Он продлился недолго. Тошнота подступила к самому горлу.
Все это время я отгоняла от себя мысли о том, что будет, если Дэйривзу придется взойти на трон. От леди Волдерт я уже знала о кровной связи их семьи с предыдущим монархом. Вместо Световолда все это время мог править Дэй, и тогда моя жизнь сложилась бы совсем иначе, но…
В истории не существовало сослагательного наклонения. Даже самые сильные маги были не способны повернуть время вспять. А жаль. Мы с герцогом Трудо могли бы встретиться и познакомиться гораздо раньше. Мои родители могли бы жить.
Смахнув слезы, что выступили в уголках глаз, я заставила себя улыбнуться. О том, что маркиза Алария Харфурд, чью честь окончательно растоптали газетчики, не пара королю, мне объяснять не требовалось. Я никогда не была наивной, разве что в свои шестнадцать, но с тех пор словно прошла целая жизнь.
Я знала, что мне не встать рука об руку рядом с Дэем. Даже герцогу Трудо я не была подходящей парой, но позволяла обманываться нам обоим. Потому что и правда любила.
А короли по любви не женились никогда. Политика всегда была важнее сантиментов.
Что же касалось денег, которые поверенный семьи Волдертов перечислил на имя Аларии Волдерт, герцогини Трудо, я не собиралась мелочиться. Дэйривз сделал для меня куда больше, чем стоили все деньги мира. Он освободил меня от посягательств Световолда и избавил от него все королевство; он наверняка разобрался с леди Нахль, не оставив ее и ее сторонников без внимания, а значит, мой договор с академией был аннулирован; и, конечно, ему еще только предстояло разбить обширные виноградники там, где пустовали разоренные земли моих родителей.
Когда-нибудь я буду пить вино с этих виноградников и обязательно вспомню о Дэе и маленькой Сабире.
Если вообще хоть на день смогу о них забыть.
Слезы рвались из-под ресниц против воли. Закусив угол одеяла, я изо всех сил держалась, чтобы не завыть в голос. Внутренняя боль, боль от разбивающегося на осколки сердца оказалась куда сильнее той, что обручами сковывала голову.
Не выдержав, я попыталась намагичить простенькое обезболивающее заклинание, но тщетно. Во мне не оказалось даже искры. Резерв пустовал, зияя черными провалами высохшего озера.
Руки опали на грудь.
Будто сжалившись надо мной, холодная тьма накрыла меня с головой.
Услышав хруст стекла, ощутив на себе чужой пристальный взгляд, я мгновенно пришла в себя и открыла глаза. Прямо перед моим лицом, склонившись так, что прядь черных волос упала мне на грудь, стоял граф Энье. Все тот же насмешливый взгляд, все тот же белеющий шрам, раскалывающий его бровь надвое, – память о нашей первой дуэли.
Я двинулась быстрее мысли. Заметив у него за поясом кинжал с рукоятью в виде волчьей головы, рванула к лезвию. Пальцы безошибочно сомкнулись на рукояти, и через мгновение острие уже дрожало у горла наемника.
Он даже не моргнул. Не испугался, хотя однозначно стоило бы.
– Моя маленькая
