С силой ударился затылком о стену. Тяжело сполз по ней вниз.
Из разбитого носа и рассеченной губы, заливая подбородок, хлынула кровь. Капюшон свалился с головы.
— Майор Главного управления контрразведки, говоришь? — абсолютно спокойно, буднично сказал я, глядя на него сверху вниз. — А по-моему, ты просто предатель. Грязная крыса, которая работает на Пророка. Псих, как и он. Только у вас разные мотивы. Зато суть — одинаковая. Мне глубоко и искренне насрать на твои докладные записки. Вернусь в управление, найду ее и уничтожу. А ты…
Я присел перед Мельниковым на корточки, заглянул ему в глаза. По-доброму так заглянул. По-дружески.
— Ты сдохнешь, майор. Очень скоро. Так что давай забудем про звания. Здесь только мы вдвоем. И живым тебе отсюда не выйти. Это не угроза, это факт. Вопрос лишь в том, будешь подыхать долго, мучительно или мы все решим быстро. Для начала, например, обсудим интересующие меня вопросы. В качестве поощрения пущу тебе пулю в лоб сразу после окончания беседы. Поверь на слово — ломать людей я умею. Есть способы. Вы о таких в подвалах Лубянки даже не слышали.
Майор харкнул на сырой земляной пол тягучей кровавой слюной. Поднял на меня мутный, злой взгляд. И вдруг… улыбнулся. Его губы, измазанные кровью, растянулись в усмешке человека, который, точно знает, какой у пьесы будет финал.
— Думаешь, что ведешь игру, Соколов? — произнёс он, вытирая кровь тыльной стороной ладони. — Считаешь себя охотником? Уверен, что все контролируешь? Ты просто наивный идиот. Разменная фигура на огромной шахматной доске. Знаешь… а ведь он опять оказался прав. Пророк. Сказал, что попытаешься меня перехватить. Что моя угроза разоблачения тебя не напугала, а только подтолкнула к действиям. И вот ты здесь…
Мельников снова усмехнулся, покачал головой. Он явно недоумевал с очередного «предсказания» Пророка.
А вот я немного напрягся. Внутри что-то неприятно, остро кольнуло. Долбаный Крестовский просчитал меня. В который раз.
Плохо. Неужели я настолько предсказуем? Черт… Надо менять тактику.
— Где Пророк? — процедил сквозь зубы, игнорируя слова майора. Поднял пистолет, вдавил ему в ключицу, — Как он выглядит. Имя. Звание. Что за груз ты должен передать? Говори, гнида.
Мельников скосил взгляд, посмотрел на оружие, а потом вдруг расхохотался. Громко, неадекватно.
— Какой же ты смешной, лейтенант. Искренне веришь, что сорвал встречу в лесу. Да?
Эта сволочь даже не пытался скрывать торжество. Оно его буквально распирало. Хотя торжествовать должен, по идее, я.
— Думаешь — совершил героический подвиг, задержав меня в этом сарае? Ты идиот, лейтенант… Встреча на просеке — пустышка. Декорация. Идеальная приманка.
Я нахмурился. Вообще-то, вопросы были заданы совсем другие. А эта тварь вдруг заговорил о встрече с немецкими диверсантами. Специально? Отвлекает? Возможно. Но…
Мой мозг, привыкший анализировать худшие криминальные сценарии, начал лихорадочно складывать разрозненные детали.
Капитан Левин. Он взял своих людей и бойцов. Немцев будут изображать пятеро. Не меньше. Плюс те, кто контролирует периметр. Сколько всего? Порядка двадцати человек с операми? Кольцо оцепления в триста метров…
— Сука…в лесу ловушка…— глухо констатировал я вслух.
И это был не вопрос. Я чётко понял, даже если майор тянет время, чтоб остаться в живых, насчет встречи он не врет.
— О да… — глаза Мельникова блеснули в полумраке. — Там не просто ловушка. Там кое-что интересное. Пророк придумал настоящий шедевр.
Я молчал, давал предателю выговориться. На этом «горят» маньяки и психи. Желание потрындеть и похвалиться своими «подвигами», когда в кровь долбит адреналин.
— Немцы… Те, которых вы взяли. Вся их группа. Они — мясо. Расходный материал, — с откровенным наслаждением продолжил Мельников. — Правда, им это никто не сказал. Они искренне верили, их задача — подорвать узел правительственной связи, а потом забрать груз. Но тут видишь, в чем дело, лейтенант. Они бы его подорвали, да. Если бы вы не вмешались. Не криви рожу. Я знаю, что в лесу были взяты именно диверсанты. Хотя ваш Котов упорно старался всех убедить в другом. Но замысел Порока масштабнее. Давай предположим, будто немцы благополучно выполнили свою задачу. Узел свяли взрован. Знаешь, каким должен был стать мой следующий шаг? А-а-а-а-а… По глазам вижу — понял. Да, именно так. «Случайно» найти определенные улики и вывести оперативников СМЕРШа на диверсантов. Быстро. Слить их вам буквально в течение нескольких часов. Так что, лейтенант, о встрече возле сторожки вы бы так и так узнали.
Мельников снова сплюнул кровь.
— Подвал, допросная. Все как обычно. Немцы не железные. Они тоже колятся. После взрыва я лично собирался участвовать в допросе. И уж поверь, выбивать из людей правду умею очень хорошо. Но ты все сделал вместо меня. Молодец. Фрицы сами свято верят во встречу с майором, который передаст им ценный груз. Поэтому информация, которую они вам выдали, выгдялела так правдиво.
— И что на просеке? — я подался вперед. — Если ты здесь, кто придет? Зачем вы стянули туда целую роту?
— А никто не придет, Соколов.— майор злобно оскалился. Поднял руку, посмотрел на часы, — Хм… Почти два ночи. Бойцы уже, наверное, заняли свои позиции. Лежат мордами в мокрой листве. Ждут. Пророк прекрасно понимает тактику СМЕРШа. Он так и сказал. Контрразведка не просто отправит ряженых к сторожке. Обязательно будет кольцо оцепления.
Мельников сделал паузу. Ему хотелось вовлечь меня в свой рассказ еще сильнее.
— Этот квадрат леса готовили заранее, лейтенант, — продолжил он, — По всему периметру, радиусом в те самые триста метров, заложена сеть осколочных заградительных мин. Советские ОЗМ. Десятки тяжелых зарядов, соединенных в единую цепь детонирующим шнуром.
Я криво усмехнулся.
— Брешешь, майор. Хочешь, чтоб наш разговор быстренько свернулся. Чтоб дурачок лейтенант кинулся на место встречи. Чтоб запаниковал, побежал спасать товарищей. Связал бы тебя, например, и оставил здесь. Ты ведь понимаешь, пока не сдал Порока, твоя жизнь в безопасности. Я буду бегать по лесу, а ты просто красиво смоешься. Даже со связанными руками, ногами и пробитой головой ухитришься уползти. Такие твари, очень живучие. Не выйдет. Заминировать большой квадрат сетью — колоссальный, адский труд. На это нужны дни работы. Выкопать десятки ям, проложить провода, всё замаскировать дерном. Ты сам сделать подобное физически не мог. Сидишь в штабе, в чистой форме, на виду. А иметь в запасе целую законспирированную роту диверсантов…Слушай, ну Пророк все-таки не всемогущий. У него нет столько людей.
Мельников посмотрел на меня с искренней жалостью.
— Какой
