если бы он оказался не прав, то его похвалили бы за то, что проявил бдительность.
— Вот вы правы, глупый закон, — хмыкнул Илларион Викторович. — Не переживайте, Александр Олегович, я помечу в деле, и больше к Волковым никто не приедет.
Это в том случае, если Волков не решит пойти по головам. Он ведь может начать давить на орден и со стороны проверяющих имперских служб.
— Вы бы родственницу оттуда вытащили, — прямо сказал я. — А иначе в ближайшее время Волков найдёт другой способ от неё избавиться.
— Тогда семье придётся платить компенсацию, — задумчиво ответил он.
Это был очень выгодный брак, настолько выгодный, что готовы пожертвовать её жизнью.
— Вы меня не поняли. Всё может дойти до того, что Волков убьёт свою жену.
— Не сможет, — тут же ответил Илларион Викторович. — Я вас услышал, Александр Олегович, и спасибо за помощь, — сказав это, он бросил трубку.
Уверен, что после того, как всё вскрылось, графиню заберут из этого дома в самые ближайшие дни. Всё-таки, какие бы деньги ни заплатил за брак с этой женщиной Волков, её жизнь дороже.
Любая человеческая жизнь дороже.
— Ну, это смотря сколько заплатить, — раздался голос Легиона.
А от него я ничего другого и не ожидал.
— Знаешь, даже многие люди мыслят, как ты, — ответил я ему. — Считают, что жизни можно продавать, покупать. Но это правило работает только до тех пор, пока кто-то не купит их самих. Или их родственников. Вот представь, что твою любимую жену убили. Ты пришёл к обидчику разбираться. А он такой говорит: «Это же всего лишь баба, давай я заплачу». И что ты сделаешь?
То, что Легион ответил, очень многое о нём сказало:
— Я сказал бы, что он совсем охренел, и убил бы его, потому что никто не смеет безнаказанно трогать моих жён.
— Вот видишь, здесь та же история.
— Ладно, здесь ты меня убедил, — фыркнул он.
Неужели? У меня получилось хоть в чём-то убедить владыку демонов! Можно считать это за личное достижение.
— Не обольщайся, — усмехнулся Легион. — Это скорее исключение из правил!
— Александр Олегович… — вновь начал Роман Евгеньевич, когда мы отъехали от дома Волковых.
Но я его перебил:
— Если вы хотите ещё раз предостеречь меня, то не стоит. Поверьте, я не так глуп, чтобы не понимать последствий своих действий.
— Как раз таки наоборот, — хмыкнул он. — У меня возникло такое чувство, будто все угрозы Волкова ничего для вас не значат. Хотя он и правда может обратить против вас всю столичную аристократию. Никто не захочет иметь с вами дел.
— Знаешь, это звучит забавно, учитывая, что никто не хочет иметь дел с Волковым. Да кто к нему прислушивается? — усмехнулся я.
Я бы вовсе назвал его моральным уродом.
— Исходя из того, что я о нём слышал, это очень подлый человек. Он может отомстить не сразу, а через какое-то время. Вы уже о нём забудете, когда он проявит себя, — Роман Евгеньевич всё-таки вернулся к предостережениям.
— Ну, посмотрим, — хмыкнул я. — Что-то мне подсказывает, что этот барон сядет за решётку раньше, чем успеет что-то предпринять.
— Какой сядет? У него же вся полиция куплена! — удивился Роман Евгеньевич.
— Полиция — да, но не имперская служба безопасности. Или ты думаешь, что попытка сплавить жену — единственный его грех? Нет… у таких людей обычно целая сотня скелетов в шкафу. И нужно лишь подобрать ключик.
— Когда вы так говорите, даже мне становится страшно.
— Хороший признак. Значит, правильно говорю, — усмехнулся я.
Когда мы остановились на долгом светофоре, посмотрел время на телефоне.
— Так, с работой на сегодня мы разобрались, а время только двенадцать часов дня, — задумчиво проговорил я, решая, куда отправиться дальше.
— Едем в орден? — спросил Роман Евгеньевич, намекая на то, что после происшествия в доме Волковых нам останется лишь заполнить отчёты.
На это у нас уйдёт не больше часа, поскольку никакой одержимости не было. Из нюансов нужно указать только неадекватность самого Волкова. И мы можем быть свободны.
По сути, так и строится работа экзорцистов. Если её много, то мы можем пахать круглые сутки. Ведь в уставе ордена есть важное дополнение о том, что при возникновении угрозы мы обязаны оставаться сверхурочно.
А вот уйти мы могли, как только закончили работу. Остальные задания на сегодня забрали другие экзорцисты, и больше орден не мог предоставить нам работы нашего уровня. Ну и никто не заставит магистра бегать по уничтожению низших демонов.
По факту я даже от дежурства освобождён. Орден максимально пошёл мне навстречу ради того, чтобы я искал пропавших.
Кстати, скоро и этим надо будет и заняться. Ведь чем больше людей я возвращаю, тем больше ко мне лояльность, и такими темпами даже император увидит мою настоящую ценность. Надеюсь, это заставит его задуматься.
— Александр Олегович? — позвал меня помощник, видя, как я задумался.
Хотя это не мешало мне управлять транспортным средством. Я уже делал это на автомате.
— Нет, в орден мы не поедем, — помотал я головой.
— Как так? Но отчёты?.. — недоумевал он.
— Отчёты заполним позже. Сейчас у нас есть куда более интересная задача. В Подмосковье засекли сильного демона, — объяснил я.
— Но такого задания не было! — удивился Роман Евгеньевич.
— Сведения не подтверждены. Только что прислали сообщение с просьбой проверить, если есть возможность. Если нет, то это войдёт в какое-нибудь задание на неделю. Ну, сами понимаете, нам нет смысла откладывать.
— Да-да, конечно, — закивал Роман Евгеньевич. — Я на всё готов.
— Хорошо, тогда едем. Путь предстоит неблизкий, — вздохнул я, уже скучая по маленькому городу, где из одного конца в другой можно было добраться меньше чем за час.
Роман Евгеньевич достал свой телефон и проверил рабочие чаты.
— Странно, там нет никаких сообщений, — задумчиво проговорил он.
— Потому что в чаты это и не присылали, — усмехнулся я.
Но не стал говорить, что это один из тех демонов, кто пришёл по душу Легиона. А мне сейчас как раз требовалось уничтожать более сильных.
— Да-да, Саня, пора вступать в игру. Моих ребят уже не хватает. Только сегодня они тридцать демонов в округе убили. Самого сильного
