РЕ-ЛЯ). — А что ты там будешь делать? Ведь ты такой УМЕНЬШЕННЫЙ, да и одежды у тебя нет приличной: в чем родился — в том и ходишь.
— Я несу царю самый лучший подарок! А за это он даст мне самые красивые одежды, — отвечал СИ-ФА.
— Вот насмешил! Вот уморил! Да что же ты можешь нести ему?
— А вот это!.. — крикнул УМЕНЬШЕННЫЙ КВИНТ СИ-ФА и показал свою великолепную жемчужину.
Забияки ДО-СОЛЬ и РЕ-ЛЯ обомлели от неожиданности, увидав такую драгоценность, Но не подав вида, РЕ-ЛЯ сказал:
— Подойди-ка поближе! Покажи, может она фальшивая?
— Как фальшивая?
— А ты что, разве не знаешь, что люди часто делают фальшивые жемчужины и бросают их в море, чтобы к ним приплывали такие ГЛУПЫЕ КВИНТЫ, как ты. Когда их набирается много, люди кидают сети и ловят недотеп. А потом на земле пускают в аквариумы и любуются их свечением?
— Я ничего этого не знаю. Ведь со мной никто не разговаривает. Возьмите, посмотрите, какая это жемчужина, — и СИ-ФА протянул свою находку ЧИСТЫМ КВИНТАМ.
Они засветились ЯРКО-СИНИМ цветом ТОНИКИ и жадно схватили ее своими щупальцами.
— Да, ты чуть было не поплатился своей жизнью, — сказал через некоторое время ДО-СОЛЬ.— Эта жемчужина фальшивая. И, если бы ты отнес ее Царю, он бы приказал тебя убить.
— Как же так? Что мне теперь делать? — спросил СИ-ФА.
Но его уже никто не слушал. Оба забияки, сложив свои ПЯТЬ щупалец и зажав в них украденную жемчужину, со всех сил удирали прочь от этого УМЕНЬШЕННОГО КВИНТА.
СИ-ФА стало очень обидно. «Они, наверное, обманули меня? — подумал он. — Ведь если бы жемчужина была фальшивой, зачем бы они понесли ее с собой?»
СИ-ФА сидел на голом камне и горько плакал. Ему было так плохо, так плохо, что он решил уплыть далеко в море и там умереть.
Медленно ступая своими щупальцами, он подошел к краю бездны и уже хотел прыгнуть в нее, как вдруг кто-то задержал его.
СИ-ФА обернулся и увидел доброе лицо взрослой ЧИСТОЙ КВИНТЫ.
— Ты что? Зачем хочешь это сделать?
— Меня никто не любит, — отвечал ей СИ-ФА плача, — и я никому не нужен. Все отворачиваются от меня, потому что я некрасивый и у меня нет нарядных одежд.
— Ну, что ты! Это же ерунда, — ласково сказала ЧИСТАЯ КВИНТА и погладила СИ-ФА по МОХНАТОЙ голове.— Ты вырастешь и станешь красивым. И одежды купишь. Да ведь не только в них счастье... Ты научишься петь чистым хрустальным голосом. И, чтобы послушать тебя, твое пенье, к берегу моря будет собираться много зверей и птиц. Ведь мы, КВИНТЫ, можем так чудесно звучать. Наши голоса так легки, будто парят в воздухе.
И взрослая КВИНТА, чуть задрожав, тихонько зазвенела.
— А у меня не получается, мне звенеть ЛОХМАТЫЕ волосы мешают! И у меня голос сиплый, — заплакал УМЕНЬШЕННЫЙ КВИНТ СИ-ФА. — И я больше никогда не вырасту! Недаром меня зовут УМЕНЬШЕННЫМ КВИНТОМ!
Взрослая ЧИСТАЯ КВИНТА ЛЯ-МИ опять погладила его по голове.
— Не плачь, малыш! Я слышала, что УМЕНЬШЕННЫЕ КВИНТЫ становятся самыми счастливыми. Они умнее других и очень хорошо учатся. Я буду помогать тебе, и ты станешь тоже счастливым. Пойдем...
Она взяла СИ-ФА за щупальцы и повела к себе домой.
...ЛЯ-МИ сама была небогата. Она целые дни плавала из конца в конец моря, разнося письма от одной КВИНТЫ к другой, и от этого очень уставала. Но она делала все, чтобы ее приемному сыну жилось не хуже других. Продавая то одну, то другую свою одежду, она приносила СИ-ФА вкусные кушанья, ходила с ним на представления, которые иногда устраивали в море ГЛИССАНДЫ — СКОЛЬЗЯЩИЕ по воде рыбы. А сама плавала только в одном скромном наряде и светилась бледно-зеленым цветом.
СИ-ФА постепенно стал приходить в себя.
Однажды ЛЯ-МИ принесла ему очень вкусных рачков, и СИ-ФА с аппетитом поедал их. ЛЯ-МИ лежала в стороне (она сама ела такое блюдо лишь несколько лет назад) и смотрела, как весело ужинает ее сын.
— Мамочка! — СИ-ФА впервые назвал ее так. — Скажи мне, почему все ЧИСТЫЕ КВИНТЫ от меня убегают, когда я появляюсь?
ЛЯ-МИ была так растрогана оттого, что СИ-ФА назвал ее матерью, что не могла сразу ответить. Слезы сжимали ей горло.
СИ-ФА подсел ближе, обнял ее и повторил вопрос. И тогда, с трудом выговаривая слова, ЛЯ-МИ рассказала, что в отличие от ЧИСТЫХ КВИНТ, которые с детства были прозрачными, УМЕНЬШЕННЫЙ КВИНТ СИ-ФА родился серым, НЕ БЫЛ ЧИСТЫМ, как все, и не умел светиться.
— Но разве это самое важное? Главное, что ты добрее их и умнее. А значит ты лучше других.
СИ-ФА задумался и тихо произнес:
— А все-таки, как было бы хорошо, если бы я мог светиться, как все остальные!
Прошло несколько дней. ЛЯ-МИ все время вспоминала слова малыша. Она не переставая думала: «Как бы достать ему красивую одежду, ну хоть одного цвета. В ней СИ-ФА будет выглядеть нарядно, и тогда его примут в школу, где смогут научить светиться разными цветами, в зависимости от того или иного настроения, сделают его художником света».
ЛЯ-МИ еще долго мучилась и наконец решилась. Однажды вечером она рискнула пойти к яме, где жила БОЛЬШАЯ НОНА. ЛЯ-МИ знала, что там, на дне, есть самые прекрасные жемчужины.
Она шла и дрожала от страха. Все ПЯТЬ щупалец тряслись и подгибались под тяжестью ее тела. Голодная, плохо одетая, ЛЯ-МИ шла добывать драгоценную жемчужину. Добывать не для себя, а только для того, чтобы ее приемный сын мог порадоваться новой красивой одежде.
Она вернулась. Но вернулась лишь с четырьмя щупальцами: одно она навсегда потеряла в страшной яме. Она принесла жемчужину розового цвета и отнесла ее во дворец. Там она получила красивую одежду такого же цвета, как жемчужина, и надела ее на СИ-ФА.
И вот впервые за всю жизнь УМЕНЬШЕННЫЙ КВИНТ стал светиться, правда, всего одним цветом. Этот день запомнился СИ-ФА навсегда. И ему, и его матери казалось, что более счастливого дня у них не будет. СИ-ФА плавал в своей новой одежде, подбегал к незнакомым ЧИСТЫМ КВИНТАМ. И те принимали его играть в свои игры.
Домой он пришел поздно вечером, обнял мать и, не заметив, что у нее не хватает одного щупальца, уснул.
«Дорогой мой малыш. Как я счастлива, что тебе хорошо. Значит, не зря
