им надо было устраивать войну где-нибудь на юге.
Внезапно на всю территорию раздаётся голос из громкоговорителя:
— Арбенские! Сдавайтесь и выходите на улицу!
— Ага, разбежались, — хмыкает графиня.
Но этого, конечно, никто кроме нас с Алиной не услышал.
— Уже спускаемся, — хихикает моя служанка. — Я бегу со всех ног!
— Те, кто последует совету и сдадутся — останутся живы. Нам нужна только графская семья. Остальным умирать незачем! Повторяю — сдавайтесь! — закончилось объявление.
Хоть они и говорят, что сдавшихся оставят в живых, я уже прекрасно вижу, что это не так.
Больше всего меня удивляет одна старая имперская разработка, которую только что завезли во двор. Она в принципе не должна существовать в этом времени. Это огромная машина, разработанная во времена страшной болезни. Если я не ошибаюсь, а я не могу ошибаться — изучал историю очень хорошо. И насколько помню, создали ее триста лет назад во времена страшной болезни. Она поражала не людей, а животных — больше всего страдал скот. В стране бушевал голод. И чтобы предотвратить распространение болезни, придумали машины, которые сжигали тела животных, не оставляя даже праха. Мобильные крематории, в которых установлены магические составляющие. Их я узнал сразу.
Если бы Юрмановы собирались кого-то пощадить, они бы не притащили сюда эту технику. После убийства всех нас, они покажут всего несколько тел и скажут, что эти люди до конца защищали род Арбенских, а все остальные сбежали. Они спросят: «Жалко ли вам род, который даже слуги бросили в час беды?»… Хотя на самом деле остальных сожгут.
Враги быстро окружают поместье Арбенских со всех сторон. У них было не только обычное оружие, но и артефакты, не говоря об Одаренных среди гвардейцев, причем я бы не назвал их слабыми.
Вдруг вперёд выходит глава рода Юрмановых. Высокий статный мужчина в зеленом камуфляже, отличительная черта — глубокий шрам на щеке с правой стороны. Казалось, что он вечно хмурится. На вид ему было лет под пятьдесят, но на голове уже не было волос.
— Ну так как? Выходите или брать штурмом ваше поместье? — кричит он графине.
Меня он пока не видит.
— Ага, выходим, как же, — хмыкает графиня и оборачивается ко мне. — Дмитрий Алексеевич, может быть, мои гвардейцы начнут действовать, пока мы не потеряли инициативу?
— Зачем? Пусть отдыхают. Им есть с чем развлекаться и без гвардейцев, — говорю я и подношу к губам чашку горячего чая.
— Вы уверены?
— А у вас есть повод сомневаться в моих решениях?
Графиня мотает головой и облокачивается на перила балкона.
— По какому праву вы прибыли? — кричит графиня Юрманову.
— Мы прибыли по праву сильного! Вы долго отравляли нам жизнь. Пришло время положить этому конец, — пробасил Юрманов.
— Мне казалось, у вас был договор с моим мужем, — отвечает Арбенская.
— В том-то и дело. Договор с твоим мужем, а не с тобой, — усмехается он.
В этот момент от одного из гвардейцев Юрманова в сторону графини летит красный энергетический сгусток. Но она легко, как кажется всем присутствующим, отбивает его рукой еще на подлете и хмыкает:
— Понятно. У вас нет чести. Ни чтобы объявить войну за неделю, как это принято в приличном обществе, ни даже просто, чтобы поговорить!
— Какая честь? Перед кем? Перед тобой? И к слову, договор с твоим мужем я выполнил до конца! Пока он был жив, мы на вас не нападали.
— Мой муж жив.
— Мертв. И это ты его убила!
— Что за бред? — возмущается графиня.
— Бред не бред — но когда мы сделаем свое дело, все будут думать именно так. И твоё имя будет записано в истории, как имя той, что предала и мужа, и родню. А говорить… Мне не о чем с тобой говорить, — он оборачивается к своим гвардейцам. — Мы подготовились, а ты — вряд ли. Спустишься сама или мне подняться и спустить тебя за волосы, протащив по всему дому? — усмехается Роман Юрманов.
— У тебя не хватит духа подняться ко мне в одиночку. Но всё-таки мне есть что сказать. У меня в гостях находится один важный человек, и твое нападение крайне неуместно. Если он пострадает…
— Ты сейчас можешь говорить всё, что угодно, лишь бы спастись, — перебивает её Роман Юрманов. — Но если ты говоришь правду — появится ещё одно оправдание моему поступку. Жена убила мужа, потом гостя. Идеально, не находишь?
Так он намекает, что готов убрать и гостя, и не остановится ни перед чем, ради достижения своей низменной цели. Ну пусть попробует меня убрать, посмотрим, чем для него это обернется.
— Убьёшь невинного человека только потому, что он мой гость? — громко спрашивает графиня, поднимая брови.
— В жизни случается всякое, — пожимает плечами Юрманов
— Тут я с тобой согласна, — усмехается графиня Арбенская.
* * *
Сегодня Роман Юрманов узнал о том, что в одном из ресторанов его рода нашли труп его давнего друга — Петра Арбенского. Конечно, служба безопасности рода сразу просмотрела камеры в заведении, но по ним нельзя было ничего достоверно понять.
Пётр заходит в ресторан, заказывает себе выпить, заходит в приватную кабинку — и через час его находят мёртвым. Кроме официанта, который и нашел тело, к нему больше никто не заходил, а окон в этом помещении вовсе не было. Но работник ресторана сам не мог совершить такое преступление — это был обычный студент без дара — у него бы не хватило силы пробить защитный покров Арбенского, да и если бы он хотел его убить, то куда логичнее было бы отравить.
Служба безопасности выяснила, что его убили одним ударом клинка в сердце — работал профессионал. Юрманов сомневался, что место смерти именно в его ресторане — это простое совпадение. Кто-то все удачно подстроил… Но уже неважно — кто и зачем, Роман Юрманов даже не хочет ломать над этой загадкой голову.
По факту это уже никакого значения не имело. Главное, что Петр — мертв, и это открывает многие возможности для Юрмановых.
Петр был хорошим другом, но это не означает, что Роман оплакивает его смерть. А если говорить откровенно, он давно думал об устранении друга. Только он хотел обставить это всё, как несчастный случай, чтобы к нему не было никаких претензий. Последнее время их
