не собирался уступать это тепленькое местечко. Рони метил в советники, туда ему, умнику, и дорога. А он, Иней, что будет делать в светлом будущем, которое еще надо завоевать?
— Ты слышала, как там грохотало? — болтал Рони. — Тоже проделки королевы?
— Угу, — промычала Хильда. — Но с принцем все хорошо.
Ее голос прозвучал сдавленно. Наверное, переживает за Элая. Он ей как родной. Правда, он никогда не слышал, чтобы Хильда называла его принцем. Королевским засранцем — было, королевской задницей — тоже.
Иней посмотрел на Хильду пристальней. Светлые волосы рассыпались по плечам, хотя обычно она собирала их в строгий пучок. Бедра, обтянутые штанами, соблазнительно покачивались при каждом шаге. Но в Драхасе она по-другому ходит. Если дворец так влияет на женщин, то ему здесь, пожалуй, нравится.
— Конечно, Элай будет в порядке, брякнул Рони. — Чешую Вив ничем не пробить.
— Правда? — переспросила Хильда после паузы.
— Не считая происшествия на Играх, да еще случая, когда она ушибла задницу…
Иней быстро закрыл ему рот ладонью. Рони вытаращил глаза, и Иней прижал палец к губам. Не та прическа, не та походка, но главное — задница! Вот, что сразу показалось ему неправильным! У Хильды ягодицы более выпуклые. Прогулки по горам очень благоприятно сказываются на женской фигуре.
— Хильда, ты обещала, что покажешь мне свою прежнюю спальню, — сказал Иней самым развязным тоном. — Предложение в силе, я надеюсь?
— Конечно, — пообещала она. — Потом. Так что ты там говорил про чешую?
— Это не Хильда! — выкрикнул Иней, и женщина, вздрогнув, исчезла.
Только что шла впереди, обольстительно покачивая бедрами, и вот ее нет! Пропала вместе со своей плоской попой!
Иней кинулся следом, но Туч поймал его за шиворот, дернув назад, как шкодливого кота.
— Пусти! — выпалил Иней. — Это не Хильда! Я ей…
— Стоять! — рявкнул Туч. — Рони, ты тоже, ни шагу!
— Ты не понимаешь! Это не Хильда! Это ловушка! — вопил Иней.
— Вот именно, — подтвердил Туч.
— Иллюзия, — выдохнул Рони, тараща глаза. — Такая достоверная! Иней, как ты догадался?
— Не тот изгиб бедер, — проворчал он. — У Хильды поаппетитней. Туч, отпусти. Я понял!
Друг разжал пальцы, напряженно всматриваясь в темную глубь коридора.
— Она привела нас сюда. Зачем? — подумал вслух Рони.
Что-то вдали заскрежетало, и Туч развернул щит.
Сначала это была крохотная искорка, но она разгоралась все ярче и ярче…
— Бежим! — выкрикнул Рони.
Пламя бы их догнало. Оно летело по узкому коридору как по жерлу вулкана, и Иней, всплеснув ладонями, призвал весь свой холод. Морозная волна понеслась вперед, схлестнулась с огнем, ладони слегка припекло от жара, но он лишь уперся ногами крепче и выплеснул все, на что был способен. Огонь рычал как злобный ящер, но драконы боятся холода! Он сможет! Еще чуть-чуть!
— Все, — сказал Рони. — Хватит, Иней!
Выдохнув, он опустил руки, посмотрел вперед. Коридор покрылся наледью, на низком потолке повисла бахрома сосулек. А дальше все было черным от дыма.
— Там какое-то хитроумное устройство, выпускающее огонь, — пробормотал Туч. — Нас бы поджарили заживо.
Потолок впереди треснул и с грохотом обвалился. Труба, проходившая сверху, взорвалась фонтаном воды.
— Бежим! — выпалил Рони, подтолкнув его в спину. — От перепада температур лопнул водосток, — умудрялся занудствовать он даже на бегу. — Слишком резкий перепад температур. Жар и холод. Трубы прорвало, перекрытия повредило. Как бы нас не завалило совсем…
Они вернулись в тот тайный ход, откуда пришли, и захлопнули за собой дверцу.
— Как думаешь, кто был под иллюзией? — спросил Туч.
— Королева, — ответил Рони без всяких раздумий.
* * *
Стрелы закончились, и Элай слегка расслабил объятия. Хотя это не он защищал Вив, а скорее, она его.
— Все хорошо, — заверила Вив, но ее голос слегка дрожал, а синие с прозеленью глаза казались еще ярче на побледневшем лице.
В груди проснулся и заворочался злобный дракон, щелкнул зубами.
Только что покусились на его жену. На Вивиану. На женщину, которую он поклялся беречь. Элай взял ее за руку и повел вперед, по измочаленному стрелами коридору, усыпанному лоскутами картин и обломками штукатурки.
Вив цеплялась за его руку холодными пальцами, и когда пол под ними внезапно рухнул, Элай был готов. Крылья подхватили их обоих, удержав от падения. Вив успела лишь испуганно ойкнуть, и под ее ногами вновь оказалась твердая поверхность.
— Не смотри, — сказал Элай, но она конечно же обернулась.
Пол раскрылся двумя створками вниз, и в темном провале сверкали острые пики. Кто бы их ни поставил, он не пожадничал — натыкал густо, как зубья расчески. Но волчья яма не опасна для дракона.
— Если бы не твои крылья… — прошептала Вив, побледнев еще больше.
Ее воображение художника наверняка услужливо живописало картину их ужасной смерти.
— Пока что все довольно банально, — с наигранной бодростью произнес Элай, чувствуя себя полным подонком.
Надо было оставить ее в Драхасе. Придумать что-нибудь, сыграть на любви к Тау, который остался на бабушках, подкупить ее очередными красками или соврать. Нет, потащил Вивиану в логово змей…
— Прости, — сказал он.
Вив глянула на него с удивлением.
— За что? — спросила она. — Элай, ты не виноват, что твой брат моральный урод!
Он молча кивнул, хотя и не мог с ней полностью согласиться. Да, мачеха с детства разделяла их, и младший фактически рос отдельно. Но, наверное, Элай мог бы проводить с ним больше времени, как-то воспитывать… Теперь эту ошибку придется исправлять, и вина останется на его сердце вечным грузом.
— Вив, будь очень внимательна, — настойчиво произнес он. — Действуем осторожно. Ничего не трогай, от меня ни на шаг. Я почти уверен, что это пока лишь цветочки.
— Я поняла, — серьезно сказала она. — Ты тоже… Ни на шаг.
И Элай усмехнувшись, понял, что в одном он корит себя зря — не осталась бы она в Драхасе. И не помогли бы ни подкуп, ни ложь, никакие его ухищрения. Вив была бы с ним рядом.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю, — улыбнулась Вив. — Твоя любовь вроде моей тайной силы и благословения на все, чего я хочу. А хочу я поквитаться уже с Тирианом. Пойдем.
Больше
