– Тогда вот на, читай. – Ягайло протянул ему переданную паломником грамоту и присел на поваленный древесный ствол.
Заинтересованные действом дозорные один за другим появились из кустов и окружили своего начальника. Тот, морща лоб, по слогам разобрал славянскую вязь. Скрутил свиток в трубку и вернул Ягайле.
– Что ж ты нас, рекрутировать хочешь? – Он искоса посмотрел на витязя.
– Есть такое дело. Снимайте лагерь, собирайтесь да пойдем уже.
– А куда пойдем-то хоть?
– В Полесье. Края болотные, – ответил Ягайло.
– В болотные? Прямо сейчас? Так вот, без разведки, без проводника? – удивился Яромир.
– Есть у нас проводник. – Ягайло кивнул головой в сторону болотного юноши, устроившегося в теньке под деревом и вытянувшего, почитай, через всю дорогу длинные ноги.
– Да уж лучше никакой, чем такой, – покачал головой Яромир. – Он нас и в трясину может завести, на погибель, знаю я их с…
– Хватит! – рявкнул Ягайло, не поднимаясь со ствола. – Все распри меж нами потом, сейчас дело надо сделать. И от каждого будет зависеть, вернемся мы с болот или нет. Ясно, орлы?
Орлы посмотрели на Ягайлу хмурыми взглядами из-под кустистых бровей, но спорить не стали. Быстро разбежавшись в разные стороны, они вскоре вернулись, неся за плечами небольшие сумки с нехитрой военной утварью. Ягайло глянул на них с уважением. Вроде расхлябанные, грязные, чисто голытьба, а держатся молодцевато, спуску никому не дадут. Правда, с такими силами крепостицу все равно не осилить, даже с помощью мужиков. И то, если соберет их Никифор, как обещал. Но все лучше, чем одному с двумя детьми несмышлеными в обозе на стены идти.
Ягайло, не оглядываясь, пошел по дороге, болотник и Евлампия с голубиной клеткой, из ивовых прутьев свитой, встали за его плечами. Все как-то вместе стараются, еще б за руки взялись, зло подумал витязь, но смолчал. Дозорные во главе с Вячко, видать, товарищем командира, гуськом вытянулись вслед. Сам Яромир остался в хвосте, все еще на что-то дуясь. Да и остальные не разговаривали. В полном молчании колонна прошла мимо трактира. В темных окнах замелькали какие-то тени. То ли хозяин со своими людьми, то ли другие работорговцы задумали устроить засаду, да не решились напасть, увидев сильно пополнившийся отряд. Надо бы наведаться сюда, когда все закончится, подумалось Ягайло, да разобраться с этим осиным гнездом основательно. Судя по злобному шипению за спиной, Олесю подумалось то же самое.
Они подошли к краю болот. Юноша осмотрел из-под руки темную водную гладь, изредка бугрящуюся редкими островками, и повел отряд по краю, совсем не в сторону гати, на которой погиб Акимка. Воины последовали за ним, не задавая лишних вопросов. Да и к чему? Если болотник хотел обмануть и заманить в засаду или трясину, вывести его на чистую воду способов не было, разве что на месте поквитаться с предателем, а потом подороже отдать в бою свою жизнь. По шороху сабель о края ножен, позвякиванию ножей и треньканью тетивы на луках Ягайло читал мысли дружинников, словно открытую книгу.
Час пролетел незаметно. Наконец юноша свернул в какие-то совсем уж непролазные дебри. Ягайло, вздохнув, последовал за ним. Дружинники, уже не таясь, натянули луки и достали ножи, по одному исчезли в зарослях.
Они шли и шли. Ягайло прикрывался локтем от хлещущих по лицу веток, упускал и ловил взглядом узкую спину болотника, легко скользящего сквозь заросли. Хлесткие удары сыпались на руки с разных сторон, цеплялись за починенные Никифором сапоги, а просвета все не было. Когда витязю уже стало казаться, что Яромир был прав, болотник кружит их по кустам с недобрыми намерениями, заросли кончились. Ягайло вывалился на небольшую полянку с темной травой, окруженную с трех сторон беспросветной стеной кустарника. Четвертая же сторона открывалась прямо в болото. Над ним гулял легкий ветерок, но бурая маслянистая жидкость оставалась мертвенно неподвижной. Юноша подошел к самому краю, присел на корточки и смочил в этой жиже кончики пальцев. Вытер их об одежду и, выпрямившись в полный рост, шагнул прямо в трясину.
Успевшие вывалиться на поляну воины замерли с открытыми ртами. Евлампия ахнула. Болотник стоял над поверхностью вод, как Иисус на озере Кинерет перед оторопевшими рыбаками.
Первым засмеялся Ягайло. Постепенно соображая, в чем дело, начали смеяться и другие дружинники, последней прыснула в кулак Евлампия. В самом гиблом на вид месте, под покровом темных, насыщенных торфяной взвесью вод, болотники соорудили тайную дорогу. Проводник улыбнулся, как бы подтверждая их догадки, и взмахнул рукой, мол, за мной идите.
Ягайло поднялся и подошел к краю. Присмотрелся. Никакой гати под темной водой не было видно и в помине. Весь внутренне сжавшись и набрав в грудь побольше воздуху на случай, если провалится с головой, он все же опустил сапог в болотную жижу. Та мягко расступилась, принимая его, и… Каблук ткнулся во что-то твердое.
Ягайло притопнул, крепость опоры проверяя. Она держала. Похоже, дорога была сделана даже не из бревен, а из тесаного камня. Ровная, широкая, чуть прогибающаяся к середине, чтоб неловкий путник не соскользнул в трясину. Витязь сделал шаг, другой и бодро зашагал вслед за болотником по невидимой дороге. Плескавшаяся поверх нее болотная жижа едва доходила до щиколоток.
Ободренные этим зрелищем дружинники гуськом спустились в воду и побрели за Ягайлой, тревожно глядя по сторонам и держа наготове луки и копья. Через час пути они привыкли к болоту. Перестали тревожиться. Начались извечные солдатские шуточки, сопровождаемые всплесками, тихой руганью и смешками. Яромиру даже пришлось цыкнуть на них пару раз, чтоб вели себя потише.
Иногда вдоль дороги попадались какие-то столбы. То ли ориентиры, то ли предупреждения путникам, что им тут не рады. Они были оплетены тиной, на идущих щерились распахнутыми пастями щучьи черепа. Висела протухшая рыбья мелочь. Было не то чтоб страшно, но довольно противно.
– Зря они так столбов наставили, дорогу пометили. Любой непужливый пройдет, – словно прочитал мысли витязя Яромир.
– Не так-то просто, – ответил Ягайло, тоже этим дивом заинтересовавшийся. – Смотри, тут вот столб рядом стоит, и по другой стороне тож рядом. А там, почитай, на сажень в стороне. Спробуй в ту сторону шагни. И молись, чтоб вытащить успели.
– Прав ты, витязь, – раздумчиво покачал головой Яромир. – Не зря, значит, молва про тебя ходит по Смоленщине и далее везде. И князь не зря тебе грамоту командную выдал.
– Что за молва-то? – полюбопытствовал витязь. – Не слыхал я.
– Да ладно, забудь, – махнул рукой Яромир и поотстал на пару шагов.
