– Я подаю им только безалкогольные напитки. Оба пили диетическую кока-колу. – Он искоса взглянул на меня. – И ей по душе Найджел. Ваш водитель.
– А он ее поощряет? Хозяин расхохотался.
– Он поощряет все вокруг, что при титьках.
– Вы не должны были их обслуживать, если они без взрослых, – сказал Сэнди.
– Она сказала, Найджел их угощает.
– Попадете вы в беду, – настаивал на своем Сэнди.
– Они были недолго, – защищался хозяин. – Ушли скорее всего еще до вашего прихода. – Он чихнул. – По правде говоря, многим из конюхов тоже нет восемнадцати.
– Будьте осторожны, – снова предупредил Сэнди. – А то потеряете лицензию, и глазом моргнуть не успеете.
– Джоггер быстро напился? – спросил я.
– Я пьяных не обслуживаю, – обиделся хозяин. Сэнди фыркнул.
– Ну к какому часу он набрался? – Поправился я. – Когда начал болтать о присосках, маленьких зеленых человечках и всяком таком?
– Он был здесь с шести, пока Сэнди не увез его домой, – сказал хозяин.
– По скольку кружек в час?
– По меньшей мере по две, – ответил за него Сэнди. – Джоггер с этим делом быстро справлялся.
– Не был он пьян, – настаивал хозяин. – Может, за руль и не стоило садиться, но не пьян.
– Слегка шатался, – сказал Сэнди. – Он как раз разглагольствовал о присосках, когда я пришел сюда около восьми. И еще об арабах и вещах на лошади прошлым летом.
– А почему вы спрашиваете? – спросил хозяин.
– В самом деле, – поддержал его Сэнди. – И что имел Джоггер в виду?
– Один Бог знает.
– Джоггер у Бога, и он знает. – Хозяин пришел в восторг от собственного остроумия. – Вы слышали? Джоггер у Бога, и он знает.
– Прекрасно, – мрачно сказал Сэнди.
– Что-нибудь еще случилось? – спросил я. – Кто украл инструменты из пикапа Джоггера? Хозяин сказал, что не имеет понятия.
– Дейв велел Джоггеру заткнуться, – сказал Сэнди.
– Что?
– Джоггер действовал ему на нервы. Джоггер только рассмеялся, а Дейв на него замахнулся. Хозяин утвердительно кивнул.
– И опрокинул кружку Джоггера.
– Он ударил Джоггера? – изумился я. У Джоггера была необыкновенно быстрая реакция.
– Промахнулся, – сказал Сэнди. – Не так-то просто ударить Джоггера.
Мы все молча раздумывали над его словами.
– Да, но мне пора, – Сэнди зашевелился. – Самое время на работу. Ты задержишься, Фредди?
– Нет.
Я последовал за ним, оставив памятный лист хозяину, который собирался вставить его в рамку и повесить на стене.
– Эта Тесса, – заметил Сэнди, надевая форменную фуражку, – довольно буйная девица. Все время по грани ходит. Не удивлюсь, если она когда-нибудь попадет на скамью подсудимых.
Хоть я и полагал, что он преувеличивает, но отнесся к его словам с должным вниманием. Всю свою жизнь он имел дело с мелкими преступлениями, как и любой другой деревенский полицейский. Но он всегда старался предотвратить преступление, а не поймать и наказать виновного.
– Полагаю, тебе стоит предупредить Майкла Уотермида, сможешь? – спросил он меня.
– Сложно.
– Попытайся, – попросил он. – Может, тогда миссис Уотермид не придется плакать. Меня растрогала его озабоченность.
– Договорились, – пообещал я.
– Вот и здорово.
– Сэнди...
Он остановился.
– Да?
– Если кто-то убил Джоггера... если он не сам свалился... короче, найди ублюдка.
Он внимательно посмотрел на меня.
– И поймать ублюдка, который отвез тебя в Саутгемптон? И ублюдка, который превратил в металлолом твою машину, разгромил твой дом и изуродовал вертолет твоей сестры?
– Если возможно.
– Так ведь ты не доверяешь моим коллегам. Не хочешь им помочь.
– Если бы они смотрели на меня как на союзника, а не как на подозреваемого, дела пошли бы лучше.
– Они так привыкли.
Мы дружелюбно взглянули друг на друга – давние друзья, но до определенного предела. Если бы мы работали на пару, мы были бы соратниками в любом расследовании. Когда же за дело принимались его коллеги, между нами вырастал профессиональный барьер, подобный зубам дракона. В таких случаях он всегда будет в траншеях по другую от меня сторону нейтральной полосы, хотя возможно, что время от времени он и будет подавать мне какие-то сигналы. Выбора у меня не было. Приходилось мириться. Пусть так оно и будет.
Я отвел старый пикап Джоггера назад на ферму и припарковал около сарая. Две его задние дверцы были до сих пор открыты, и внутри ничего не было, только красноватая серая пыль. Я провел по ней рукой и посмотрел на пальцы. То, что я увидел, меня вовсе не окрылило. Не надо было обладать слишком богатым воображением, чтобы увидеть, что красноватые частицы в пыли подозрительно напоминали ржавчину.
Отряхнув пыль с рук, я вошел в сарай и осмотрел пол, особенно вокруг ямы. Масло и грязь в изобилии. Наверное, и ржавчина там есть. Кругом металл да плюс сырая погода, как уж ей не быть.
Одновременно я припомнил, какие инструменты были у Джоггера: старые салазки, острый топор, всякие ключи-плоскогубцы, моток проволоки... да, еще старая увесистая монтировка длиной в руку. Все наверняка было покрыто ржавчиной.
Я вернулся в офис и задумался, от чего меня больше подташнивало – от удара по моей собственной голове или от предполагаемого удара ржавым домкратом по голове Джоггера?
Не так-то просто ударить Джоггера.
Он умер около полудня, при ярком свете дня.
Пусть это будет несчастный случай. Мне не хотелось думать, что он умер из-за того, что работал на меня. С нападениями на меня самого я как-нибудь справлюсь. А вот быть виноватым в чьей-то смерти не хочу.
Вернулся из Хитроу Азиз, все в том же радужном настроении, с той же улыбкой на лице, которая не исчезла даже при печальном осмотре останков моего “Ягуара”.
– Непросто въехать на такой скорости машиной в вертолет. Во всяком случае, на ровном месте. Не рискуя собственной головой.
– Слабое утешение, – заметил я.
– Я тут полазил по обломкам, – сказал он, одарив меня ясным взглядом. – Я бы предположил, что педаль газа зажали кирпичом.
– Кирпичом? У меня, нет тут кирпичей.
– Тогда как там оказался кирпич?
Я только в недоумении покачал головой.
