– Что ж, – наконец промолвил он, – мы животные, зато чистые животные.
– Ну да, – кивнула она, дрожа от удовольствия. – А теперь моя очередь.
Сэм встал, и Шарлотта проделала с ним то же самое. Когда она наконец остановилась, он был готов к продолжению.
– А вы хороший доктор, леди, – заявил он. – Отлично чувствуете человеческое тело.
– Я чувствую твое тело.
Она не понимала его сердца. Что ж, придется оставить изучение этого органа на следующий урок, который состоится в другое время. А сейчас он был не в состоянии сконцентрироваться.
Когда они вернулись в спальню, в которой повсюду были разбросаны подушки, Сэм уложил Шарлотту на кровать и принялся осыпать горячими поцелуями и ласкать языком все ее тело, начиная от глаз и заканчивая лоном.
Занимаясь любовью, они пользовались презервативами, которые таинственным образом оказались у него в бумажнике. Сэм не помнил, когда положил их туда. А может, расчетливый ум заставил его забыть об этом, потому что он дал себе клятву, что секс вернется в их жизнь только в первую брачную ночь.
Да, когда дело касалось Шарлотты, Сэм проявлял слабость. Однако он также был и весьма силен. Они занимались любовью еще три раза, а значит, всего четыре, а ведь он, черт возьми, полагал, что в его «почтенном» возрасте такое уже невозможно.
Правда, Шарлотта гериатр, а значит, он казался ей сущим юнцом и, вероятно, поэтому оправдывал ее ожидания. А когда он был с ней, то и она забывала о прожитых годах.
Глава 19
Шарлотта получила гораздо больше, чем секс, о котором мечтала. Впрочем, в сексе она тоже узнала много нового, при этом получаемое ею наслаждение было лучше, дольше и слаще, чем она могла себе представить.
После отвратительной сцены в ресторане все в ее жизни круто переменилось. Шарлотте казалось, что из ада она вознеслась прямо на небеса.
Итак, она удовлетворена, верно?
Нет!
Лежа в объятиях Сэма, она должна была бы испытывать полное умиротворение и удовольствие, но вместо этого ее охватило чувство потери и, как ни странно, одиночества. Чего-то не хватало, казалось, что-то не сделано, хотя когда Шарлотта вспоминала минувшую ночь, ей не верилось, что все это вообще могло произойти. Она заснула в нежных объятиях своего любовника, так и не найдя ответа на волнующие ее вопросы.
Но, проснувшись на следующее утро и увидев за окном серое зимнее небо, Шарлотта ощутила, что все ее сомнения исчезли. Должно быть, когда она засыпала, приступ безумия навеял ту странную тоску. Сэм здесь, рядом с ней. Жизнь прекрасна.
По-кошачьи потянувшись, Шарлотта глубоко вздохнула и подумала о том, что ей больше никогда не понадобится второе мнение о ее сексуальных способностях. И если в душу закрадутся сомнения, надо будет всего лишь вспомнить минувшую ночь.
Она также будет вспоминать о ней каждый раз, стеля себе постель и сбрасывая с кровати декоративные подушки.
Шарлотта подняла глаза на Сэма. Он лежал очень близко и смотрел на нее.
– У тебя замечательные глаза, – промолвила Шарлотта. – Очень выразительные. А сейчас в них, кажется, весьма… довольное выражение.
– А какое же еще оно может быть?
Шарлотта погладила его щеку:
– Мне нравится даже твоя щетина. Но наверное, ты много раз слушал подобные признания. – Она помолчала. – Я имею в виду, по утрам, после…
– Я никогда не задерживался до утра, – заверил ее Сэм.
– Никогда?
– Никогда.
По какой-то непонятной причине Шарлотту охватила гордость за себя.
– Если хочешь, можешь остаться на весь день.
Она едва не добавила, что при желании он может просто побездельничать, но испугалась, как бы Сэм не превратил эти слова в шутку. Шарлотте нравились его шутки, однако временами ей хотелось, чтобы он был серьезным. Это касалось только секса и ничего другого. Но Сэм оказался настоящим упрямцем. Погладив ее щеку так же, как Шарлотта поглаживала его, и заправив прядь волос ей за ухо, Сэм серьезно посмотрел на нее.
– Нет, – сказал он.
Сэм не добавил к этому ни слова, потому что его «нет» было достаточно понятным.
– У тебя какие-то планы?
– На сегодня? – уточнил он. – Нет. До конца жизни? Определенно да. Более четкие, чем всегда. Поэтому я и уйду, Честно говоря, мне и на ночь-то не следовало оставаться.
– Разве не женщина должна говорить такие вещи?
– А ты еще не заметила, как часто мы меняемся ролями?
Шарлотта подумала о парочке ночных эпизодов, к которым это утверждение вполне подходило, однако Сэм имел в виду не то, что было в постели. Или около нее, или в ванной. Он говорил о том, что ему следовало забыть. Именно этого Шарлотта желала Сэму от всего сердца.
Почувствовав, что слезы жгут ей глаза, Шарлотта устремила взгляд на потолок, чтобы Сэм ничего не заметил. Она сама не понимала, почему плачет. Подумать только, всего несколько минут назад она проснулась в отличном настроении. А теперь вдруг ощутила отвратительную пустоту внутри себя, такую же, какую чувствовала прошлой ночью. И все потому, что Сэм не хочет остаться у нее на весь день.
– Я не выйду за тебя замуж, – заявила она решительно.
– Ты уже говорила это.
– А если я солгу и скажу, что приму твое предложение, ты останешься?
– Я вызову знакомого судью, попрошу его зафиксировать дату обращения, чтобы период ожидания свадьбы считался начатым, и выволоку к судье тебя. Тогда я останусь так долго, как ты пожелаешь. Возможно, даже дольше, но это уже совсем другое дело.
Несколько мгновений Шарлотта пыталась представить себе, каково было бы жить с ним в одном доме. Возникшая перед ее внутренним взором картина оказалась слишком привлекательной, чтобы поверить в ее реальность (вот Сэм сидит напротив нее за столом, вот он бреется в ванной, вот они вместе идут на прогулку), а потому она принялась искать в ней изъяны. На это ей потребовалось не меньше минуты. После медового месяца она вновь погрузится в свою работу, а Сэм – в свою; мир, в котором он живет и о котором она ничего не знает, посягнет на ее мир. Некоторое время их будет сближать постель, а днем они постепенно начнут отдаляться друг от друга.
В конце концов сексуальные отношения тоже перестанут их удовлетворять, хотя пока это трудно представить.
Слезы высохли.
– Я холодная эгоистка, – проговорила она. – Мне нравится, когда все идет так, как я хочу, и я не собираюсь меняться. Я привыкла к своему образу жизни и не смогу терпеть рядом с собой еще одного человека…
– Все это фигня!
Шарлотта изумленно уставилась на Сэма. Он лежал, подперев голову рукой, и смотрел на нее тем особенным взглядом, от которого она забывала обо всем на свете.
Крепче вцепившись руками в одеяло, Шарлотта продолжила изучение потолка.
