улицам Ненавии, не замечаю ничего вокруг. Наконец, показались его ворота. Прошел по внутреннему дворику, слегка удивился, что его не встретил охранник, и зашел в дом. В нос ударил запах чего-то горелого. Он влетел в спальню — тут никого не было. Вальд отправился на кухню и увидел лежащую на полу служанку. В печи догорал хлеб. Женщина спала. Было совершенно очевидно, что тут поработал маг. Затушив огонь, эльф пошел по остальным комнатам. Но ни Медеи, ни дочери нигде не было.
Он вернулся на кухню и считал память у служанки. Последние несколько часов были стерты. Сомнений не оставалось, случилось нечто очень плохое. Вальд почувствовал панику, начал было искать трубку, как вдруг понял, что бросил курить пять лет назад. Но кто мог похитить его жену и дочь? Почему-то первым приходил в голову Коракс. Других врагов у Вальда в городе не было. Только вот с тех пор, как он ушел к Арису, их дороги никак не пересекались. И тут Вальд вспомнил про наместника. Его словно окатило ледяной волной. Сердце в груди бешено застучало. Что ему теперь делать? Идти во дворец? Его туда и не пустят, пожалуй. Найти Ариса? Пока Вальд размышлял, в ворота вошли двое солдат под предводительством придворного мага Рубентия. Они увидели эльфа и тут же направились к нему.
— Вальд Делиан? Именем наместника императора актирена Цебера Мугнуса требуем проследовать за нами во дворец.
Вальд изумленно посмотрел на темного.
— Я не могу сейчас идти во дворец…, — начал было эльф.
Похоже, Рубентий не ждал подобного ответа.
— Это приказ, Делиан, а не приглашение. И протяни мне свою руку, надену на тебя браслет.
Вальд мгновенно создал светлый щит и начал лихорадочно соображать — как же ему поступить. А если во дворце Медеи нет? Сейчас на него наденут браслет из небирулла, и он уже ничего сделать не сможет…
— Рубентий, а зачем браслет? — Вальд старательно изобразил спокойствие в голосе, — Я сам прекрасно могу пойти. Неужели ты действительно считаешь, что я стану нападать на придворного мага?
— Хватит обсуждать мои приказы. Ты обязан подчиняться, — в голосе Рубентия послышалась угроза, он сформировал на кончиках пальцев смертельный сгусток.
Тем временем солдаты быстро обошли эльфа с двух сторон и накинули на него сеть из небирулла.
***
— Мама, где мы? — спросила Эйлин, глядя заплаканными глазами на Медею.
— Мы пришли в гости, скоро пойдем домой, — ответила та, пытаясь сделать голос хоть немного бодрым.
— Нет, дядя нас украл. Он темный?
Медея с удивлением посмотрела на дочь.
— Почему ты так решила?
Эйлин забавно развела ручками. И тут же её внимание привлекли цветные подушки. Она забралась на ложе и принялась их разбрасывать, а потом начала складывать пирамидкой.
Медея хотела её остановить, но потом решила, что не собирается заботиться о сохранности вещей в своей тюрьме. Она решила осмотреть помещение. Кроме кровати и стола тут был стеллаж с посудой. А еще она обнаружила дверь, ведущую в комнату с краном и канализационным отверстием. Помещения были полностью оборудованы для жизни. Но зачем Коракс притащил её сюда?! Она вспомнила, как плыла в трюме в Ханань. От мыслей, что всё может повториться, её бросило в холодный пот. «Да нет, — успокоила она себя, — он тогда бы сразу потащил нас на корабль. Видимо, Кораксу зачем-то понадобилось шантажировать Вальда». Она проверила другие двери — они были надежно заперты. Кольцо помогло развеять ментальный приказ. Немного поразмыслив, Медея поняла, что у неё нет иных вариантов спасти себя и дочь, кроме как звать на помощь.
— Эйлин, послушай, я сейчас немного покричу, а ты не пугайся. Хорошо?!
Девочка радостно заулыбалась.
— Можно я тоже?
— Да давай на счет раз два!
— Спасите! Пожар! На помощь! Нас похитили!
Эйлин с восторгом повторяла за матерью. Дома ей говорили, что хорошие девочки не кричат, а тут вдруг стало можно. В конце концов, они обе устали и обессиленные присели на подушки. Медея вдруг ощутила отчаяние. Ей захотелось разрыдаться, но она увидела испуганные глаза дочери и кое-как сдержалась. Девочка остро чувствовала её состояние.
Неожиданно Медея услышала звук проворачиваемого в замке ключа. Она приготовилась увидеть Коракса, но в проеме показалась молодая изящная женщина. Черноволосая, с миндалевидными глазами, она была похожа на жителей Ханани. Увидев Медею, красавица удивленно застыла в дверях.
— Кто ты такая?!
— Меня зовут Медея Делиан, темный маг Коракс похитил меня с дочерью и под ментальным воздействием привел сюда.
Женщина грациозно оперлась на косяк двери, наклонила голову и иронично приподняла брови.
— Не может быть! Зачем ему тебя похищать?
— Я не знаю! Может, чтоб снова продать в Ханани? Выпустите нас отсюда, пожалуйста!
Неожиданно лицо незнакомки стало серьезным.
— Я вижу, что ты не врешь.
— Меня зовут Пейри. Значит, ты жена Вальда, того эльфа, который служил когда-то у Мария на корабле. Видела его несколько раз у нас в доме. А потом они поссорились. А почему — он мне никогда не рассказывал. Ты, случайно, не знаешь — почему?
Медея горько усмехнулась.
— Конечно, знаю.
— Хорошо, я сейчас принесу твоей дочки угощение, а ты всё мне расскажешь. Возможно тогда я пойму — зачем это он вдруг решил тебя похитить.
По мере того как Медея рассказывала о своих приключениях по дороге в Ханань, лицо Пейри всё больше вытягивалось. Под конец она чуть не плакала.
— Не может быть! — выпалила она, когда Медея дошла до момента продажи, и выбежала из комнаты.
***
Вальд сидел на сыром каменном полу, на руке был надет браслет из небирулла. А ведь еще два дня назад он и подумать не мог, что с ним вдруг может приключиться такое, да еще и в Ненавии. Но самым страшным ему казалось вовсе не то, что он находится в дворцовой тюрьме для особо важных преступников. Мысли, что Медея и Эйлин могут сейчас быть в руках наместника, сводили с ума. «Они страдают, а я ничего не могу сделать. Как же я себя ненавижу! Ведь должен был позаботиться об их безопасности, но оказалось, что и на это неспособен! Не заслужил я такого счастья, как Медея и Эйлин. Всё было слишком хорошо, чтоб оказаться правдой! Но почему меня тут держат? Если бы наместнику приглянулась моя жена, то он сразу бы избавился от меня, как от помехи». Вальд провел рукой по обручальному браслету. Тот был цел. Если бы Медея умерла, он бы раскрылся и упал с руки.
«Но что же всё-таки произошло? Быть может, кто-то из матросов проговорился про трофейные корабли? Я
