и я, повинуясь правилам, дала бортовому компьютеру команду поднять дверцу. Сердце выбивало глухую чечётку. Неужели всё закончится вот так?
– Слава Объединённому государству! – произнёс один из подошедших ко мне привратников. – Сканер зафиксировал отсутствие у вас персонального электронного браслета.
«Ч-чёрт!», – мысленно выругалась я. Действительно ведь, совсем забыла достать из пакета с вещами Эшли её браслет, который, само собой, был деактивирован. А собственный я оставила в той самой ячейке с трупом, вместе с другими личными вещами.
– О, благодарю, офицер. Я снимала браслет на осмотре в клинике, а после забыла надеть. Вероятно, произошла деактивация за это время. Сейчас же исправлюсь.
Под пристальным взглядом привратников я покопалась в сумке и, наконец, выудила оттуда злополучный браслет. Фиксируя его на руке, я не на шутку переживала, удастся ли налегке его активировать и тем самым избежать дальнейших задержек. И как же глупо попасться на такой мелочи! Однако мне несказанно повезло: зарядившись теплом моего запястья и отреагировав на сетчатку глаза, дисплей заморгал светло-зелёным неоном, автоматически отображая текущие показатели моего физического состояния.
Наблюдавший за мной офицер удовлетворённо кивнул:
– Успешной дороги, госпожа Кроутон.
– Успешной службы, господин офицер.
Ещё через минуту, на протяжном выдохе я покинула Центрополис, оставляя за спиной всю свою прежнюю жизнь. Впрочем, кое-что от прошлого я прихватила с собой в жизнь новую: запасную компьютерную консоль, на которую успела перекинуть всю важную информацию, и собственный портрет, написанный рукой Грега. О том, чтобы вывести со своего бывшего счёта хотя бы часть денег, не могло быть и речи: я осознавала, что финансы Миранды Грин находятся под неусыпным наблюдением. И любые подозрительные движения по счёту неблагонадёжной гражданки ОЕГ в преддверии её смерти, а тем более после неё, сразу дадут повод в этой самой смерти усомниться.
* * *
Поскорее оказаться в объятиях Грега, услышать его спокойный мягкий голос, способный как унять, так и всколыхнуть целую бурю чувств – вот чего мне хотелось больше всего на свете. Кажется, я вообще думала о нём ежечасно. И даже в те моменты, когда над всем моим побегом нависала угроза срыва, сильнее всего я переживала именно о том, что больше никогда не увижу Грега. Я видела в этом персональный конец света.
Но как бы ни было сильно моё желание поддаться соблазну и поступить так, как будет хорошо лично мне, этого нельзя было делать. Я не имела права подставлять его. За мной могли следить. Что если Альберт только того и ждал, чтобы я дёрнула в резервацию, а там бы он выследил всех, с кем я была знакома, и, возможно, нашёл бы доказательства их вины в преступной деятельности против государства? Исходя из таких рассуждений, я решила направиться подальше – в Северный-2 и провести там какое-то время, чтобы убедиться, что моя «смерть» не вызвала сомнений и реальных зацепок у служб, и что «Зоркие» не проследили никакой связи между мной и Эшли Кроутон. Если же, вопреки моим надеждам, охота за мной продолжится, придётся снова запутывать следы и бежать ещё дальше. Я подумывала даже о том, чтобы скрыться в резервации эмпатов вблизи какого-нибудь более отдалённого от столицы города, возможно, в районе Западных гор. Надеялась со временем, если повезёт, вернуться в трущобы близ Центрополиса и разыскать Грега. Но будет ли он ещё помнить обо мне? Кто я для него?
Кстати, кто я вообще теперь?
Судя по данным в электронном профайле, Эшли микробиолог, однако, по всей видимости, не самый успешный. Её номер в рейтинге специалистов отрасли болтался где-то между полутора и двумя тысячами. Этого ей хватало на жизнь в пятнадцатом кольце Центрополиса, однако в провинциальном городе-сателлите Северный-2 она вполне могла бы позволить себе апартаменты гораздо ближе к центру.
Я же приняла рассудительное решение не шиковать: сняла на пару дней гостиничный номер неподалёку от окраины города. Денег на моём новом электронном счёте было не так чтобы много, а найти официальную работу теперь для меня становилось проблемой. Знаниями в микробиологии я не обладала, но и взять на аутсорс какой-либо IT-проект теперь тоже не могла. Я решила, что пока не придумаю, как буду дальше зарабатывать на жизнь, стану как можно бережнее относиться к имеющимся средствам. В очередной раз я похвалила себя, что предусмотрительно выбрала для смены личности гражданку без родственников – без живых родителей в том числе. Ей – то есть мне – не нужно отчислять им половину дохода, а значит, пока что можно расслабиться и не слишком переживать о его размерах.
Первые сутки в гостинице я маялась, не зная чем себя занять в отсутствии привычной работы. Отключив надоедающий браслет, я проспала больше полусуток. А после этого развлекалась тем, что разъезжала по окрестным кафешкам, пробуя всевозможную еду, которая на вкус была, как и в Центрополисе, одинаково ватной.
Но совершенно расслабиться и предаться праздному состоянию я не могла, и уже через сутки начала штудировать те базы ОЕГ, в защите которых сумела обнаружить прорехи. Моей целью было выяснить, числится ли Миранда Грин в списке живых, пропавших без вести или разыскиваемых преступников. Ту же самую информацию я искала и в отношении Эшли Кроутон. Однако делать прямые запросы по конкретным гражданам было рискованно, поэтому приходилось мудрить – запрашивать целые массивы данных, среди которых я чуть ли не вручную делала выборки. Это отнимало уйму времени, но в целом я была даже рада – такая монотонная работа давала успокоение уму, отсекая навязчивые мысли и тревоги.
В конце концов, мои поиски увенчались однозначным успехом: Миранда5784eh Грин была аннулирована во всех базах и рейтингах. Не скрою, что потеря места в ТОП-20 лучших IT-специалистов мира оказалась для меня болезненной, но я заранее понимала, что избежать этого можно было лишь согласившись на брачный контракт с младшим Лобзовским и навсегда забыв о Греге. Это того не стоило. Совершенно точно не стоило.
В то же самое время Эшли1591ui Кроутон продолжала оставаться абсолютно рядовой гражданкой, не числящейся в списках разыскиваемых лиц. И когда я окончательно убедилась в этом, сверив данные из нескольких баз, мне на некоторое время показалось, будто моё тело стало лёгким и почти бесплотным, и теперь я способна оторваться от земли и лететь в любом направлении. Эйфория, заструившаяся по жилам, словно накачала моё тело каким-то газом. Я была мыльным пузырём, крупицей аэрогеля – такая же невесомая и прозрачная.
Внезапно захотелось вырваться из стен гостиницы, найти хоть какой-нибудь клочок живой природы, чтобы продлить, подпитать это восхитительное чувство. Но где найти живую природу в современном городе?
Я вспомнила, что Северный-2
