Нет, ты идешь по жизни с другой стороны колючей проволоки… У вас в Англии есть семья одних интересных лордов. Их пращур был пиратом, грабил и убивал, но ему повезло выжить, в отличие от очень многих. Понимаешь? Он же в свое время не пропагандировал в светском обществе о нерушимости законов берегового братства. Мертвые хватают за ноги живых, береговое братство стало анахронизмом… Как и ваши законы, которые соблюдают до мелочей лишь… Сам понимаешь кто. Или, может, ты со своих доходов кидаешь долю в общак?
Таран так ожесточенно замахал руками, словно адвокат обвинил его в измене новой родине.
— Тимур, помнишь ты был в Одессе, на очень крутой фирме. Тебя там что-то удивило?
— Не напоминай. Они меня там чуть до потери пульса не удивили. И все-таки я вставил этих гнид.
— Вставил. Успокоил собственный характер. Однако главное в другом. Мы не просто их кинули, но и очень неплохо наварили. Знаешь, Тимур, меня в совке удивило только одно. Почти на всех фирмах лежат листы с предлагаемым товаром и ценами. И называются они «прайсами». И даже с твоей точки зрения последние фраера очень свободно изъясняются с помощью таких слов как «прогонщик», «кинули», «капуста», «набить стрелку», «бригада», «лох», «прикид»…
Вспомни, слово «блат» вообще вошло в повседневную жизнь, когда мы были пацанами, а вор в законе без судимости — не прошло бы тогда даже за чересчур абстрактный анекдот.
Ты всегда понимал меня, Тимур, хотя иногда поступал по-своему. Успокоил свой характер — и хватит. Оставь все эти лоходромные игрушки для фраеров — там только они этим занимаются, а настоящие деловые — более серьезным бизнесом. Время не стоит на месте, и мир меняется…
— Сашка, так куда мы идем? — тихо спросил Таран.
— Мы идем в двадцать первый век. А все обветшалые воровские догмы останутся в прожитом, словно кожаная куртка и спортивные штаны в шкафу ломщика, переодевшегося в костюм-тройку, как подобает хозяину солидной фирмы.
— А я с ребятами уже договорился, — огорченно прошептал Таран.
— Ничего страшного, — успокоил его господин Гринберг. — Тебе ведь нужны толковые сотрудники. Они умеют работать. Это самое главное. Хотя заниматься легальным бизнесом еще не приходилось, но не боги горшки обжигают. Способности есть, остальное приложится. Я принес несколько интересных документов. Мы можем заняться весьма респектабельным бизнесом. Доходы, правда, ниже, чем от бармилона, но…
— Усек, — самодовольно сказал Таран. — Будущему английскому лорду нельзя всю дорогу торговать каким-то говном, пускай и на благо человечества.
Ты никогда не станешь лордом, Тимур. Но… Кто знает, вдруг возьмешь пример с меня, женишься, появятся дети…
— Ага, — осклабился Таран. — Дочка у меня родится, я ее выдам замуж за сына Боцмана, как в том кино, когда объединились две семьи…
— Не семьи, а корпорации… И вообще, учись говорить правильно. Надеюсь, ты не станешь обучать англичан коренному языку племени делаваров, как тех несчастных американцев?
— Иди знай… — пробормотал Таран. — Скорее всего ты таки да прав. Оставь свои бумажки, я посмотрю. Одно понял: тяжко, конечно, менять слова, но хорошо, что можно хранить суть. Как у того ломщика со своим шкафом… Я грамотно врубился? То есть, господин адвокат, я правильно понял, что вы имели мне сказать?
— Или! — улыбнулся господин Гринберг.
Попрощавшись с Алексом, Таран подошел к окну и задумался. Радости от победы над Боцманом он почему-то уже не испытывал. В душе осталось какое-то непонятное щемящее чувство, словно и не было победы, ради которой он был готов отдать жизнь, лишь бы вернуть свое лицо.
Сашка прав, подумал Таран, кому это было надо, кроме меня самого? Ну посмеются над Боцманом, а дальше забудут. И вообще, кто над ним поржет? Дурная босота, живущая от отсидки до отсидки, у которой не хватает на больше фантазии, чем лазить по чужим карманам и хатам в наше таки золотоносное времечко? Чихать нахавирка на них хотел. Он крутится среди тех, кто при слове «общак» грохается на мадам сижу, а сами воруют тоннами, не вылазя с мордо-столовских креслов. И как они там бабки варят, мозгами двинуться, с места не встать! Сраный министерский шестак может столько нажить! Узнай за его фартовый расклад, любая зона с зависти во фраера устремится…
Когда мир меняется, так и мне не западло будет жрать розовый ростбиф с черным элем, приучиться до пудинга и нашего знаменитого английского чая. Вот только палата лордов мне не светит, не то, что гнойнику Боцману. Захочет, вполне может заделаться парламентарием. Только видно у наховирки уже столько бабок, что депутатская бумажка заместо старой хлебной ксивы на хер не надо этой скотине…
Вот именно, Сашка прав. Кто сегодня из настоящих деловых, а не фраеров, кинувшихся заниматься их прежним промыслом, знает, что такое наховирка? Беспредельничают лучше, воруют — грамотнее не скумекаешь, а за наховирку не представляют. Раньше деловыми называли тех, кто сидел на киче, а теперь — при хорошей должности. Да, эти старые законы точно остаются за кормой. Кроме тех, что перешагнули из камер в жизнь. Время меняется. Законы диктуют воры при должностях, а не те, что сидят под ними и гонят про старые порядки и обычаи.
На фига была эта именно что золотая мина имени Дауна? Я ее закладывал, а Сашка все-таки прав. И с дауновской мордой будет ходить не Боцман, а, как и раньше, лохи вокруг него. Боцман со своими подельниками наверху с их мудрыми решениями и заботой за население любому академику дауновскую морду сделают, безо всяких пластических операций. В новом времени моя примочка может грозить Боцману не больше, чем кусок говна ледоколу. Обмажется и не сильно заметит. Поплывет дальше, вода с ходу дерьмо смоет и…
Чтоб тебе на айсберг налететь, падло! Он такой чисто-белый, хоть бы одно пятнышко. Непорочного цвета, как платье невесты. В нем любая проблядь целкой выглядит, ну а после свадьбы кого, кроме пашущего на нее фраерка-мужа, волнует, как ведет себя эта сука… Тьфу, разве айсберг может быть сукой? Ни разу! Он же сверху еле торчит, а от любопытных глаз целиком под водой ныкается.
Под водой, а потому именно мочит всех, кто до него рискнет близко подсунуться. Правильно, а чего айсбергу будет, глыбе этакой, кто против него попрет? Тем более он в воде торчит, значит, мочить имеет право, для того и природой создавался…
Мудрой природой. Она ни разу пустоты не терпела. И не будет дальше — этого я на все сто вкурил. То есть окончательно понял.
Тем более — впереди двадцать первый век.
Толковый словарь некоторых выражений
Для читателя, слегка отстающего от прозы нашей жизниАавторитет — уважаемый в преступном мире рецидивист
ажур — хорошо, в порядке
алакарь — дармоед, лентяй
аноха — слабоумный, простофиля
арина — оскорбление для осужденных мусульман
асфальтовая болезнь — травмы, полученные в результате падения в нетрезвом состоянии
Ббалдометр — член
балерина — сверло для взлома сейфов
банда фиксовая — ювелирный магазин
барать — сношать барыга — скупщик краденого
батон — девушка; пассивный гомосексуалист
бацилла — мясо, масло, жир, сало
бекас — вошь библия — карты
бивень — слабоумный, малоразвитый
бледный вид и розовые щечки — состояние крайнего страха, растерянности
божница — унитаз
болт забить — не обращать внимания; проявлять абсолютное безразличие
бондарь — главарь
ботало — болтун
борзо — нагло
бормать — ругать
бормотолог — пьяница
бортануть — выгнать
бугор — авторитет в преступной среде
будка сучья — одиночная камера
бульда — глупость
буферная — грудастая
бухало — выпивка
бык — алкоголик, который не в состоянии заплатить за пребывание в вытрезвителе; представитель бандитской группировки.
Вваблить — обращаться, звать на помощь
валет — умственно отсталый; мент в чине офицера
вафлер (вафлежуй) — синонимы петуха, козла, пробитого и т. д. — самое страшное оскорбление для уголовника
вафли — сперма
вахлачка — грубая, мужеподобная женщина
веревка — срок наказания
вертухай — тюремный надзиратель
