ты бы позволил ему умереть.»
«Надеюсь, я бы дал ему то, что он хотел, как бы тяжело это ни было. Но знаешь что? Там, у дома, я помог тебе. Я частично ответственен за это, и от этого мне хуже, чем от чего бы то ни было. Я понимаю, Ксандер. Понимаю. Я не хочу терять отца. Неважно, насколько злобен этот засранец и как глубоко он меня ненавидит, я хочу использовать каждую секунду, чтобы повернуть все вспять.»
«Значит, ты со мной согласен?»
На его лбу и в уголках глаз появились морщинки.
«Нет. Я так не считаю. Я говорю, что эмоции могут преобладать над логикой в данный момент. Я говорю, что тебе нужно хорошенько подумать о том, что ты позволяешь своим эмоциональным потребностям взять верх над данным Богом правом отца решать, что произойдет с его собственным телом. Оно его. Не твое. Не мое.»
«Он больше не в состоянии принимать решения, и я делаю все, что в моих силах.»
Его лицо осунулось, а рот искривился.
«Я знаю, что это так. Вот почему это так чертовски трудно. А теперь пойдем послушаем, что скажет доктор.»
«Ты не собираешься вырвать трубку из его горла?», - спросил Ксандер с грустным тоном, но с сарказмом приподняв брови.
«Конечно, сразу после того, как отключу аппарат искусственной вентиляции легких и приму победную позу. Конечно, нет. Я сказал ему, что помогу не допустить этого, но мы не обсуждали, что делать, когда это уже произошло.»
Его рука поднялась к моему плечу, и там, где была моя, без сомнения, остались синяки.
«Ладно, давай зайдем туда.»
Мы стояли бок о бок у изножья папиной кровати, пока доктор Тейлор вводил нас в курс дела. Отец все еще не дышал самостоятельно. Из-за аппарата искусственной вентиляции легких с ним работала целая команда. Ему уже сделали рентген грудной клетки и ЭКГ, оба снимка были многообещающими, но не из лучших. Анализы крови были на пути из лаборатории, поскольку прошло уже несколько часов, а показания кислорода в крови не были столь высокими после случившегося.
«Это было самоубийство?», - спросил доктор Тейлор, смотря на нас. «Я должен спросить.»
«Я не... Нет. Этого не может быть.»
Ксандер покачал головой.
«Это не так», - ответил я.
«Я нашел вмятину на двери гаража. Думаю, он пытался выехать с закрытой дверью и сломал ее. Вот почему она не открылась с помощью кнопки.»
Я повернулся к Ксандеру.
«Ты нашел его у ступенек к дому, верно?»
«Да.»
Он кивнул.
«И я полагаю, тебе пришлось вручную поднимать дверь гаража?»
«Да», - подтвердил он.
«В этом есть смысл.»
«Он не самоубийца, док. Просто сумасшедший.»
Я ухватился за основание папиной кровати, когда увидел мягкие фиксаторы, которые они застегнули на его предплечьях, прикрепив их к поручням.
«Он никому не причинит вреда», - запротестовал Ксандер.
«Это скорее для его личной безопасности, чем для нашей», - заверил нас доктор Тейлор. «Скоро он придет в себя, и это не потребуется.»
Мы с Ксандером сидели в относительном молчании, когда отца вывезли на каталке. Мы смотрели друг на друга в течение неловкой минуты, пока он не достал свой телефон и не пробормотал, что ему нужно кое-что проверить.
Я отправил сообщение Уиллоу. Это было меньше, чем она заслуживала, но больше, чем я думал, что способен.
Кэм: Мне жаль, что я сбежал. Папа отравился угарным газом. Он в Салиде, в отделении интенсивной терапии. Мы с Ксандером с ним.
Отчасти я солгал, так как убежать было самым разумным поступком с точки зрения моего самосохранения, но я оставил ее в своем доме. Я постучал по боковой стороне телефона, ожидая, пока три точки остановятся и появится сообщение.
Уиллоу: Мне так жаль. Только что видела Уолта и отдала ему твой бумажник. Что еще я могу для тебя сделать? Хочешь пообедать?
Уиллоу спрашивает, чем она может помочь, после того как я изрядно поиздевался над ней сегодня утром. Я посмотрел на часы. Черт возьми, было уже за полдень.
Кэм: Я в порядке. Ты видела Уолтера?
Уиллоу: Я уверена, что только что сказала это.
Уолт был в моем доме? Вряд ли, учитывая, что отключение электричества затронуло отель.
Кэм: Ты все еще в доме?
Уиллоу: Я у себя дома. Я живу здесь и все такое.
Кэм: Как ты добралась?
Уиллоу: Я воспользовалась твоим снегоходом, мой джип ни за что не проедет по такому снегу. На равнине - может быть, но не в горах.
Уиллоу: Девушка должна спасать себя сама. Я не беспомощная 24 часа в сутки, ты же знаешь.
Кэм: Я в курсе, Пика.
Черт. Я успел нажать кнопку «Отправить», прежде чем мой мозг успел сообразить. Я определенно не хотел называть ее так, особенно теперь, когда она знала, почему я это делаю.
Возможно, именно об этом она и думала, учитывая тот факт, что она оставила меня в режиме ожидания на целых две минуты. Не превращаюсь ли я в маленького требовательного мудака?
Я знал, что она была твоей.
Может, она подумала, что я имел в виду, будь я на месте Салливана, то мои последние слова были бы о ней. Не то чтобы я это не произнес... верно?
Но что, если она знала? Что, если из-за моего недостатка самоконтроля она узнает о секрете, который я хранил столько, сколько себя помню? Что, если годы молчания оказались напрасными, и теперь она ненавидит меня? Или, что еще хуже, подумала, что я способен на такие поступки? Я не был
