спросил Мэтт.
«Понятия не имею. Такова Женевьева Доусон.»
Я заметила несколько взглядов, пока шла по улице. Что, черт возьми, происходит?
«И в этом городе ты хочешь жить? Серьезно. Приезжай в Денвер. Здесь нет таких персонажей.»
Он повернул телефон, показывая вид на центр Денвера.
«Да ладно, ты заслуживаешь того, чтобы присутствовать на встречах, где клиенты восторгаются твоей работой.»
«Это мой дом, Мэтт. Здесь у меня есть семья, друзья и такие персонажи.»
Я повернула камеру и сняла заснеженные вершины на фоне голубого неба.
«Ты получаешь похвалу. Мне никогда не нужны были аплодисменты.»
«А может, дело в парне?»
Мысль о Кэме вызвала во мне прилив эмоций, как в цирке. «Никакого парня. Слушай, мне нужно идти. Я только что приехала к сестре. Пришли мне список пожеланий клиента, и я начну работу над новым дизайном.»
«Понял. Держись подальше от той пышноволосой дамы. Ты нам нужна целая и невредимая.»
«Ха-ха.» Я положила трубку, когда вошла в « Mother Lode.»
Чарити заканчивала собрание персонала, поэтому я кивнула ей и села за стол. Прошла неделя после несчастного случая с Артом. Он был отключен от аппарата искусственной вентиляции легких и шел на поправку, я узнала об этом только из нескольких текстовых сообщений Кэма.
Я не видела его и не слышала его голоса с тех пор, как он сел на снегоход и уехал. Я также не сказала ни слова о том, что между нами произошло. Ни Кэму. Ни Тее. Ни Уолту, когда он отвез меня на шахту, так как у Кэма был сложный график с Ксандером, они оба посменно присматривали за отцом.
Его слова пожирали меня заживо.
«Что случилось?», - спросила Чарити, когда последние сотрудники ушли.
Я посмотрела на сестру и попыталась найти слова, но вместо этого стала изображать из себя рыбу в воде, то есть просто открывала и закрывала рот. Наконец я произнесла два слова: «Молочный коктейль.»
Это был наш самый старый, самый священный ритуал.
«Кэмден Дэниелс», - догадалась она со вздохом.
«В основном.»
«Ну, Мередит сейчас работает, так что я свободна. Но ты угощаешь.»
Она сняла пальто с вешалки.
«Ты уверена? Я знаю, как ты занята.»
«Ты моя сестра. Я уверена. Кроме того, я в долгу перед тобой за эти выходные. Костюм Роуз для спектакля выглядит потрясающе. А теперь оторви свою задницу, пока я не заставила тебя мыть столы.»
Она кивнула, и я двинулась.
Мы расположились в задней кабинке кафе «Bigg's», где Чарити убедилась, что нас никто не слышит, прежде чем я сказал хоть слово.
«Ладно, итак...»
«Подожди.»
Чарити подняла палец, и к нам подошла Тилли Халверсон, чтобы принять наш заказ.
«Привет, Уиллоу! Чарити.»
Тон Тилли был спокоен.
«Я так рада тебя видеть, Тилли!»
Чарити ответила оскароносной улыбкой и сморщила нос.
«Хммм», - ответила Тилли и начала записывать наш заказ.
«Так это правда, насчет слухов про тебя и Кэма?», - спросила она меня, как только мы закончили.
«Слухи?», - переспросила я, едва не расплескав воду по столу.
«О том, что у вас двоих все хорошо, учитывая, что ты его реставратор?»
Тилли с улыбкой оценила меня.
Мне должно быть что-то привиделось.
«Не знаю, что ты имеешь в виду, но да, я помогаю ему с реставрацией. Мы с Кэмом дружим с самого моего рождения, Тилли.»
«Конечно. Точно. Глупые слухи. Особенно когда ты девушка Салливана.»
Тилли покраснела, и цвет ее щек стал ярче, когда она посмотрела на свой блокнот.
«Вот только Салливан мертв.»
Чарити озвучила мои мысли, пожав плечами. «Так что это не имеет значения, правда?»
«Да. Конечно. Значит ли это, что Кэм... свободен?»
Она так растянула последнее слово, что оно вполне могло быть самостоятельным предложением.
«Ты можешь спросить его сама об этом», - предложила я.
Тилли нравилась мне все меньше и меньше.
«Точно! Хорошо, я сейчас принесу ваш заказ!»
Она порхала в своей юбке в стиле пятидесятых, ее белокурый хвост покачивался в такт ее бедрам.
«Обычно я беспокоюсь о том, что Тилли плюнет в мою еду, но, кажется, ты заняла мое место в иерархии ненавистных девочек Брэдли.»
«Сегодня все странные.»
Я покрутила соломинку в ледяной воде.
«Нормальные странные или странные Альбы?», - спросила Чарити.
«Жители Альбы странные, а Женевьева Доусон была откровенно грубой на улице.»
«Ладно, ты тратишь свой молочный коктейль на Женевьеву Доусон. Начинай говорить.»
Она пристально смотрела на меня.
Нельзя было злоупотреблять «Молочным коктейлем.» Это был один из тех моментов, когда только сестра могла заставить меня говорить.
И я заговорила.
Я начала с прихода Кэма, сделав паузу только тогда, когда Тилли принесла нам еду. Затем я продолжила.
Чарити не произнесла ни слова, просто сидела напротив меня, ела свой бургер и картошку фри и запивала шоколадным коктейлем. В ее глазах не было осуждения, как было бы, если бы я говорила с мамой. Не было и головокружительного восторга, как было бы, если бы я говорила с Теей.
Она просто кивала время от времени, показывая палец, если кто-то подходил достаточно близко, чтобы послушать, и это придало мне смелости выплеснуть все наружу. Поцелуй. Смерть Салливана. Все это.
У нас было святое понимание, что мы - хранилище без замка. Секреты входили внутрь. Но ничто не выходило наружу. Нас невозможно было взломать. И когда одна из нас предлагала «Молочный коктейль», другая бросала все свои дела, не задавая вопросов.
Мы пили коктейли на веранде родительского дома в ту ночь, когда Чарити прошептала, что беременна.
«А потом он сказал: «Когда он умирал, на его губах было мамино имя, а я знал, что назвал бы твое», -
