искры.
— Ваше сиятельство, может, не стоит рисковать? — попытался возразить Тихомир. — Тут хватает сильных ведунов. Пусть они осмотрят.
Константин кивнул, соглашаясь, прав сотник, нечего ему рисковать, пусть ведуны из вольцев разбираются, что за сюрприз им приготовили. Он даже сделал шаг назад, но оберег нагрелся еще сильнее, предостерегая. Воронцов замер, прикидывая, с чего такая перемена, то есть опасность везде.
— Уводи, — скомандовал он. — И подтяни сюда ведунов посильнее, пусть встанут по периметру и готовы будут поддержать нас с Ориславом. Я не смогу покинуть капище, это активирует ловушку, ее делали исключительно на меня, и я в нее попал, когда переступил границу.
Тихомир кивнул, скомандовал своим гвардейцам, убрать Ладу и Горда. Те, прикрыв их щитами, повели к границе места силы, и снова оберег обжог грудь.
— Замерли все, — скомандовал Воронцов. — Никто никуда уже не идет. Мы все в ловушке.
— Это верно, — подтвердил Орислав, который в этот момент проверял границу «поиском сокрытого». — Никто не покинет круг. Как только мы переступили черту, нас отрезало очень сильным барьером. Сигнальные нити от него тянутся к центру, вон к тому крупному камню, — он указал на слегка опаленный камень. — И вы правы, Ваше сиятельство, ловушку поставили на вас. Ведуны, которые осмотрели капище перед вами, ничего не обнаружили, и ушли спокойно.
Константин активировал «призыв тени».
— Но ведь я прошел сюда первым, почему барьер не отрезал остальных?
— Потому что войти сюда можно, а вот выйти нет, — пояснил волхв.
— А снаружи вскрыть? — предложила Лада.
— Не выйдет, Ваша светлость, — обратился к ней по новому титулу Орислав. — Это приведет к немедленному срабатыванию. И я затрудняюсь сказать, что это, веда или тварь?
— Это точно связано с тьмой, оберег Сварога сигналит, а он обычно так на нее реагирует. Тихомир, всех гвардейцев сюда. Пусть встанут на границе барьера и ждут дальнейших приказов. Вы, — он повернулся к своим телохранителям, — прикрываете Горда и Ладу, чтоб ни один волос не упал. Головой отвечаете.
— Связи нет, Ваше сиятельство, — доложил Тихомир, убирая в футляр мыслеглас. — Так что, на помощь нам позвать не удастся. Если только не попрыгать и не поорать.
— Ничего не выйдет, — усмехнулся Орислав, продолжая изучать барьер. — Тот, кто ставил ловушку, озаботился о том, чтобы мы не получили подкрепления. Думаю, если мы даже огненный шторм устроим, никто ничего не увидит.
— Ну, значит сами, — прокомментировал Воронцов. — Милая, держишься рядом с Ладой и Гордом, страхуешь меня. Твоя задача — щиты и поддержка, вперед не лезешь. Тихомир, задача та же. Мы с Ориславом на острие. Беляш, давай на выход, бить, рвать тварей, используя все свои способности.
— Да, хозяин, — мгновенно откликнулся прислужник, принимая боевую ипостась.
— Вопросы? — посмотрев на собравшись, поинтересовался Константин.
— Нет вопросов, — ответила за всех Лада, сжимая в руках нечто, напоминающее консервную банку. — Заодно гранату испытаю.
Горд качнул головой, выглядел он решительным, в правой руке револьвер, покрытый рунами, в левой артефактный кинжал.
— Никаких сильных площадных техник, — дополнил волхв, — только обычные веды, иначе сами себя изничтожим. Ну что, боярин, начнем?
— Начнем, — согласился Воронцов. — Как активировать ловушку?
— Да просто, — с усмешкой прокомментировал волхв, запустив в барьер крохотный огнешар.
Камень на который он указывал, дрогнул и осыпался крошкой, и тут во все стороны поперла тьма. А спустя секунду сработала и площадная веда — темно-зеленое пламя, наподобие смерча, начало раскручиваться по спирали, набирая силу. Плавились камни под ногами, стало трудно дышать. Несмотря на то, что сюртук заговорен, по спине потек пот. Воронцов вскинул руку с кольцом и выставил божественный щит, так он стал называть умение из искры Сварога, прикрыв им не только себя, но и стоящего чуть впереди от него прислужника.
Удар зеленого пламени был силен, но ничего поделать ни с защитой Константина, ни со щитами гвардейцев, Орислава и Юлии не смог. Шквал разбился о барьер, словно волна о бетонный волнорез, опал он так же быстро, как и появился. Удар был сильный, не будь они готовы кончилось бы плохо, но это было только начало, стоило веде затухнуть как воцарилась тьма. Кольцо на пальце Воронцова засветилось алым, и чернота отпрянула, видимость была так себе, но пять метров Константин обозревал без каких-либо проблем.
— Ну с этим я разберусь, — с вызовом буркнул себе под нос Орислав, и уже через мгновение из его посоха, который он воздел над головой, вверх вылетел шар света, в котором Константин безошибочно определил веду «Милость Рода», вот только такой сильной он никогда не видел, тьма расступилась, но полностью рассеять ее не удалось.
— Переход, — выкрикнула Юлия, указывая в центр капища, где еще недавно лежал тот самый камень.
Но все и так видели облако тьмы, оформившееся в нечто напоминающее арку. Высотой она была метра три и шириной в два.
— Сдается мне, что то, что явится оттуда, нам не по зубам, — пробормотал Горд.
— Верно мыслишь, — пробормотал Воронцов. — Нужно в темпе думать, как, во-первых, не дать вылезти тому, что к нам послали, а во-вторых, нужно выбираться из западни. Орислав, делай, что хочешь, но взломай барьер.
Волхв кивнул, и его глаза снова засветились золотом.
— Закрыть переход, — предложила Юлия.
Константин покачал головой, он чувствовал мощный сильный канал, уходящий к четвертому плану, и обрубить его у него не было никакой возможности. Хотя, он создал внушительный огнешар и швырнул его в переход, как камень в воду плюх, и ничего.
— Кто-нибудь швырните туда «Милость Рода».
Орислав на мгновение обернулся и кинул шар света размером с голову в черноту арки. И та ответила. Язык тьмы рванулся навстречу и уничтожил заряд света.
— М-да, не вышло, — прокомментировал Воронцов. — Тихомир, что-то световое, мощное, вроде щита света, окружить переход. Попробуем лишить его подпитки.
— Я стихийник, Ваше сиятельство, — виновато ответил сотник. — Световик у нас Айгал, — он указал гвардейца с восточным разрезом глаз и плоским лицом. Вот только он был полной противоположностью привычным стереотипам, в этом мире азиаты тоже были невысокими и тонкими, а этот прям богатырь — высокий, мощный, похоже, в нем немало славянской крови.
— Айгал, сможешь? — обратился к нему Воронцов.
— Да, Ваше сиятельство. Я при вашем батюшке имел титул ловчего и занимался поимкой тварей, требующихся для экспериментов. Так что, вложил в меня Андрей Александрович немало сфер, у меня кокон света третьего уровня. Смогу попробовать упрятать в него переход, хотя так я его не использовал.
— Действуй, — приказал Константин, — и меньше слов. Если мы отсюда не вырвемся, нам всем конец.
Гвардеец шагнул вперед, воздев новый жезл, и темный портал начало обволакивать молочной тускло светящейся пеленой. Константин
