уже были в Жуайе, столице Лансанского королевства. В пути мы проезжали такие живописные места, что мне стало предельно понятно, чего это Альбано Саграморский так активно воюет с братом. Лансан был самым настоящим райским уголком, нигде в этом мире я до сих пор не видел таких природных красот и такой ухоженности.
Стража у ворот лансанской столицы, состоявшая из гномов-алебардщиков,пропустила нас без всяких проволочек, хотя несколько косых и недружелюбных взглядов мы на себе ощутили. Похоже, имперцев не любили ни в одном из малых королевств, кроме, наверное, одного Саграмора. По длинному мосту мы въехали в ворота и оказались на главной улице, пересекающей с юга на север весь Жуайе.
Город был прекрасен. Даже уютный и ухоженный Лоэле не мог сравниться со столицей Лансана по великолепию. Если от грязного и замусоренного Саграмора у меня остались самые неприятные воспоминания, а Лоэле, как я уже говорил однажды, приятно напомнил мне старую Ригу, то Жуайе я бы сравнил, наверное, с каким-нибудь Вадуцем, или с Прагой. Даже технарь Тога с восхищением разглядывал великолепные готические здания по обе стороны от широкой мощеной улицы, по которой мы ехали от ворот к центру.
- Да, с Саграмором и не сравнить! – сказал я. - Теперь ясно, чего они с имперцами сюда все время лезут.
- Красиво, - сказал Тога. - И запах такой приятный откуда-то.
Приятный запах распространяли чудесные цветники, который были чуть ли не перед каждым домом. День был ясным и солнечным, в небе пролетали стаи ласточек, над разноцветными крышами домов вдали прямо перед нами поднимались высокие ажурные шпили расположенных в центре города кафедрального собора и ратуши, и я внезапно понял, что нашел ответ на мучивший меня когда-то вопрос – почему эльфы воюют на стороне Лансана? Наверное, потому, что в этом городе живет красота, и эльфы стремятся ее защитить. Эльфы всегда защищают красоту, они без нее просто не могут жить…
- Очень красиво, - сказал я. – Просто душой отдыхаешь.
В следующие полчаса мы нашли неплохую гостиницу, где получили две небольшие, но чистые и комфортно обставленные комнаты, сытный обед с вином, возможность помыться в горячей бане и полный пакет услуг по уходу за лошадьми – но за все про все пришлось отдать сто дукатов. Цены в столице Лансана кусались, тем более что нам, как нелюбимым в Лансане имперцам, никаких скидок не полагалось. Впрочем, из Сабату мы уехали с двумя тысячами золотых монет, которые заплатил нам за успешное расследование осчастливленный мэтр Каннель, так что могли себе позволить немного потратиться и не трястись над каждой потраченной монетой. Я наконец-то смог найти хорошего сапожника, и тот за пятьдесят дукатов наилучшим образом починил мой порванный когтекрылом сапог – мастера очень позабавили те нелепые стебуки, которыми я в свое время зашил рассеченное голенище. Я так понял, сапожник просто принял меня за девицу-неумеху. Тога по моему совету сменил мантию мага на светское платье: признаться, косые взгляды на улице начали мне просто надоедать. А еще мы узнали последние новости – король Жефруа Прекрасный издал указ, в котором объявил об очередном наборе добровольцев в армию Лансана после дня Самахейна.
- У нас все готовы умереть за своего короля, - заявил нам важный хозяин гостиницы, в которой мы остановились. – Мы не боимся смерти, потому что все равно победим Саграмор и его союзников.
Нам с Тогой так и не удалось убедить доброго трактирщика и его персонал в том, что мы лица совершенно нейтральные. Имперцев в Лансане не любили, и в столице это ощущалось с особой силой.
- Я зря с тобой поехал, - сказал мне Тога. – Чувствую, друзей мы тут не заведем.
- Будь попроще, Мейсон, - ответил я. – Они нам не враги, и это главное. Найдем бриллиант и уберемся отсюда.
- Где ты его собрался искать?
Это был хороший вопрос, я бы и сам хотел узнать на него ответ. У меня были два направления поисков – старик Нико и Джармен Крейг. Я не сомневался, что Джармен уже давно ждет меня в своей усадьбе, но решил начать все-таки с Нико. Порасспрашивав завсегдатаев таверны, я узнал, где живет старик. Оказалось, что у старого прохиндея есть небольшой, но весьма презентабельный каменный дом чуть ли не в центре Жуайе, напротив местного отделения Большого Круга магов.
Дверь мне открыл очень старый, постный и неправдоподобно безупречный дворецкий и, выслушав меня, заявил, что мэтр Нико в отъезде, и когда вернется, неизвестно. Меня этот ответ совсем не обескуражил, но в первоначальный план пришлось внести коррективы. Хочу я этого, не хочу, но в усадьбу Джармена придется ехать, как не крути.
- Обещаю, что я буду само спокойствие, - заявила мне Марика, когда я пришел к этому неприятному для меня выводу. – Но и ты веди себя соответственно. Нельзя давать Джармену никаких поводов для вольностей.
- Чтобы я позволил парню вольности – со мной? Да ты за кого меня принимаешь, лапочка?
- Прости, я просто подумала, что женская природа может все-таки взять свое, и тогда…
- И тогда я повешусь, - мрачно сказал я и отправился в гостиницу.
Пока я занимался поисками старого Нико, Тога общался с местными жителями в гостинице. Лансанцы не особо с ним откровенничали, но кое-какие важные новости Тога узнал и, естественно, сообщил их мне. Во-первых, начали расти цены. Во-вторых, в Жуайе мало кто сомневался, что война с Саграмором вот-вот начнется. Король Жефруа набрал в Андерланде еще несколько батальонов наемников и довел численность лансанской армии до десяти тысяч человек, но и саграморский герцог наращивал силы. Горожане обзывали герцога Альбано последними словами и упрекали Тогу за то, что Империя поддерживает этого сукиного сына. Тога пытался объяснить, что он не имеет к Империи никакого отношения, но подозрительные горожане ему не верили. Так что к моему возвращению Тога сидел в углу один, и вид у него был достаточно печальный.
- Нашел старика? – спросил он меня. Я только покачал головой. – Плохо. Без старого засранца мы не найдем бриллиант.
- Не найдем, - согласился я. – Сегодня вторник, а в субботу уже Самахейн. Кукла не оживет, и Шамхур Рискат поймет, что Салданах его надул. И тогда все пойдет прахом, остановить войну уже не удастся. Мои видения, которые
