Читаем без скачивания Земля воина - Марик (Ма Н Лернер) Лернер

— На удивление мало погибших. Нет и полусотни. Раненых, понятно, много, но точного числа еще нет. Сравнить с пленными… В полку почти тысяча здоровых, не считая раненых, — ответил мгновенно Блор, — но в других количество может серьезно отличаться. По-любому, это огромная победа!

Князь кивнул, признавая восхищение результатом и уважение собеседника. Это ведь не лесть. Так оно и обстоит. Крупнейший разгром за много десятилетий, с минимальными потерями.

— Тысяч семь-восемь схваченных приблизительно, — сказал задумчиво. — Недурственный результат. В рудниках люди всегда требуются, да и купцы возьмут. Во жизнь, а? — воскликнул Йорвик с азартом. — Мало рабов — плохо. Много — тоже нехорошо. Цены на рабов существенно упадут.

— По этому поводу у меня предложение.

— Перебить половину? Знакомо. Правда, от тебя не ожидал. Смысл, конечно, имеется. Такую толпу кормить — уже существенный расход. А охранять, снимая воинов с полезных мероприятий?

— Отпустить. Не всех подряд, — торопливо возразил Блор, не давая себя прервать. — Только из подчиненных горичанам племен.

— Оказывается, ты читал небезызвестный трактат «Обращение с варварами»?

Блор промолчал, делая многозначительное лицо. Если кто и читал, то не он. В основном слушал пересказ из уст Дока вместо сказки на ночь. Насколько рецепты действенны, еще предстоит разобраться, скорее всего, без знания конкретных людей и обстановки можно сделать хуже. Однако сами по себе идеи звучали вполне разумно.

Натравливать одних варваров на других, пользуясь их враждой, и управлять ими через прельщенных раньше дикарей. Посланцев следует убеждать в дружбе, оказывать всевозможные знаки внимания и добрым отношением переманивать на свою сторону. Любой союз временный и существует, пока интересы сторон совпадают. Главное — не переусердствовать.

Как говорил в качестве комментария к трактату Док, переходя на привычный язык иносказаний: «В глубокой древности, когда звери говорили как люди, птицы и мыши жили рядом с кошкой, пользуясь ее покровительством. Иногда она приглашала их на прогулку и вела мудрые беседы. Но вскоре звери стали замечать, что возвращается она всегда одна и удивительно пополневшая».

Короче, регулярно съедать опасно. Заметят. Ну это байки. А там уж как получится.

— Ладно, — внимательно глядя на него, произнес Князь, — будем считать, что, раздаривая свою треть добычи в пользу кнехтов полка, ты учел мою треть от твоей трети, как старшего военачальника, и не выбросил ее впустую.

В голосе присутствовал откровенный вопрос. При этом Йорвик поднялся, не глядя на своего полковника, — вроде так, пустые слова. У него дела и все такое.

Как раз это было Блором заранее учтено. Тут не просто вопрос денег — субординация и уважение. А ссориться очень не ко времени.

— Прямо здесь, — выворачивая карман, — я не могу похвастаться тугим кошельком, но данный момент мы легко уладим к обоюдному удовлетворению в Гезерди.

— Ты ведь не вернешься назад, — утвердительно сказал Князь.

Ага, пока наши договоренности, без всяких сомнений, в силе. Ворота мне услужливо открыли, но в единственно верном северном направлении.

— У меня достаточно золота, и соответствующее письмо будет отправлено немедленно с гонцом или вручено прямо тебе в руки, когда подсчет трофеев закончится.

— Говорят, ты даже оружие Тадеру заложил, чтобы экипировать свой отряд. Ну надо же, никогда бы не подумал, что чигорская сабля может оказаться в руках простого фема.

— Уже выкупил, — торопливо соображая, ответил Блор.

Откуда он все знает? И если это не намек, что тогда назвать намеком? Искусство вымогать взятки мной пока плохо изучено. Вроде у княжеского рода первопредок медведь. Здесь такие вещи никого не удивляют. Одно слово — зверобоги. Очень к месту голова зверя на рукоятке. Не просто красивая и дорогая сабля — прямо соответствует положению и родовым признакам. Кстати, и с тцарским родом поразительное сходство. Неужели общий предок?

— Но эта вещь для меня излишне дорогая. Она достойна правильных рук. Не откажи принять подарок в знак уважениями в благодарность за науку.

Йорвик кивнул, милостиво соглашаясь.

— Думаю, я смогу убедить Совет Лучших в необходимости передать тебе часть варваров, — сказал после паузы. — Не для наживы, а в расчете на раскол наших врагов. Да и убивать зря не придется, а цена останется на прежнем уровне. Лишний грех отягощает душу. Разве не умирает душа, перегруженная злодеяниями?

Ну прямо святоша да и только, порадовался Блор.

— Если совершаешь нечто не для личных целей, а во имя общего дела, разве не учтут боги причин? — ответил серьезно. — Если они честно справляют суд — аргумент для облегчения участи весомый.

— Одни говорят одно, — ответил Князь серьезно, — другие — другое. Никто еще не вернулся с рассказом о жизни после смерти. Суди себя в первую очередь сам и помни всегда об окружающих людях.

Глава 22

ДОРОГА НА СЕВЕР

Вверх-вниз, через ложбины, по холмам и не умеющей идти прямо дороге. В обычное время здесь тянутся торговцы и попадаются готовые продать еду для путешественников горцы, специально пригоняющие овец для обмена. Сейчас будто все вымерло.

Войско редко платит за товары, предпочитая брать их задаром, и хорошо если при этом сохранишь здоровье и жизнь, а тут уже второе с откровенно подозрительными намерениями гуляет. То туда, то обратно. Шум множества ног и копыт наверняка можно разобрать издалека, и все на всякий случай убираются с пути, а попутно и с окружающей местности.

Время от времени сотник командует «Стой» и «Спешиться». Тогда люди спрыгивают на землю. Это позволяет им размяться, сберечь силы коней, а отстающим обозу и пехоте — нагнать голову колонны. Вокруг поднимаются невысокие зеленые горы, покрытые частым лесом.

Здешние вершины не имеют острых пиков. Плоские или даже округлые на самом верху, частенько покрыты каменными россыпями. Если дорога все-таки проходима, не первый век по ней ездят и самые неудобные места давно расчищены, то наверх на лошадях лучше не соваться. Там и человек легко ноги переломает.

Камни в россыпях самых разных размеров — от мелких до громадных валунов, и они иногда имеют крайне причудливые размеры и вид. А лес густой и мрачный, почти сплошь пихты и ели, лишь иногда попадаются сосны, возвышается повсюду, закрывая небо.

Где-то там, на вершинах, прилепились и немногочисленные посты наблюдателей. Во всяком случае они должны были там находиться. Блор твердо усвоил урок, показанный Йорвиком. Никогда не оставляй без внимания окружающие высоты. Темп передвижения снижается, зато разведка непременно сообщит о засаде и соглядатаях.

Дважды таковых снимали. Проще говоря, резали спящими. Они слишком беспечно относились к службе, уверенные, что федератам есть чем заняться, сражаясь с ушедшим на юг войском. Ведь случись нечто нехорошее — на дороге обнаружились бы беглецы и предупредили. Так оно и должно было быть, если бы Князь не выжидал до самого конца, пока хвост войска федератов не миновал засадного полка. Наверняка кому-то и удрать удалось, но они остались позади в горах и крадутся сейчас, не смея дышать, за отрядом.

Временами набегает ласковый прохладный ветерок и обдувает запылившиеся усы и бороды воинов, принося мимолетное облегчение. Когда идет такая масса людей и животных, хорошо исключительно передним. Ведь пыль, поднятая ногами, еще долго висит в воздухе. Здесь ее немного, все же не поле, но приятного для задних полков мало. Недаром порядок передвижения регулярно меняется, позволяя другим отдохнуть.

— По коням! — вновь прорезает тишину протяжный голос Франка. Не просто «коням», а «ко-о-оням». Да и «Стой» звучит в его исполнении протяжно.

Слева стекает по камням небольшая быстрая речонка, которую, однако, не везде можно перейти вброд — так быстро ее течение. Уж с водой здесь проблем точно не будет, в отличие от продовольствия. Двадцать пять тонн зерна и фуража на каждый день для пяти с небольшим тысяч человек вынь да положь. А иначе начнется падеж животных и недовольство кнехтов. Хотя бы в первые недели нужно обеспечить бесперебойное питание. Дальше уже война себя прокормит.

Пять полноценных полков, практически каждый под пять сотен бойцов, не считая его личного разросшегося отряда. Этим можно всерьез гордиться. Такую мощь федераты поднимали на бой одновременно не так часто, а у фемов в его родной провинции и представить себя нельзя. На общевойсковом сходе Князь объявил поход за Каменный пояс и разрешил всем желающим идти с Блором.

Особенно хорошо было прозвучавшее прямым текстом: «Все за ваш счет, и федераты ни в качестве объединения племен, ни в смысле войсковой казны не станут возмещать понесенного в экспедиции ущерба. Ни в каком виде не последует помощь увечным и семьям. Все на ваш риск».