Нет, не буду я изображать дотошного психолога. Нет там ничего, все хорошо. Прислонилась к его плечу, Женька тут же обнял меня, несильно прижав, и чмокнул в макушку.
– Ты с утра завтра к своим? – уточнил он будничным тоном.
– Да, наверное, как проснусь, так и поеду. – Я кивнула.
– Могу закинуть, – предложил Лис, и я согласно угукнула – свою машину оставила на Петроградке в последний раз, помнится.
Меня же оттуда Рэм забирал в Порошкино. До прихода Марины мы смотрели телевизор, иногда перебрасывались фразами, а чаще просто молчали. Рэм не выходил из кабинета, и я старалась не коситься на дверь и не тянуться пощупать сквозь свитер кулон. Кстати, Женька не заметил или посчитал, что это что-то мое личное. Вот и ладно, так лучше, чем врать или тем более сказать правду. В последнем случае, боюсь, мы снова можем поругаться, чего бы не хотелось. Я отчаянно желала вернуть все в прежнее русло, где все было понятно и просто. Но что-то подсказывало, зря я надеюсь, при видимом спокойствии моя жизнь прежней уже не станет никогда. Ведь рано или поздно Женька вернется к вопросу о кольце, а я не хотела связывать себя с ним штампом в паспорте, какое-то глубинное чувство сопротивлялось изо всех сил. Даже несмотря на то что мы с ним прожили достаточно, на мой взгляд, чтобы притереться друг к другу.
Мои вялые мысли прервал телефонный звонок, я встрепенулась и достала телефон. Высветился номер Марины.
– Я уже рядом с вашим домом, – предупредила младшая сестра Ларисы.
– Да-да, Марин, мы ждем, – подтвердила я, выпрямившись. – Заходите, мы ненадолго вас задержим.
– Хорошо. – Она отключилась.
– Мне остаться? – Женька вопросительно посмотрел на меня.
Я на несколько мгновений задумалась, потом покачала головой.
– Подожди в комнате, ладно? Мне кажется, присутствие большого количества народа заставит ее осторожничать, – выразила я опасения.
– Не вопрос. – Лис поднялся. – Тогда стукни, как закончите.
Как только он скрылся за дверью их с Андреем кабинета, из своего выглянул Рэм.
– Идет? – кратко спросил он, и я кивнула.
Рожнов кивнул в ответ и тоже исчез. Я осталась в гостиной одна. Вскоре в коридоре раздалось мелодичное звяканье колокольчика, и я поспешила встретить гостью. Марина осторожно переступила порог, с удивлением оглядываясь, а увидев меня, уставилась на пушистые тапочки.
– Простите, я туда попала? – переспросила она не слишком уверенно. – Агентство «Острый нюх»?
– Да, проходите. – Я вежливо улыбнулась. – Вы не ошиблись. Тапочки чистые, у нас домовой присматривает за всем, – на всякий случай добавила я.
Очень уж аккуратненько выглядела младшенькая сестра. Модная кожаная курточка – как по мне, так уже прохладно в такой рассекать, – под ней – брючный костюм из хорошей ткани, шелковая блузка и ботинки на каблуке. Неброский, но хорошо сделанный макияж, короткое каре уложено явно не с помощью обычного лака и не в домашних условиях. Марина еще раз огляделась, потом молча разделась и прошла за мной в гостиную. Снова в ее глазах мелькнуло удивление, девушка опустилась на край кресла, покосившись на меня.
– Чай, кофе будете? – предложила я, не торопясь садиться.
– Нет, мне бы домой поскорее, – сразу обозначила границы Марина. – Спрашивайте, и я пойду. Вообще не пойму, с чего Лариска вас впутала. – Она фыркнула и пожала плечами. – Вечно ей всякая мистика и чушь видится, а как мама умерла, так и истерики пошли, и нервные срывы. – Марина вздохнула и покачала головой.
Хм. Что-то я не заметила в Ларисе особенной нервности. Напугана, да, но не истеричка тем не менее. Не наговаривает ли? Я решила не вдаваться в подробности, лезть в личную жизнь клиентки задачи не было. Задала несколько обычных вопросов про семейные тайны и проклятия, Марина спокойно и даже равнодушно ответила, что о таких не знает. Я покосилась на изящную статуэтку рядом с телевизором – наш штатный детектор лжи, очень полезный артефакт. Хрустальный шарик на ладони девушки в тунике оставался прозрачным. Не врет. Я не стала ходить вокруг да около и в лоб спросила:
– Что вы знаете о драгоценной броши, которую нашли у всех трех погибших? – Я внимательно наблюдала за лицом Марины и только поэтому заметила тень беспокойства, мелькнувшую на ее лице.
– Что-то слышала, бабуля о ней говорила, – небрежно махнула рукой она и выгнула брови. – Только как это ее нашли у всех трех, когда она всего одна? Бабушка как-то показывала, – пояснила Марина на мой взгляд.
– Вот и нам интересно, как эта брошь перешла от вашей погибшей матери к ее тетке, а потом и к Вере. – Я откинулась на диван. – Кто вещи забирал, вы или Лариса? Кто вообще на опознание приходил?
Марина нахмурилась, и чутье во мне подобралось. Кажется, не зря я вспомнила про младшенькую.
– К маме Лариса ходила, но я ее потом три дня отпаивала валерьянкой и коньяком, – ответила девушка. – Так что к тетке и сестре пришлось мне идти, у меня нервы покрепче оказались. – На лице Марины мелькнула кривая улыбка. – Мамины вещи тоже Лариса забирала, потом я уже.
Покосилась на артефакт – он повел себя странно. На нем мелькнули мутноватые разводы, и шарик снова стал прозрачным. Так-так, что-то Марина не договаривает, но вот что именно? Не заставлять же ее повторять свои ответы по отдельности! Хорошо, про брошь она хотя бы знает, значит, есть смысл обсудить этот вопрос с Ларисой, но уже в понедельник. Плюс, вдруг Андрюха что-то узнает завтра у духа, что поможет нам в расследовании.
– И среди вещей броши не было? – уточнила я на всякий случай, кося взглядом на статуэтку.
– Я все Ларисе отдала, – с едва заметной паузой ответила Марина. – Ее спрашивайте, была там брошь или нет.
Я покосилась на шарик: и снова эти туманные сполохи! Темнит барышня. Что-то она знает об этой броши, но просто так не скажет. Что ж, пойдем длинным путем в таком случае. Я даже не стала в песца перекидываться, уже ясно, что дело не в проклятье или порче, а, скорее всего, в этой самой броши. Надеюсь, бабуля Ларисы завтра просветит Андрюху, и на следующей неделе мы закроем дело.
– У вас все или еще что-то? – с заметным нетерпением спросила Марина, демонстративно посмотрев на часы.
– Спасибо, все, наверное, – не стала я ее задерживать. – Если что-то еще всплывет, мы позвоним вам.
– Хорошо. – Марина с явным облегчением встала и торопливо направилась к коридору.
Когда за ней закрылась дверь, почти одновременно выглянули Рэм и Женька.
– Слушали? – полуутвердительно произнесла я.
Они синхронно кивнули.
– Ждем, что Андрей завтра узнает, и в понедельник говорим с Ларисой насчет броши, – уверенно сказал Рэм, выходя из кабинета. – После уже навещаем Марину в ее квартире, – добавил он. – И там по обстоятельствам. На сегодня все, хороших выходных. – Рожнов чуть улыбнулся и протянул Женьке руку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
