них оказался Мохэммоком, помощником почившего Тарлаха О’Шэнана. Другого я видел впервые.
— Ты правда считаешь, что мы должны это делать⁈ — возмущался незнакомый маг. — Отдай его О’Шэнану — он от него мокрого места не оставит после всего произошедшего!
— Нет. Энгус слишком дотошный, обязательно займется расспросами. А нам расспросы не нужны, — ворчливо отозвался Мохэммок.
— Почему его просто нельзя убить? — вопрошал второй маг. — Зачем такие сложности?
— Затем, чтобы не оставить следов. А не оставляет следов только этот яд. Все будут считать, что он просто умер.
Я проверил на крепость связывающие меня веревки. Хорошо завязали, и веревки прочные, черт бы их побрал. Я оглядел пространство, изучая, нет ли поблизости чего-то, что позволило бы мне освободиться.
— Даллан, ублюдок, здорово подставил нас с ним, — второй маг кивнул в мою сторону и смолк, заметив, что я очнулся.
Я попытался прокашляться, показал глазами на кляп и кивнул им обоим, уставившихся на меня, мол, может поговорим?
— Нет уж, господин Райнер-Наэр. Разговора не будет. Нам наши жизни дороже, — Мохэммок криво усмехнулся.
Я только возвел глаза к потолку, всем видом выражая сожаление тому насколько они не правы.
Второй маг смотрел на меня завороженно.
— Почему он не боится, Одран? — спросил он.
— Не отвлекайся. Нам надо торопиться, пока нас не нашли. Живее! Ищи эти ингредиенты.
Он ткнул пальцем в книгу. Второй маг шагнул к шкафу с мелкими ящичками, стал оттуда что-то вытаскивать. Одран Мохэммок между тем вышел в соседнюю комнату и вернулся с небольшим пузырьком, в котором была жидкость похожая на ртуть. Он развинтил крышку, измерительной пипеткой набрал одну крошечную каплю.
Второй маг положил на стол еще штук пять различных банок. И вдруг застыл, уставившись на пузырек в руках Мохэммока.
— Кровь дракона⁈ Она же стоит целое состояние! — выдохнул помощник по подготовке моего убийства.
Кровь дракона? Они что — существовали? Ничего подобного на уроках магии, что мне проводила Цецилия, не было, как и во всех прочитанных книгах.
— Жалко же тратить на этого гада! — сокрушался незнакомый маг.
Он глянул в мою сторону.
— Да, единственный яд, который не оставляет следов — ни физических, ни магических. Но его надо всего-то полкапли. Ничего, Даллан потом щедро расплатиться с нами за это.
Я смотрел с большим неодобрением на все их манипуляции. И думал, что мой «любимый» дядюшка поставил не на ту лошадку и что закончит он однозначно плохо. Даже если ему удастся от меня избавиться.
Мохэммок между тем уронил каплю из пипетки в небольшую колбу, добавил туда жидкости из других банок, аккуратно все перемешал.
Я подумал, что если меня хотят отравить, значит снимут кляп, и тогда будет шанс избавиться от этих двух уродов прикусив губы до крови и плюнув им обоим в лицо. Однако, Мохэммок достал пятимилиллитровый шприц и набрал в него всю жидкость. Усмехнулся, увидев досаду на моем лице.
— Увы, увы, господин Райнер-Наэр. Но не переживайте. В книге написано, что больно не будет. Вы просто уснете и не проснетесь.
Он подошел ко мне со спины. Воткнул иглу мне в шею, чуть выше роста волос. Было ощущение, что мне в основание черепа всадили ледяную иглу.
— Вот и всё, — по-жабьи усмехнувшись, Мохэммок бросил в урну пустой шприц. — Следа от укола никто не найдет.
— Когда подействует? — спросил помощник.
— Через пятнадцать минут. Пойдем пока, уберем все на место. Потом, когда он помрет, надо будет веревки развязать и уничтожить. Чтобы всё выглядело естественно.
Естественно? Чтобы я вдруг после побега направился в какую-то алхимическую лабораторию, присел в кресло и помер? Нет, это однозначно не выглядело бы естественно.
Я вздохнул. Что за дурацкие мысли лезут в голову, когда мне осталось жить пятнадцать минут? Я поерзал в кресле, стараясь ослабить путы и думая, есть ли от той дряни, что мне вкололи, противоядие? Наверняка нет. Вот проклятье.
Из соседней комнаты вдруг донесся странный шум. Словно кого-то два раза чем-то ударили. Чирк, чирк. И следом два глухих удара от тел, упавших на пол. Я застыл.
В следующий миг в лабораторию вошел тот, кого я меньше всего тут ожидал увидеть. Вошел и тут же застыл на пороге, увидев меня.
А я в неверии уставился на Финбарра. И следом — на мой нож в его руке, с которого капала кровь.
