но длинный аквариум, где в причудливых водорослях плавали разноцветные рыбки. Верхняя подсветка делала картину просто волшебной. Артур невольно залюбовался и представил — как ещё чудесней это выглядит ночью, в темноте; как Ева перед сном наблюдает уже лёжа в кровати этот волшебный мир. Ему по-хорошему стало завидно.
Ева уселась на кровать, болтая ногами. На кровати, прислонившись к стенному ковру, сидели две красивые куклы. Одна была в подвенечном платье, с ажурным венчиком на голове, другая напоминала Лару Крофт, с ковбойской шляпой за спиной, с кольтом на боку.
— Это Лара, — тут же подтвердила его догадку Ева. — Она серьёзная и строгая. А это Элис, — она показала на невесту, — Она болтушка и хохотушка. Они такие разные. Но они дружат вместе и со мной. Они родились и жили в Америке, а теперь живут у меня.
Ева влюблённо смотрела на своё богатство.
— Я их обеих люблю и кладу спать с собой, хотя папа ругается.
Она залезла на кровать с ногами, усевшись между подружками. Артур присел на стул рядом.
— Ты рассказываешь им сказки? — Артур вспомнил про «снежную королеву».
— Не-ет! Они уже взрослые девушки. Я им рассказываю свои сны. А они мне рассказывают свои.
— И что снится Элис и Ларе?
— Элис снятся цветные сны, а Ларе — чёрно-белые. И каждый сон они проживают новую жизнь. Вот вчера Элис снилось, что она вышла замуж за короля Артура и уехала в Англию.
— Король Артур наверно уже старенький? — засмеялся Артур. — Он родился очень давно.
— Никакой не старенький — ты всё путаешь! Он живёт в большом замке, больше, чем наш, и у него большой круглый стол, вокруг которого сидят рыцари. Такие, как на картинках в книге, что я читала.
— Ну а что снится Ларе?
— Ей снятся приключения. Вчера она организовала новый крестовый поход, чтобы освободить Иерусалим от сарацинов.
— От сарацин, — автоматически поправил Артур. — Так вроде уже освободили давно? — удивился он.
— Не давно, а вчера. Вот Лара и освободила.
— Ну слава богу! Надеюсь, на этом крестовые походы закончатся… А что снится тебе?
Ева призадумалась.
— Мне снилось, что я умерла… а потом родилась заново. Вроде бы в этом же Замке, но вокруг почему-то леса и поля, а по ним скачут всадники, и хотят захватить наш Замок. Я испугалась и быстро проснулась…
— Какая насыщенная у тебя жизнь во сне…
— Мама говорит — это у меня душа растёт. Во сне она проживает много жизней.
Ева спрыгнула с кровати, подошла к столу, взяла из вазы две груши. Одну протянула Артуру, со второй снова залезла на кровать.
— Давай сыграем в города и страны, — предложила она. — Ты называешь город или страну, а я называю другое, на последнюю букву твоего слова. Начинай!
— Лондон — сказал первое, что пришло в голову, Артур.
— Номэн, — тут же ответила Ева.
— Это страна или город? — удивился Артур.
— Это большой город на реке Слоувотер. Там живут все животные, и кошки, и собаки, и тигры, и медведи, только люди там не живут… Не отвлекайся, давай на букву «Н».
— Никарагуа, — выдал Артур.
— Аверленд, — не задумываясь ответила Ева.
— Аверленд? А это ещё что?
— Это страна такая на острове. Там живут звери и глэды — весёлые, добрые карлики, вроде гномиков, только добрее. Вот у меня её карта висит, — она указала на листок бумаги, прикнопленный возле кровати.
Артур поднялся посмотреть на него. Цветными карандашами на листке был нарисован остров причудливой формы, похожий издали на конскую голову. По острову текли голубые реки. Вдоль них простирались тёмно-зелёные леса и коричневые горы.
— Я не знаю эту страну, — сказал Артур, рассматривая «карту». — Значит, я проиграл… А ты красиво рисуешь.
— Меня Маркус учил, я ему за это цветные карандаши подарила и бумагу.
— И где тут город Номэн?
— Да вот же он — посреди острова! — показала пальцем Ева.
— И как там звери живут, не обижают друг друга?
— Нет, они мирные! В реке много рыбы и все звери сытые.
— Ну, рыбная диета может и надоесть, — подумал Артур, но сказал совсем другое.
— Возможно в моём детстве тоже был свой остров, я уже не помню… Наверно у каждого маленького человека есть свой таинственный остров, своя таинственная страна, где звери могут жить мирно в одном городе, где живут маленькие, добрые глэды, где голубые реки, зелёные леса и высокие горы, где только радость и жизнь без конца и без края. Но… Когда маленький человек взрослеет, его таинственный остров уходит под воду.
— Как Атлантида? — выдохнула Ева.
— Да, как Атлантида. Человечество ведь тоже было маленьким, и у него тоже был свой таинственный остров. А когда человечество повзрослело, остров ушёл на дно океана, и найти его теперь нет никакой возможности.
— Значит, не надо взрослеть, — сделала вывод Ева.
Попрощавшись с Евой, спускаясь вниз по лестнице, Артур случайно опёрся на решётку двери второго уровня, и она зашаталась. Дверь оказалась не заперта. Он не удержался от искушения и зашёл на второй уровень, прикрыв за собой дверь. Дверь привычно щёлкнула. Артур тут же попробовал её открыть — теперь дверь была заперта!
— Ну вот! Попался в клетку, — мелькнуло в голове.
Прислушавшись к тишине, он осторожно пошёл по коридору. Слева от него сквозь окна падал свет, справа находился ряд дверей в комнаты. На первой из них он увидел нарисованное белой краской колесо, похожее на штурвал корабля. Пройдя дальше, на второй двери он увидел нарисованный полумесяц со звездой. Подходя к третьей двери, он уже знал — что нарисовано на ней. Так и есть! На третьей двери был нарисован крест. Артур подёргал ручку двери — дверь была заперта. Пройдя ещё дальше, он увидел на следующей двери шестиконечную звезду, ещё дальше — символ инь-ян, ещё дальше — крылатый диск Солнца. Тяжело вздохнув, он повернул назад к входной двери.
Вдруг он услышал шум — кто-то поднимался по лестнице. Артур припал к стене, пытаясь слиться с нею. С огромным облегчением он увидел Адама. Кинулся к нему.
— Адам! Откройте дверь, вытащите меня отсюда!
Адам явно был удивлён.
— Какого чёрта! Что ты здесь делаешь?
— Дверь была не заперта, я зашёл, а она захлопнулась.
— А где тот ключ, что я тебе дал?
— Я оставил его в комнате, спрятал на полке среди книг.
Неодобрительно качая головой, Адам приложил электронный ключ к двери и открыл её.
— Если Хозяин узнает, запрёт тебя в твоей комнате. Любопытной Варваре на базаре нос оторвали — слыхал такое?
— Да я не знаю — как это получилось?
