коридор, потом молчаливое такси, потом наша кухня, где мы с Настей сидели до самого рассвета, не в силах подобрать нужных слов.
Я встал первым. В глазах будто песка насыпали, а в голове гудел туман. Спустился на кухню. Тишина. После вчерашнего грохота и криков она звенела в ушах, давила на перепонки. Я обвёл взглядом наше маленькое заведение. Столы, которые ещё вчера ломились от заказов, сегодня стояли чистыми и пустыми. Стулья были задвинуты в ровные, почти военные ряды. Всё это выглядело неестественно, мёртво. Как будто жизнь ушла отсюда вместе с последними посетителями.
Чувство вины было почти осязаемым, холодным комком ворочалось где-то в груди. Это я их всех в это втянул. Моя идея, моя закусочная, моя ответственность.
Руки сами потянулись к турке — единственное, что сейчас могло хоть как-то прояснить мысли. Запах молотого кофе немного привёл в чувство. Пока на плите медленно поднималась тёмная пенка, я тупо смотрел в окно. Город нехотя просыпался. Проехали первые автобусы, где-то раздались недовольные гудки. А мне казалось, что весь мир должен был замереть, остановиться после того, что случилось. Но ему было плевать.
— Доброе утро, — раздался за спиной тихий, почти беззвучный голос.
На кухню, шаркая тапками, вошла Настя. Бледная, осунувшаяся, с огромными тёмными кругами под глазами. Она выглядела так, будто не спала неделю и таскала мешки с цементом.
— Добрым его точно не назовёшь, — буркнул я, разливая по чашкам горькую, обжигающую жижу. Протянул ей одну. Она обхватила её озябшими пальцами, словно пытаясь согреться от маленькой чашки.
— Я сейчас умоюсь и… — начала она, но я её перебил.
— Настя, стоп. Иди в комнату и ложись спать. Нормально поспи, хотя бы пару часов. Я всё равно уже не усну, посижу тут, с бумагами какими-нибудь разберусь.
— А работа? — она удивлённо вскинула на меня глаза. — Люди же придут. Открываться надо.
— Сегодня мы закрыты, — отрезал я так твёрдо, как только мог. — Повесим на дверь табличку «Закрыто по техническим причинам». И точка.
Она хотела что-то возразить, но я продолжил, глядя ей прямо в глаза:
— Мы оба вымотаны до предела. Если сейчас встанем к плите, то обязательно что-нибудь спалим, перепутаем или, не дай бог, порежемся. Кому от этого легче станет? Нам это не нужно.
Настя молча кивнула, понимая, что я прав. В этот момент на столе завибрировал её телефон. Она посмотрела на экран. «Даша». Я кивнул.
— Включай громкую.
— Привет! — голос Даши в динамике прозвучал оглушительно и преувеличенно бодро. Слишком бодро для человека, который попал в больницу. — Как вы там? У нас всё отлично! Вовчику уже намного лучше, он даже шутит и рвётся в бой! Сказал, что к обеду уже будет готов резать лук! Я тут с ним, в палате… всю ночь просидела, конечно.
Я невольно усмехнулся. Бедная девочка, хорохорится. Представил, как она, забыв про себя, про свои разбитую коленку и вчерашний страх, хлопотала вокруг своего раненого героя, отгоняя от него медсестёр.
— Мы скоро вернёмся и сразу за работу! — продолжала тараторить Даша. — Нас так просто не напугать! Эти гады ещё получат своё!
Эта бравада была такой явной, такой отчаянной. Она пыталась убедить не нас, а саму себя, что всё в порядке. Пыталась спрятать за громкими словами вчерашний ужас и липкий страх.
— Даша, — мой голос прозвучал мягко, но так, что она тут же замолчала на полуслове. — Твоя единственная работа на сегодня — отдыхать. И проследить, чтобы Володя делал то же самое. Никакого лука. Пусть лежит и смотрит в потолок. Поняла меня?
В трубке на несколько секунд повисла тишина. Было слышно, как она шумно сглотнула.
— Хорошо, Игорь, — уже совсем другим, тихим и уставшим голосом ответила она. — Поняла. Отдыхать.
Глава 23
Телефон со стуком лёг на столешницу. Настя сидела напротив и обеими руками обхватила большую кружку с остывшим кофе. Смотрела на меня долго и устало.
— Думаешь, это они? Люди Алиева?
Я кивнул, не поднимая головы. Взгляд упёрся в мутный тёмный напиток на дне моей собственной кружки.
— А кто ещё? У нас что, много врагов в этом городе? Мы никому дорогу не переходили, кроме них. Почерк тот же, что и с угрозами. Только теперь они от слов к делу перешли. Сами, конечно, руки не марали, по-любому наняли каких-то отморозков со стороны, чтобы концов не найти. Сперва Кабан, потом его человечки, потом… ах, да ты и сама всё знаешь.
— Но… доказательств же нет, — тихо сказала она.
— Вот именно, — глухо ответил я. — Доказательств нет. И не будет. Петров, конечно, хороший мужик, но он один против целой системы. А эти… они уверены, что им всё с рук сойдёт. Что мы испугаемся, замолчим и будем дальше сидеть тихо, как мыши под веником.
Я взял свой смартфон. Старенький, потёртый, но он ещё работал. Пальцы сами собой пролистали список контактов и остановились на имени, которое я пару дней назад записал как «Светлана Бодко». Секунду я помедлил. А потом, выдохнув, всё же нажал «Вызов».
— Алло, Светлана? Здравствуйте. Это Игорь Белославов, из закусочной «Очаг Белославовых», — я старался, чтобы голос звучал спокойно и ровно. — Я по поводу интервью. Помните, мы говорили? Боюсь, его придётся отложить. У нас тут… некоторые проблемы. Непредвиденные обстоятельства.
— Игорь, я знаю! — её голос в трубке прозвучал громко и напористо, без малейшего намёка на сочувствие. В нём звенел азарт зверя, учуявшего кровь. — Именно поэтому мы должны записать его немедленно! Прямо сегодня! Нападение на героев города, которые только что спасли праздник! Представляете, какой это заголовок? Весь Зареченск должен знать правду!
Меня аж передёрнуло от её делового энтузиазма. Сделать шоу из того, что Вовчика отделали так, что на нём живого места нет? Выставить его синяки на всеобщее обозрение, чтобы поднять рейтинги своему каналу? Внутри всё закипело от омерзения.
— Я не собираюсь устраивать цирк из несчастья моих людей, Света, — холодно отчеканил я, подбирая слова. И да, я перешёл на иную форму общения. В тот момент мне это показалось вполне уместно.
— Тогда давайте сделаем по-другому! — она ни на секунду не сбавила напор. Настоящая акула пера, или что у них тут вместо пера. — Я так понимаю, закусочная сегодня закрыта. Мы приедем к вам домой! Или на кухню! Снимем эксклюзив! Вы, на своём рабочем месте, расскажете, как всё было… Представляете, какие кадры получатся? Герой города не сдаётся и готов к бою на своей боевой позиции!
Я невольно обвёл взглядом нашу маленькую кухоньку. И тут же в памяти всплыли
