исчезла, оставив лес в настораживающей тишине.
— Где он?.. — прошептал я, вслушиваясь в каждый шорох.
И вдруг земля взорвалась, и Орочимару вынырнул из-под неё, как хищник, готовый нанести смертельный удар.
— Великий Прорыв! — его голос, полный спокойной уверенности, прозвучал прямо за моей спиной.
Мощный порыв ветра сбил меня с ног, отбросив на несколько метров. Удар об землю заставил воздух выйти из лёгких, а боль пронзила всё тело. Я с трудом поднялся на ноги, ощущая, как каждая мышца протестует.
"Кажется, что-то сломал," — мелькнула мысль, пока я сжимал кулаки, пытаясь игнорировать раны.
Орочимару спрыгнул с дерева, его движения были плавными, но каждая его поза излучала угрозу. Улыбка на его лице стала шире, а взгляд, полный зловещего интереса, изучал меня, словно я был объектом эксперимента.
— Расенган! — я собрал чакру в ладони, формируя сверкающий голубой шар.
С рывком я устремился вперёд, разрезая пространство. Расенган снёс десятки змей, которые он выпустил на встречу, и наконец угодил ему прямо в плечо. Орочимару отлетел назад, врезавшись в дерево.
На мгновение я подумал, что смог его ранить. Но уже через секунду его рана начала затягиваться. Плечо восстанавливалось, будто его никогда и не повреждали.
— Ку-ку-ку, впечатляет. Ты не перестаёшь удивлять меня, Ичиро-кун, — произнёс Орочимару, убирая руку с исчезнувшей раны. Его голос звучал мягко, почти обволакивающе. — С твоими генами и потенциалом… Ты мог бы стать кем-то куда большим.
Его глаза, полные тёмного блеска, изучали меня.
— Зачем тебе Коноха? Она лишь сковывает тебя. Присоединись ко мне, Ичиро-кун. Я научу тебя всему, что знаю. Сделаю сильнее, чем твоего отца. Разве ты не хочешь превзойти Жёлтую Молнию? — его слова были ядом, растекающимся по венам, нашёптывая о силе и величии.
На мгновение я почувствовал, как сомнение прокралось в мои мысли. Его предложение звучало столь заманчиво. Возможность стать легендой… Но цена за это, я знал, была слишком высокой.
"Он предлагает мне силу… Но что за этой силой? Разрушение? Потеря всего, что я люблю?"
Мой взгляд оставался твёрдым, хотя внутри бушевала борьба. Я сжал руки в кулаки, прогоняя из головы соблазнительные образы.
— Ты мастер лжи, Орочимару, — твёрдо сказал я, поднимая голову. — Но я не стану твоей игрушкой.
Его улыбка исчезла, и в глазах мелькнул холодный блеск.
— Жаль, — прошептал он, а в голосе появилась угроза. — Тогда ты станешь для меня лишь очередным экспериментом.
Не дожидаясь его атаки, я активировал свою технику. Молнии заискрили по телу, увеличивая скорость. Я бросился вперёд, но он, словно змей, уворачивался от моих атак с пугающей грацией. Его движения были неестественно плавными, а лицо оставалось спокойным, будто он вовсе не напрягался.
— Ты и правда не понимаешь своей удачи, Ичиро-кун, — сказал он, уклоняясь от очередного моего удара. — Но я дам тебе еще один шанс.
Я замер на мгновение, не ослабляя бдительности.
— Какой шанс? — спросил я, в душе нарастало напряжение.
— Я пришёл сюда за Саске Учихой, однако я могу отказаться от него… если ты пойдёшь со мной.
Я застыл. Его слова заставили мир вокруг на мгновение замереть. Это был не просто вызов. Это была угроза, замаскированная под предложение.
— Я смогу защитить его! — ответил я, и хотя мои слова звучали уверенно, внутри всё переворачивалось.
"Я смогу. Если он вернётся с четвёркой Звука, я их остановлю. Они не смогут меня победить… Я готов к этому."
— Вот как? — его взгляд стал пронзительным, а улыбка расширилась, словно он прочёл мои мысли. — Тогда как насчёт твоего брата?
Мир словно качнулся. Я почувствовал, как земля под ногами становится зыбкой.
— Что ты несёшь? Какой ещё брат? Я сирота, — ответил, стараясь сохранить спокойствие в голосе, но сердце забилось чаще.
Орочимару сделал ещё шаг вперёд, его глаза, казалось, проникали прямо в душу.
— Не пытайся меня обмануть, Ичиро-кун, — его тон стал угрожающе мягким. — Я знаю, что у Минато два сына. Только слепой не заметил бы этого.
Мои кулаки сжались, ногти впились в ладони, но я держал лицо бесстрастным. Холодный пот пробежал по спине.
— Для Конохи твой брат — не больше, чем инструмент. Оружие, которое без раздумий принесут в жертву, если он перестанет быть полезным. Разве ты сам этого не понимаешь? — голос Орочимару был едва слышен, но каждое слово проникало вглубь, как яд. — Подумай, что произойдёт, если начнётся война. Кумагакуре, Ивагакуре… они готовы рвать на части такие деревни, как Коноха. А потом придут Акацуки.
Их название, произнесённое так обычно, заставило меня вздрогнуть. Я смотрел на него, пытаясь понять, что он собирается сказать дальше.
— Ты думаешь, что Коноха сможет защитить его? Если я смог проникнуть в деревню, то и они смогут. Биджу — их цель.
Его слова били точно. Сомнения, которые я прятал даже от самого себя, теперь выступили на первый план. Я молчал, не зная, что сказать.
— Я могу дать тебе силу. Настоящую силу, чтобы защитить его. Чтобы защитить Саске. Чтобы забрать их из этого места, где их ждёт лишь смерть, — голос Орочимару был сладким и тягучим, как мёд, но я знал что это не так.
Я сглотнул, стараясь подавить панику.
— Если ты согласен, найди меня в стране Рисовых Полей. Мы ещё встретимся, Ичиро-кун.
Его фигура начала растворяться в воздухе, словно он был всего лишь иллюзией. Через мгновение он исчез, оставив меня одного посреди тихого леса.
Шорох листьев за моей спиной заставил меня обернуться. Появились Анбу, их маски блестели в свете луны. Один из них — с маской енота — сделал шаг вперёд.
— Что случилось?
Я выдохнул, стараясь вернуть себе спокойствие.
— Срочно к Хокаге. Это касается Орочимару, — сказал я, сдерживая дрожь в голосе.
* * *
Хирузен сидел за своим столом, его лицо было серьёзным, но спокойным.
— Рассказывай, Ичиро, — сказал он, не отрывая взгляда от меня.
Я начал говорить, рассказывая всё, что узнал: появление Орочимару, его слова об Акацуки, его угрозы. Но предложение, которое он сделал, я сознательно пропустил. Почему? Может быть, я боялся признаться в своей слабости. Может, считал, что так будет проще для всех.
Когда я закончил, старый Хокаге казался почти безразличным. Он сидел в своём кресле, спокойно выпуская облака дыма из трубки. Казалось, слова о том, что один из трёх легендарных саннинов разгуливает в Лесу Смерти, были для него чем-то обыденным.
— Молодец, что смог защитить седьмую команду, — наконец сказал он, его голос был удивительно ровным. — Можешь идти.
Я нахмурился. Это не то, чего я ожидал.
— Но… как же Оро—
— Можешь о нём не беспокоиться, — мягко,
