придется выбирать Планету. Скорее всего — населенную антипатичными ему двуногими. Ведь с его успеваемостью не было почти никаких шансов стать Куратором расы разумных рептилий. А уж тем более — насекомых, наиболее симпатичного Зурху вида. Ибо коллективный разум, который только и могли образовывать насекомые, отзывался лишь на самые тонкие, почти неощутимые средства воздействия, и было бы наивно надеяться, что Педагогический Совет Фермы доверит хроническому троечнику Зурху планету, населенную подобной расой. Как, впрочем, и рептилий — от которых в глубоко доисторические времена на родной планете Зур-ха отпочковалась раса Драконов. Нет уж! С его успеваемостью он мог рассчитывать только на планету, населенную самым распространенным в Галактике видом разумных существ — двуногими млекопитающими. Постоянно дерущимися из-за еды, самок, но более всего — из-за власти в стаде. Что, если их телепатические способности не получали должного развития, делало двуногих млекопитающих первейшими кандидатами в самоубийцы. Едва только они достигали соответствующего технологического уровня. Правда, на втором месте в этом печальном списке стояли «родные» Зурху рептилии, но поскольку у них несравненно реже, чем у млекопитающих, образовывалось самое непредсказуемое и опасное «индивидуальное» сознание, то в целом этот второй список не производил столь удручающего впечатления, как первый. Хотя, конечно, не радовал и он…
Как бы то ни было, когда на последнем семестре обучения Педагогический Совет Фермы распределил Зурха на планету Голубых Лемуров, хронический троечник посчитал это значительной удачей: слава Великому Дракону! Хоть эти Лемуры и млекопитающие, но не двуногие, а четверорукие и, главное, не бледнокожие. К тому же не лишившиеся столь милого сердцу всякого Дракона хвоста. Да и их разум находился еще в зачаточном состоянии, так что, если Владыки Галактики потеряют и эту расу, Зурху, кроме самого себя, винить будет некого. Конечно, к столь перспективным существам следовало бы послать куда более способного ученика, но Драконов так мало… а нуждающихся в кураторстве планет так много…
Как он сдал последний экзамен по телепортации, этого Зурх так и не понял — выручило, вероятно, пресловутое «драконье счастье». Без особых проблем перейдя в шестимерный континуум, он, почти уже полноправный молодой Дракон, вдруг почувствовал, что, несмотря на длительные тренировки, потерял всякую способность к ориентированию в этом специфическом пространстве. Однако — пронесло. Предельно сосредоточившись, Зурх представил ехидную ухмылку профессора Взая, крепко зажмурился, а когда открыл глаза, то обнаружил себя в самом центре экзаменационной поляны — к некоторому удивлению приемной комиссии, никак не ожидавшей от посредственного ученика столь выдающегося результата. И только Взай посмотрел на него недоверчивым взглядом, словно на заподозренного в обмане, но еще не разоблаченного фокусника. Однако ничего осуждающего конкретно почтенный профессор сказать не мог — перемещения в континуумах высших размерностей проконтролировать невозможно в принципе — и, скрепя оба свои драконьи сéрдца, вынужден был согласиться с решением большинства членов комиссии, поставивших Зурху высший балл. Единственный высший балл, полученный им на экзаменах за все время обучения.
Ах, если бы Взай, доверившись своей интуиции, не согласился с мнением большинства! И Зурху назначили хотя бы еще одну телепортацию! Ведь от повторных испытаний освобождались только студенты, получившие высший балл. Негласно считалось, если из шестимерного пространства испытуемый сумел выйти в самом центре экзаменационной поляны, то уж тем более попадет на назначенную ему планету. Будь она хоть на противоположном краю Галактики.
Резкий порыв ледяного ветра бросил вниз растерявшегося Дракона. Прямо на выглядывающие из-под снега острые зубья скал. И только в самый последний момент, едва не переломав крылья, Зурху удалось пересилить мощный воздушный поток и спланировать на относительно ровный уступ.
Нет! Это не планета Голубых Лемуров! На которой даже на полюсах не бывает такого жуткого холода. Ну да… на полюсах — не бывает, а на вершинах самых высоких гор?..
Ветер сек тело Дракона колючими снежными зарядами, однако Зурха, избежавшего сокрушительного удара о скалы, эта безумная круговерть ничуть не тревожила: в несущемся снеге было столько статического электричества, что, впитывая его, встопорщившиеся чешуйки кожи отзывались слегка болезненным, но в целом приятным покалыванием — Дракон больше не мерз.
Конечно, по выходе из шестимерного континуума неожиданно оказавшемуся непонятно где — в крутящемся месиве из ветра, снега и камня — Зурху следовало немедленно трансформироваться, сделавшись органической частью этого ледяного безумия, но он растерялся. Причем до такой степени, что, избежав опасности и удобно устроившись на скалистом выступе, даже не подумал преобразоваться если не в гонимую ветром тучу, то хотя бы в гранитный валун, нарушив таким образом первую заповедь Куратора: ни при каких обстоятельствах не показывайся аборигенам в своем истинном драконьем обличии. Да, в высокогорной ледяной пустыне вряд ли могли обитать какие-либо аборигены, и тем не менее… уж, наверно, не зря мудрые головы придумали эту заповедь еще на заре истории!
Насытившись электричеством, Зурх полностью успокоился, с интересом осмотрелся по сторонам и… ничтоже сумняшеся, нарушил вторую заповедь Куратора, гласившую: если по выходе из шестимерного континуума ты оказался не в том месте, куда рассчитывал попасть, немедленно телепортируйся назад. А что он оказался не на планете Голубых Лемуров, Дракон понял сразу, едва почувствовав себя в безопасности на надежной скале. Хоть местное солнце и закрывали плотные тучи, но они не могли помешать сверхчувствительным сенсорам Зурха определить его спектр — увы! Звезда и по спектру, и по светимости отличалась от той, вокруг которой вращалась планета Голубых Лемуров. Типичный желтый карлик — да таких в Галактике…
Осознав, что сориентироваться ему будет крайне не просто, Зурх за малым не принял верное решение и не телепортировался на родную планету, но… знаменитое драконье упрямство! После с трудом сданных выпускных экзаменов, сразу же потерпеть столь постыдное поражение?! Дать профессору Взаю повод к глумливой ухмылке: мол, чего вы хотели от троечника? Не говоря о том, что после такого оглушительного провала курировать какую-нибудь другую планету ему поручат очень не скоро. Если вообще — поручат… Как ни мало Драконов и как ни много планет, но подобная безответственность могла смутить даже наиболее снисходительно настроенных членов Высшего Совета. Ведь не справиться с самым элементарным, с телепортацией в нужное место — это, знаете ли…
…и Зурх нарушил третью заповедь Куратора! «Попав на незнакомую планету, оставайся на месте, пока не соберешь всю необходимую информацию». А Зурх ограничился лишь тем, что определил состав атмосферы, и сразу взмыл высоко в небо: сиднем сидеть на продуваемой всеми ветрами, изолированной от мира ледяной площадке — увольте! Да чтобы собрать здесь необходимую информацию — это же сколько может потребоваться периодов обращения планеты вокруг
