— Боже, — простонала Ребекка, плотнее заворачиваясь в простыню, — что она подумает?
— Что ты захотела остаться со мной.
— Но…
— Что «но»? — перебил он.
— Мы знакомы всего несколько дней.
— И?..
— И она может счесть, что мы несколько поторопились.
— Пусть это волнует только ее, — беззаботно ответил Морган.
Внезапное подозрение молнией пронзило его мозг. А вдруг Ребекка жалеет, что осталась у него?
— Или это волнует и тебя тоже? — спросил он, и голос его дрогнул. — Ты не считаешь, что поторопилась, а, Бекка?
— Нет, — заверила она. — У меня такое чувство, что я знаю тебя дольше и лучше, чем своего бывшего мужа.
— Прекрасно, потому что и мне кажется, что я знаю тебя не пару дней, а целые годы.
Моргану хотелось расспросить Ребекку о ее муже, но время для копания в прошлом еще не настало. Оно придет позднее. Он не почувствовал какой-либо горечи или грусти в ее упоминании о муже, так что с этим можно подождать. Он рассчитывал, что для откровенных разговоров в их распоряжении будет вся жизнь.
— Не беспокойся насчет Деллы, — продолжил он, — она не из тех, кто строго судит других.
— Это хорошо.
— Ну а теперь, когда с этим вопросом покончено, как бы ты хотела провести день?
— Понимаешь, если бы я знала, что мы останемся в городе, я захватила бы другую одежду, и ты мог бы показать мне Новый Орлеан.
— Это легко устроить, — успокоил ее Морган.
— А как?
— Моя дорогая, в Новом Орлеане имеются кое-какие магазины, — усмехнулся он. — Запиши мне свои размеры и дай час времени. После этого мы сможем осматривать город.
Ребекка быстро натянула его халат и поднялась с постели.
— Моя сумочка осталась внизу, — сказала она, обходя кровать кругом, чтобы пройти к двери, но Морган удержал ее, схватив за локоть.
— Не беспокойся о деньгах. Разреши мне позаботиться обо всем самому.
— Я люблю сама платить за себя, Морган.
— Отлично, — согласился он. Он понимал ее стремление к независимости и уважал его. — Я отдам тебе счет, и ты выпишешь мне чек. Договорились?
— Договорились.
Экскурсия по городу была восхитительной.
Ребекка купила дешевый блокнот и ручку, чтобы делать заметки к будущему сценарию. Покупая их, она объяснила Моргану, что намеревается сделать Новый Орлеан местом действия своего нового сериала. Морган показал ей все места, популярные у туристов, и уголки города, выпадающие из их поля зрения, но, по его мнению, не менее привлекательные. В течение всей прогулки Ребекка заносила в блокнот возможные места съемок.
Ей очень понравились лавочки антикваров и старьевщиков, расположенные на Мэгэзин-стрит. Она побродила по ним, изучая цены и не прекращая обдумывать сценарий. Она брала карточки владельцев и обещала, что в недалеком будущем члены съемочной группы посетят их и приобретут какие-нибудь из имеющихся у них вещей.
Моргану эта прогулка дала возможность увидеть город глазами Ребекки, а восторг, в который она пришла от любимого им Кресчент-Сити, наполнил его радостью и гордостью.
Показывая ей район Гарден-Дистрикт, он заметил, что один из домов привлекает к себе особенное внимание Ребекки.
— Что тебя так заинтересовало в этом доме? — спросил он, когда они остановились на тротуаре перед красивым старинным зданием.
Это был дом, в котором некогда жила Рэчел. Ребекка помнила адрес и, хотя дом был, по-видимому, перестроен, для нее он оставался домом Рэчел. Вопрос Моргана напомнил ей о том, что она должна рассказать ему о прошлом.
Но не могла же она встать посреди улицы и начать излагать ему всю эту историю! Нет, не сейчас и не здесь.
И она ответила уклончиво:
— Тебе не кажется, что это место окутывает какая-то особая аура?
Морган посмотрел на нее скептически.
— Что такого я сказала? — передернула плечами Ребекка.
— Хочешь войти внутрь?
Ребекка в изумлении уставилась на него:
— Ты серьезно?
Войти в дом, где жила ее прапрабабушка? Да она и мечтать не смела ни о чем подобном.
— Вполне, я знаком с хозяевами, — спокойно ответил ей Морган.
— Мы с Томом вместе учились в колледже, — пояснил он. — Время от времени мы встречаемся, и я полагаю, что Марджери — так зовут его жену — не откажется показать тебе дом. Если, конечно, она дома. — И Морган сжал ее руку. — Хочешь попробовать?
— Конечно, но… — сомневалась она.
— Что такое?
— У меня вид не очень-то подходящий. — Она сделала движение рукой, указывая на свои голые ноги и шорты, купленные Морганом.
— Вид у тебя потрясающий, — решительно возразил он, — а Марджери совсем не сноб. Если она дома, то скорее всего одета точно так же.
— Тогда пошли.
Они вошли в калитку и по дорожке приблизились к дому. Морган постучал в дверь с разноцветными стеклами.
Через минуту высокая рыжеволосая женщина в футболке и шортах распахнула дверь. За ее ногу цеплялся ребенок.
— Морган! — воскликнула женщина с явным английским выговором.
— Привет, Марджери. Извини, что ввалился без предупреждения, — сказал Морган, — но моей приятельнице очень хотелось бы взглянуть на твой дом. Мы проходили мимо, и… Ты не против?
— Ради Бога! — воскликнула она, широко улыбаясь. — Входите! — И она посторонилась, давая им дорогу. — Так приятно хоть иногда поговорить со взрослыми.
Марджери провела их в гостиную с «фонарем», сквозь который в комнату лился ослепительный солнечный свет. Повсюду стояли деревца в деревянных кадках, гладкие белые стены были украшены фарфоровыми масками. Поблескивал тщательно натертый паркет.
Марджери опустилась в кресло-качалку, стоявшую перед камином, и, посадив малыша на пол, подвинула ему ящик с кубиками. Ребекка и Морган устроились на диване.
Представив женщин друг другу, Морган заметил:
— С каждым моим визитом Мэтью становится все больше и больше.
— Мэтью? — переспросила Ребекка, удивленно подняв брови.
— Мэтью Томас Шонесси, — произнесла мать, с гордостью глядя на мальчика. — Моя дочь Кэти спит наверху.
— Мы не задержимся надолго, — пообещал Морган.
— Это неважно, — улыбнулась Марджери и поднялась с места. — Если ты присмотришь за Мэтом, я покажу мисс Фрезер весь дом.
Ребекка потребовала, чтобы Марджери называла ее по имени.
Марджери приветливо улыбнулась:
— Пойдемте со мной, Ребекка.
По дороге обратно Ребекка была задумчива. Старый дом очаровал ее. Около часу показывала ей Марджери свое жилье. Очень многое изменилось в особняке, но Ребекка чувствовала, что, закрыв глаза, сумеет увидеть его таким, каким описала его Рэчел.
Она прекрасно себя чувствовала в обществе Марджери, но общение с Морганом было несравненно более значимым для нее. Держаться за руки как влюбленные подростки, заканчивать друг за друга фразы, ловить мысли, чувствовать, как крепнут связующие их невидимые нити.
