лордом Гарвингтоном. Убивать Пайна мы не собирались, хотели только его ослабить, чтобы было легче взять у него деньги.
– Весьма хитроумный план, – мрачно заметил Ламберт, гадая, сколько в этой истории правды. – И что дальше?
– Дальше лорд Гарвингтон написал письмо, я встретился с Пайном и передал ему письмо, сказав, что, наблюдая за его женой, по его просьбе, – подчеркнул Сильвер, заставив Ламберта поморщиться, – перехватил его. Как я и полагал, Пайн пришел в ярость и сказал, что сам войдет в синюю дверь в назначенное время и предотвратит задуманный побег. Я сказал лорду Гарвингтону, который был наготове, и…
– И я спустился вниз, притворившись, что принял Пайна за грабителя, – сказал лорд Гарвингтон, безо всякого стыда продолжая рассказ. – Открыл дверь, ожидая застать его там. Он бросился на меня, в слепой спешке решив, что я – Агнес, которая собирается сбежать с тобой. Выстрелил ему в руку, и он, шатаясь, побежал прочь, а я снова закрыл дверь. Решил ли он уйти, осознав свою ошибку и поняв, что это был я, а не Агнес, – не знаю, я уже был по ту сторону двери. Но Агнес, услышав выстрел, подошла к окну и потом на дознании заявила – помнишь, Ноэль? – что Пайн быстро уходил, а когда поравнялся с кустарником, оттуда раздался выстрел. Вот и все.
– Более чем достаточно, – свирепо заявил Ламберт. – Вы просто пара хитрых тварей! Надеялись свое преступление свалить на меня?
– Какое тут преступление, – запротестовал Сильвер, – просто способ раздобыть деньги. Но вы уехали в Лондон, и нам пришлось ждать – мы не могли осуществить свой план до вашего возвращения. Но на одну ночь вы вернулись, мы узнали об этом от следившей за вами Халдеи – и совершили задуманное.
– Халдея знала о ловушке?
– Нет! Она ничего не знала, кроме того, что я жду, когда вы вернетесь. – возразил Сильвер. – Она нашла письмо в палатке Пайна и поверила, что его написала леди Агнес и что Пайна застрелили вы. И передала письмо мне – чтобы вы женились на ней под страхом разоблачения.
– И велела вам показать его полиции, – процедил Ламберт сквозь зубы. – А вы тем временем пытались шантажировать леди Агнес.
– Надо же мне как-то зарабатывать, – нагло заявил Сильвер. – Пайн умер, а деньги унаследовала леди Агнес.
– Вы собирались поделить двадцать пять тысяч фунтов? – с возмущением спросил Ламберт своего кузена.
– Нет, шантажировал только Сильвер. Я надеялся выудить у Агнес деньги другим способом – сыграв роль попавшего в трудное положение брата. И если…
– Слушай, заткнись! Меня от тебя воротит, – перебил Ламберт, подавляя сильное желание придушить кузена. – Ты не меньший мерзавец, чем Сильвер.
– Но Сильвер виновен не более, чем лорд Гарвингтон, – парировал секретарь, обретая естественный цвет лица.
Ламберт резко повернулся к нему.
– Я с этим не согласен. Вы застрелили Пайна!
Сильвер подскочил, издав истеричный крик. Он, как библейский Агаг, уже решил, что смертельная опасность осталась позади, но оказалось, что это не так.
– Я не стрелял в Пайна, – заявил он, ломая руки. – Почему вы мне не верите?
– Потому что Гарвингтон дал вам второй револьвер, и из этого револьвера, судя по пуле, Пайна и застрелили.
– Может, и так, но… но… – Сильвер заколебался, вздрогнул и затравленно огляделся.
– Но что? Объясняйте.
– Не буду… отказываюсь. Но я невиновен! И вы не можете ничего доказать!
Ламберт отмахнулся от этого бессильного гнева.
– Докажет инспектор Дарби. Вечером поеду в Уонбери и все ему расскажу.
– Нет, не смей! – закричал Гарвингтон в сильном волнении. – Подумай обо мне, о семье!
– Я думаю о справедливости! Вы, два зверя, недостойны быть на свободе. Я ухожу, – и он направился к двери.
В ту же секунду Сильвер вцепился в его пальто.
– Не надо! – закричал он. – Я невиновен! Лорд Гарвингтон, скажите, что я невиновен!
– О-о… выбирайся из этой ямы сам! Мне и самому придется не сладко, если Ламберт не одумается, не поведет себя прилично.
– О приличиях заговорил, злобный дьявол, – презрительно сказал Ламберт. – Я лишь намерен поступить, как поступил бы любой приличный человек. Ты письмом заманил Пайна в ловушку, а Сильвер его застрелил.
– Я его не убивал! Не убивал!
– Но револьвер был у вас!
– Не было! Я его отдал! Одолжил! – задыхаясь, выкрикнул Сильвер, плача от ужаса.
– Одолжил… отдал… вранье! Кому?
Сильвер снова огляделся в поисках пути к отступлению, но выхода не было.
– Мисс Гриби. Это она… она… Пайна застрелила она. Клянусь, это ее рук дело.
Глава XIX
Матушка ракушка
День клонился к закату, когда Ламберт, усталый и сбитый с толку, вернулся в деревенскую гостиницу. Разговор с Сильвером затянулся, к тому же вскрылось такое, что молодому человеку надо было побыть одному, прийти в себя и обдумать положение. Было ясно, что дело очень запутанное и в свете новых разоблачений уберечь имя семьи от позора просто нет возможности. Ламберт сел в своей гостиной, вытянул ноги и, сунув руки в карманы, угрюмо уставился в пол, вспоминая все, в чем признался этот лис, секретарь мисс Гриби. Он обвинил ее в преступлении, но можно ли ему верить?
По словам Сильвера, эта дама случайно услышала о плане заманить Пайна в поместье. Зная, что миллионер приезжает в Аббатский лес, секретарь рассказал об этом Гарвингтону задолго до приезда Пайна. Отсюда постоянные разговоры хозяина о грабителях и шумные угрозы пристрелить любого, кто попробует вломиться в дом. Он повторял это так часто, что мисс Гриби насторожилась и, заметив, что Сильвер и лорд часто уединяются, решила подслушать, о чем они говорят. Какое-то время заговорщики были очень осторожны, и услышать что-то важное ей не удавалось. Но когда, придя в табор, она узнала, что Хирн и Пайн – одно лицо, ей стало ясно, что эти тайные переговоры имеют к нему прямое отношение. Потом случайно брошенная фраза болтливого Гарвингтона дала ей ключ к разгадке – и под угрозой разоблачения она заставила Сильвера признаться в заговоре. Отнюдь не препятствуя их плану, она обещала не вмешиваться и сохранить все в тайне, но поставила условие: она должна знать, когда и где именно миллионеру приготовят ловушку. Это молчаливое согласие мисс Гриби и озадачило Ламберта.
Что получалось на первый взгляд? Раз она влюблена в него, ей лучше, чтобы Пайн был жив, ведь его брак с Агнес делает ее для Ламберта недосягаемой. Зачем тогда мисс Гриби устранять это препятствие? К тому же недолго и на виселицу попасть за убийство. Ламберт задал Сильверу этот вопрос, но не получил внятного ответа – секретарь уверял, что свои мотивы мисс Гриби ему не объяснила. В шутку упомянув о возможных грабителях, она одолжила у Сильвера револьвер, полученный им от Гарвингтона,
