и твоей девочке может быть интересно: я хочу понять что за магия в твоей голове.
— Интересно, — приглушённо пискнула Колючка из-под одеяла.
— Ну, проходите тогда, — отошёл от двери я. — Только, Гангирдод, какая магия? Нейросимбионт…
— Нет. У тебя не то и не так, надо смотреть. Обещаю — не наврежу, — равнодушно сообщил архимаг, плюхаясь в кресло и зыркая на меня острым взглядом. — И даже расскажу, что узнал: тебя это касается в большей степени, чем кого-бы то ни было, — протянул он. — Так, понятно. Спрашивать, откуда ты, Керг, я не буду: либо Терра, либо одна из первых колоний, так?
— А с чего вы это взяли?
— Потому что Академия присматривала за простецами, пока она была. И что такое нейросимбионт — мы прекрасно знаем, хотя редко используем. Есть магические аналоги, надёжнее, удобнее, зависящие от тренировок и силы мага… впрочем, неважно. Важно то, что у тебя в голове магический конструкт, грубоватый, но на совершенно неизвестных принципах. Точно не из Академии. При этом, этому конструкту — десятки тысяч лет, дух всё это время живёт в металле. Выводы, лично для меня, очевидные: наследие старой Терры…
— Земли. Мы называем родину «Землёй».
— Терра — более древнее слово, терраформирование как термин гарантирует это, но пусть будет «Земля». И история Академии, в свете текущего, становится более понятной, а то такие глупости понапридумывали…
— А не могли бы вы быть более конкретны, пассажир Гангирдод? — вклинился в беседу Мозг, на что я махнул рукой: всё же Мозг — не только навигационный, но и исследовательский компьютер, да и личность. Так у него в техдокументации написано, в общем — со справкой.
И час были вопросы-ответы. Выходило, что НСП версии один — именно магическая поделка, хотя и техническая тоже.
— Были предания о магических школах старой Тер…Земли. И, судя по тебе, не пустые. Правда, не осталось ни демона…
— А легенды? — подала голос Медея, заглядывая в так и не закрытую дверь.
Она, очевидно, почуяв магию или перемещения архимага, решила проверить. Ну и стояла за дверью, слушала — тема действительно интересная, ну и рассказчиком дважды мёртвый оказался интересным, несмотря на ровно-занудный тон.
Но мы с высунувшийся Иркой переглянулись и заржали в голос: очень уж эта беседа в нашей каюте, в ночи глухой, напоминала голокомедию.
— Легенды не дают никакого понимания, как осуществлялось мистическое воздействие, на каких основах, Медея. Маги Академии — наследники технологии старой Терры, её науки и техники. Так считалось, но судя по капитану Кергу и его импланту — это не так. И мне интересно узнать — как. Как только разберёмся с текущими проблемами — я бы хотел навестить Землю, — сообщил он.
Тут уже и мы с Иркой заинтересовались в глобальном смысле. Понятно, что вариант «придёт дедушка Гангирдод и сделает всё хорошо» — фантастика. Но вариант, что маги смогут помочь Земле, Отряд рассматривал, а Андрюха даже озвучивал. На наши вопросы Гангирдод отвечал «надо смотреть», но в целом — было видно, задачей заинтересовался.
А после архимаг и магичка просто свалили, оставив нас с Колючкой в раздумьях, но довольно позитивных. Мы даже зло на этих вторженцев в личное пространство не затаили.
А на следующий день Мозг, ликуя и подпрыгивая (фигурально, потому что реально навигационный компьютер КК Энерида подпрыгивать мог: только самой Энеридой, что в гипере было бы самоубийством), сообщил, что Гангирдод поделился с его компьютерной персоной частью данных.
— И ряд моментов с работой вашего нейросимбионта, Капитан Керг, стали понятными! — ликовал компьютер.
— А объяснить мне так, чтобы я понял — ты сможешь? — не без иронии уточнил я.
— Вынужден признать, что на основе имеющегося у вас образования и имеющихся у меня данных — нет, капитан Керг, — признал ИЛ.
Чем меня не слишком расстроил: понятно, что всякая там заморочено-пограничная физика, где реальность и становится этой самой магией. Или сам просвещусь, со временем, или Мозг расширит базу «имеющихся данных». Ну а нет — так и нет, не критично.
Обсуждать с Отрядом я пока новость не стал: ребята — народ прямой, силовики. И если многократно мёртвый архимаг скажет «ничем не поможем», ну не стоит расстраивать ребят. Мы с Иркой тоже расстроимся, но справимся без последствий, а вот тот же Самсон и, как ни удивительно, Андрей — могут и травмы психологические, на пустом, в общем-то, месте получить.
И был ещё один интересный, как для меня, так и для Отряда момент, в кают-компании. Трерил выбрался из своего многодневного затворничества и находился в кают-компании, о чём меня оповестил Мозг. И я, прервав тренировку в искреле, направился туда, узнать, как поживает дядюшка. Ну а народ, соответственно, за мной — тоже интересно, а раз кают-компания, то ничего секретного. Но в помещении находился не только Трерил, но и Гангирдод, да и Медея в уголке притулилась. А Андрюха с самоотдачей боролся с энтропией на диванчике, принявшем форму тела медика в процессе этой борьбы. И, хоть и валялся, но уши не только навострил, но и развесил, явно заинтересованно слушая разговор. Вслушались и мы, потому что тема была интересная.
А именно: как было понятно из контекста, Трерил интересовался: при зарождении магической школы в протекторате не будет ли её не слишком живая направленность причиной падения численности населения и вымирания Протектората?
— А Стикс — безжизненная и мёртвая планета, — усмехнулся архимаг.
— Нет, конечно. Но они сформированы… кхм, суть вопроса вы поняли, — уставился на гротескную гримасу дядюшка. — Ответите на него?
— Можно и ответить, — пожал плечами Гангирдод. — И вы послушайте, да и ты, девочка — тебе это как бы не нужнее, чем всем остальным, — обвёл он глазами кают-компанию. — Так вот, танатургия — не магия смерти, не магия возрождения и прочая чушь. Долгая жизнь — придурошные виталурги, реанимация — лекари. А вселение духов в плоть или конструкт — спиритуалисты, — размеренно начал он, замолчав и ехидно зыркая на окружающих.
— А что же тогда? — наконец не выдержала Медея.
— Школа познания, конечно, — усмехнулся архимаг.
И начал рассказывать, причём выходила с его слов интересная картина. Кстати, вполне укладывающаяся в известное, с теми же массовыми телепортационными ритуалами. Итак, что там «за гранью» после смерти — архимаг не рассказывал.
— Просто… может, и поймёте, но нет слов и образов,
