Меня улыбает ее реакция. Все-таки у меня прекрасная мама. Самая лучшая.
— Только это еще не все, — вбираю в легкие побольше воздуха, — понимаешь, Кирилл, он…
— У него четыре ноги?
— Что? Мама, — смеюсь, делая небольшой глоток воды. — Нет. Две. Просто у него фамилия… Бушманов, — выпаливаю на одном дыхании и прикусываю нижнюю губу.
Мама продолжает улыбаться. Я вижу, как меняется ее взгляд, на лице появляется растерянность, а уголки губ медленно ползут вниз.
— Надеюсь, он просто однофамилец? — спрашивает шепотом, потому что сама знает ответ.
Отрицательно кручу головой.
— Нет. Кирилл — младший брат Олега, мы с ним учились в одной школе. Мне кажется, я тебе это уже говорила.
— Парень, с которым я посоветовала тебе сходить в кино, да. Помню.
Мама кладет вилку на тарелку и немного откидывается на спинку кресла.
— Я, честно говоря, не знаю, что сказать, Оль. Ты взрослая, сама можешь решать, с кем тебе встречаться. Просто ты два года сама не своя ходила. Я уже всякую надежду потеряла, думала, этот Олег тебе на всю жизнь сердце разбил. Мне вроде как сейчас порадоваться нужно, что нашелся человек, с которым тебе хорошо. Но у меня немного не получается, доченька. Прости.
— Я понимаю, как это выглядит. Правда. За эту неделю очень много всего произошло. Олег снова приходил. Шантажировал меня, хотел, чтобы я улетела с ним в Москву. А Кирилл… — Мне так хочется, чтобы мама поняла, насколько Кир хороший. — Он меня защищал. Все это время он меня защищал.
— Оленька, это все прекрасно. Правда. Просто они одна семья. Сейчас поругались, потом помирятся, а крайней во всем окажешься ты. Снова.
— Нет, нет. Все не так.
— Ладно, — мама улыбается. Робко, едва заметно. — Давай не будем о плохом. С чего я вообще решила вешать ярлыки на незнакомого мне человека и судить о нем по его брату, правда?
Я медленно выдыхаю. Слезы к глазам подкатывают сами. Мамин силуэт расплывается под наплывом воды в моих глазах.
— Ну ты чего? Не плачь. Оля!
— Прости, прости. Просто я так хотела с тобой этим поделиться и так боялась.
— Что за кошмары ты себе насочиняла, а?
Мама огибает стол и садится на соседнее кресло. Обхватывает мои плечи и крепко прижимает к себе.
Лежащий на столе телефон дзинькает, оповещая о сообщении.
Всхлипнув, тянусь к смартфону. Это Кирилл.
«Вы где? Я подъеду. Отвезу на вокзал».
Пальцы начинают дрожать. Перевожу растерянный взгляд на маму.
— Что?
— Кирилл написал, хочет приехать. На вокзал тебя, нас отвезти…
— Ну, значит, пусть едет. Мне уже хочется с ним познакомиться.
Мы смеемся, а я уверенно пишу Киру адрес ресторанчика.
* * *
— Спасибо, все было очень вкусно, — мама улыбается мальчику-официанту и кладет на стол чаевые, основной счет мы оплатили картой.
— Да, спасибо, — киваю вдогонку и вылезаю из-за стола. Вроде съела только салат, а чувствую себя неповоротливой бомбочкой.
Пока мама беседует о чем-то с администратором, я напяливаю пальто и подкрашиваю губы. На телефон падает очередное сообщение от Кира. Он уже здесь.
Пишу, что мы идеи, и отрываю маму от беседы.
— Идем? — трогаю свои волосы. Волнуюсь. Снова волнуюсь.
— Да, конечно. До свидания, — мама выходит на улицу первой. Я следом.
Машину Кирилла замечаю сразу. Веду рукой в сторону, чтобы обозначить место, но этого не требуется.
Бушманов сам выходит из автомобиля. Звонко хлопает дверцей, а потом вытаскивает с заднего сиденья букет цветов. Честно, я впадаю в ступор.
Кирилл во многом явно сообразительнее меня.
— Добрый вечер. Кирилл, — отдает маме цветы, — это вам.
— Спасибо.
Фиксирую загадочную улыбку на женских губах.
— Екатерина Викторовна, — мама деловито протягивает ладонь, и я не могу этому не порадоваться.
Бушманов отвечает на ее жест и приглашает в машину. Забирает пакеты с покупками, которые мы все это время таскаем с собой, и закидывает в багажник.
Открывает маме дверь и дожидается, пока она сядет внутрь. Я стою позади, теребя какой-то фантик в кармане пальто.
— О-ля? — Кирилл оборачивается и, притянув меня к себе, касается моих губ своими.
— Спасибо, — улыбаюсь.
— Будешь должна, — Бушманов ухмыляется и подталкивает меня к дверце.
Забираюсь на сиденье и поворачиваюсь к маме, пока Кир огибает капот машины.
— Приятный молодой человек, — мама несколько раз кивает. — Я ожидала явно чего-то другого.
Усмешка на ее губах дает мне понять, что ждала она худшего.
Олег редко когда был галантен. Я больше года уговаривала его познакомить наших родителей, а когда это случилось, он вел себя весьма несдержанно. Кичился своим статусом, намекал на то, как богат его отец и прочее… Он не горел желанием понравиться моей маме и отцу. Нет. Скорее, просто хотел поставить перед фактом — теперь ваша дочь со мной, и мне плевать, что вы об этом думаете.
Может быть, позиция и не самая плохая, но ведь еще важно, как и ради чего она подана, не так ли?
— …В двадцать шесть лет и все еще лейтенант? — прорывается мамин голос.
Кажется, они с Киром о чем-то говорят.
— Накосячил, влепили выговор, сняли по звезде, — отвечает Кирилл без какой-либо неприязни, скорее, наоборот, с усмешкой.
— Сунули нос, куда не следовало? — интересуется мама.
— Вы проницательны, Екатерина Викторовна. Ко мне можно на «ты».
— А да, хорошо. Все-таки работа в полиции очень нервная. Кражи, убийства, разбои всякие… Опасно.
— Ко всему привыкаешь. Да и город у нас вполне спокойный.
