Тут из толпы с самодовольной ухмылкой, как шотландский домовой-проказник, вынырнул Алек.
– Прячемся от поклонниц, да? – спросил он, хлопая Улла по плечу. – Ты – мудрый человек, и знаешь, что через несколько минут сюда прибудет твоя невеста. Не хочешь давать ей повода пойти на попятную, не так ли?
– Она готова отступить хоть сейчас, и это тебе хорошо известно, – бросил Эндикотт. – А единственная причина повышенного внимания ко мне окружающих кроется в том, что ты без устали рассказываешь всем, что я герой войны. И я, черт возьми, хочу, чтобы ты это прекратил!
– Ни к чему меня благодарить, – великодушно промолвил Алек, легко взмахнув рукой. Этот жест никак не вязался с человеком его комплекции. – К тому же скоро всеобщее женское внимание к тебе пропадет, как только твоя будущая теща начнет болтать о приближающемся счастливом событии.
– Господи! – Уилл любил Эви, но перспектива иметь такую тещу, как леди Риз, – это просто мороз по коже.
– Ладно, хватит шутки шутить. – Алек потянулся, чтобы схватить бокал вина с подноса, который мимо них проносил лакей. – За оранжереей леди Талуин нас поджидает Аден. Он сказал, что у него есть новости.
Уилл отошел от колонны.
– Самое время получить ценную информацию от службы разведки, – заметил он. – Надеюсь, мы сможем ее хоть как-то использовать…
Они выскользнули из бального зала через удобную дверку позади колонны. Дверь вела в коридор со служебными помещениями, но далекими от кухни и комнат для прислуги, благодаря чему их со всех сторон охватила тишина.
Уилл посмотрел на кузена.
– Только давай не говорить Адену о предстоящих свадебных торжествах, – попросил он. – Я должен сообщить эту новость отцу, прежде чем он услышит ее от посторонних.
На самом деле Уилл попросил лорда и леди Риз воздержаться от объявления о помолвке, пока у него не появится возможность поговорить с герцогом. Он счел, что Эви будет благодарна ему за паузу перед началом безумия, и леди Риз неохотно согласилась с ним.
Алек сочувственно поморщился.
– Не завидую я, что тебе предстоит такое пережить, старина. И когда же ты собираешься спустить курок?
– Попытаюсь завтра заглянуть в военное ведомство, – ответил Эндикотт. – Быть может, мне удастся встретить герцога там.
Алек остановил Уилла прикосновением руки.
– Знаешь, я считаю, что все это к лучшему: ты принял верное решение, и не столько ради нее, сколько ради себя самого. Эвелин – замечательная девушка, и я чувствую, что она станет тебе чудесной женой.
– Спасибо. Мне остается только надеяться на то, что отец разделит твою точку зрения, – сухо ответил Уилл. Однако слова кузена его тронули, как и его преданность.
– Доконай его, – посоветовал Алек. – А если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, ты знаешь, что нужно только попросить.
Уилл кивнул.
– Я знаю, но все равно, спасибо тебе. И я уверен, что у нас все будет хорошо, – сказал он.
Эндикотт не стал говорить о своих многочисленных сомнениях по другим поводам, вроде того, где они будут жить и чем он будет заниматься до конца своих дней. Хотя брак с Эви уменьшит его шансы получить поддержку отца в карьерном росте, Уилл по-прежнему надеялся, что хорошее отношение к нему герцога Веллингтона не позволит тому проигнорировать эту проблему.
Они миновали коридор, ведущий к оранжерее. Аден ждал их сразу за стеклянными дверями – он сидел на кованном железном стуле, беспечно вытянув перед собой длинные ноги.
Увидев кузенов, Аден встал, вид у него был не радостный.
– Источник сэра Доминика в Дублине…
– Разве теперь это не твой источник? – перебил его Алек.
Аден коротко улыбнулся.
– Я все еще не привык к перемене, – заметил он.
– Не сомневаюсь. Итак, об этом источнике, – проговорил Эндикотт, уже нетерпеливо ожидающий возвращения в бальный зал. Он начинал всерьез беспокоиться об Эви. Почему она так припозднилась?
Аден кивнул.
– Нашему источнику в Дублине удалось перехватить письмо Майкла Боумонта Дэниелу О’Коннеллу, который, как вам уже известно, рьяно защищает и католическую эмансипацию, и разрыв Акта объединения.
– Да, сэр Доминик говорил нам, что О’Коннелл и Боумонт состоят в переписке, – сказал Уилл. – Кстати, для начала хотелось бы узнать, как развивались их отношения?
– Они познакомились через мать Боумонта, леди Леджер, – ответил Аден. – Она из ирландской семьи, которая находится в дальнем родстве с семьей О’Коннелла. Боумонт явно увлечен политикой О’Коннелла.
Алек мрачно покачал головой.
– Выходит, у Боумонта есть родственники-ирландцы? Ему не повезло, ведь это еще больше усиливает подозрения в отношении него.
– Было ли что-нибудь полезное для нас в их переписке? – поинтересовался Уилл.
– Она касалась отмененной дуэли между О’Коннеллом и Робертом Пилем, – сообщил Аден. – Боумонт выразил тревогу о безопасности О’Коннелла и умолял того в будущем избегать рискованных предприятий.
– Я бы не сказал, что это его компрометирует, – возразил Алек. – По-моему, наоборот.
– Верно, – согласился Аден. – Но далее Боумонт писал о важности руководства О’Коннелла в их деле и о том, что они не могут допустить его потерю. Кто такие «они», остается загадкой, как и то, о каком именно деле идет речь.
Уилл покачал головой.
– Многие поддерживают католическую эмансипацию и даже разрыв Акта объединения, но они никогда не прибегнут к насилию ради достижения своих целей, – заметил он.
– И поэтому нам нужна информация, прежде чем мы сможем действовать, – сказал Аден. – Без существенных доказательств мы едва ли имеем право арестовывать каких попало ирландских иммигрантов или людей, имеющих радикальные взгляды. Премьер-министр сильно озабочен тем, что мы избегаем повторения мятежей лорда Гордона. Если слухи о том, что группа ирландских радикалов замыслила предательство, соответствуют действительности, результат будет ужасающим. В основном для невиновных ирландских и лондонских католиков.
Уилл посмотрел на Алека.
– Мы запланировали операцию, предполагающую проникновение в кабинет Боумонта в Сент-Маргарет. Я сделаю это сегодня или самое позднее завтра ночью. Алек намерен обыскать жилье Боумонта в Олбани.
Аден кивнул.
– Сообщайте мне обо всем, что вам удастся найти – важном и не очень. Мне в спину дышат министерство внутренних дел и Пиль.
– Понятно, – сказал Уилл, глядя на бриджи Адена и его высокие сапоги с отворотами. – Я понимаю, ты не собираешься идти сегодня на бал?
– Нет. На мою жену плохо действует погода, и я хотел бы побыть с ней дома, – ответил Аден.
– Опять? – нахмурившись, спросил Уилл. – Надеюсь, ничего серьезного?
