Людоед в человеческом обличье подошел к застойной луже, над которой до этого сидела Нура, посмотрелся в воду и явно остался доволен. Теперь он был привлекательным мужчиной с мощным телосложением, аристократичными чертами лица и чуть плутоватым, но властным взором. Такая внешность заставляла женщин в любом городе неизменно оборачиваться, а мужчин — задумываться и сравнивать его с собой. Мэлдред знал, что такое сочетание — самое выгодное. Все эти черты он позаимствовал у людей, в разное время приезжавших в Блотен по делам к его отцу. Форму бровей маг взял у короля бандитов, мощное телосложение — у профессионального борца, глаза — у наемного убийцы по имени Каолин, который лет десять назад был нанят с целью устранения одного выскочки-военачальника, который угрожал власти Вождя Доннага. Осанку Мэлдред позаимствовал у молодого пирата, которого он увидел много лет назад на берегу возле Кармиша, а улыбку — у шпиона из Уэйфолда (когда тот перестал быть полезным, Доннаг его казнил). Походку и манеры Мэлдред разработал сам. Он уже привык к своему человеческому образу, и вообще привык считать все человеческое лучше людоедского. Нура Змеедева сказала то, что Мэлдред и сам в глубине души прекрасно понимал: людоеды — жалкий отвратительный народ, низшая раса.
— Нура права. — Силач нахмурился, покачал головой и повернул действие заклинания вспять — его красивое человеческое тело тут же вновь стало уродливым людоедским. — Я недостоин даже притворяться человеком.
Затем он обернулся, посмотрел через плечо и увидел, как листья ивы, прикрывавшие вход в пещеру, слегка колышутся от дыхания находящегося внутри дракона. Мэлдред собрался с духом, приподнял завесу и вошел внутрь.
Свечение, которое было видно снаружи, исходило от глаз дракона — огромных, желтых, как у кошки, частично скрытых под тяжелыми веками. Как и все его собратья, дракон был огромен, правда, большую часть его тела скрывали густые тени, но Мэлдред ясно различал массивную голову и верхнюю часть толстой шеи. Дракон был черен, но все же не принадлежал к роду черных. Его формы были более обтекаемыми, голова — длиннее и шире, шкура казалась матовой, а шипы гребня, который начинался над глазами, сбегал по шее и скрывался в плотной тени пещеры вместе с остальным телом, — слишком длинными и тонкими. Это существо не походило ни на одного другого дракона Кринна, и, кроме того, у него отсутствовал какой бы то ни было запах — в пещере не пахло ничем, кроме болота, но зато тварь буквально лучилась мощью и испускала чудовищные волны всепоглощающего ужаса, который умеют наводить все драконы. Эти эманации были настолько сильны, что дракону приходилось всякий раз подавлять их в присутствии Мэлдреда и Нуры Змеедевы.
— Мэ-элдре-ед, — произнес дракон хриплым мурлычущим голосом.
— Да, хозяин.
Дракон показался Мэлдреду очень усталым и старым, хотя Мэлдред прекрасно знал, что по драконьим меркам он довольно молод. Настолько же молод, насколько и опасен. Маг ненавидел это существо почти так же сильно, как ненавидел себя за то, что служит ему.
Морда дракона чем-то напоминала лошадиную.
Нура, поднявшись так, чтобы ее лицо было прямо напротив, нежно перебирала усы, свисающие с нижней челюсти существа. Руки она, похоже, отрастила только что, и они смотрелись очень неестественно на ее свернутом кольцами змеином теле.
— Итак, принц, ты все-таки решил присоединиться к нам, — проворковала нага.
Мэлдред не обратил на нее никакого внимания и почтительно поклонился дракону, затем опустил глаза, глядя под ноги. Каменный пол пещеры дрогнул — существо заговорило. Его голос был раскатистым, речь — протяжной, и людоеду приходилось напрягаться, чтобы понять, что именно говорит дракон.
— Человек. Расскажи мне о нашем бесценном человеке.
— Да, хозяин, — поспешила ответить Нура. — Я расскажу тебе о человеке, о Дамоне Грозном Волке. Поскольку я уже доложила тебе, что Мэлдред позволил ему бежать из Шрентака несколько дней назад с помощью мантикоры…
Дракон зарычал так, что пещера заходила ходуном.
— Но я исправлю эту ошибку, — продолжала нага уверенно, — Я послала потомков, хозяин, и приказала, чтобы они следовали за Дамоном и его спутниками и схватили его.
Рычание стало громче, и Мэлдред стиснул зубы.
— Потомки доставят его сюда, хозяин. Спутники Грозного Волка, конечно, будут убиты, но они не имеют для нас никакого значения — ни обезумевшая соламнийка, ни старый бескрылый сивак. Я приказала, чтобы Дамона доставили невредимым, а с этими двумя дозволила поразвлечься.
Рычание стало тише, и Нура, раскачивавшаяся перед драконом, осталась очень довольна собой, уверенная, что это означает похвалу. Внезапно рык стих совсем. Существо раскрыло рот, демонстрируя острые зубы цвета туманного кварца и угольно-черный язык.
— Бесценный человек ушел?
— Потомки доставят его обратно, хозяин, я обещаю.
— Твои потомки мертвы, Нура Змеедева. — Дракон мигнул, и вход в пещеру перекрыла белесая завеса, — Смотри.
Через несколько секунд возникла призрачная картина: мантикора, ее седоки и три потомка, преследующие их.
— Они погибли.
— Но я послала еще, — поспешно перебила Нура, — специально, чтобы быть уверенной, что Дамон Грозный Волк не уйдет. Вторая группа была гораздо больше, все потомки в ней сильнее и находчивее — с ними не справиться даже мантикоре.
— Не справиться? Так знай, что большинство из этой группы тоже мертвы.
На фоне туманной завесы возникла новая картинка, и Нура увидела, что осталось от второй группы потомков: восемь потрепанных тварей под ужасающим ливнем беспорядочно били крыльями, тщетно пытаясь удержаться на лету, но одна за другой падали вниз и исчезали в болотах.
— А Дамон? — тихо спросил Мэлдред, — Он тоже погиб?
Дракон зарычал, и пещера вновь затряслась. Возможно, он что-то сказал, но людоед не смог разобрать ни слова.
Когда грохот стих, Мэлдред поймал на себе взгляд дракона:
— Если Дамон Грозный Волк жив, то сейчас возвращается в Шрентак. Он оставил меня там и должен вернуться за мной. Между нами слишком крепкая дружба. Он не позволит себе меня бросить. Скоро он прибудет туда и начнет меня искать.
Дракон зевнул, туманная завеса исчезла.
— Хоть моя магия и не в состоянии определить точно, где находится человек и его спутники, она помогает мне определить направление, в котором они движутся. И это точно не Шрентак.
— Он жив, — прошептал Мэлдред и облегченно вздохнул. — Дамон все еще жив.
— Скажи мне, господин, — опять вмешалась, Нура, — скажи, куда направляется Дамон Грозный Волк, и я пошлю туда других потомков. Через несколько дней, клянусь тебе, он будет доставлен в эту пещеру и…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
