Готовься, - велел майор, становясь на колено и кладя ствол своего тяжёлого револьвера на подоконник. – Днём приехало больше. Если начнём стрельбу – на тебе тыл. Могут и сюда зайти.
- Ясно, - сыщица тоже присела, поглядывая на ведущую в коридор дверь. Впрочем, в гостинице пока было тихо. Дронов рассудил, что если чужаки взялись атаковать город, то выбранные цели начнут штурмовать разом. Раз здесь пока никого нет – то и не будет, пока не поднимется стрельба. Но лишних предосторожностей не бывает.
«Пусть Элизабет сделает первый ход, - подумал про себя Николай. – Это её город, и у неё должны быть планы на такие случаи. Но если они полезут на почту или в офис…».
Луна вышла из-за полупрозрачной тучки, жемчужный свет залил площадь, и только поэтому Дронов разглядел, как приоткрывается дверь в офис шерифа. Что-то мелькнуло в воздухе, упало возле ближней к офису группы тёмных фигур. И грянул взрыв.
- БА-БАХ!
Гостиницу тряхнуло так, что задребезжали стёкла. Не ждавший такого Дронов с оханьем отшатнулся, шлёпнулся на зад. Более ловкая Настя лишь упёрлась в пол ладонью. Майор тут же вскочил, бросился к окну. И увидел, как лапы оптического телеграфа на крыше почты приходят в движение. Они задёргались, повторяя один и тот же сигнал, а затем… Из телеграфной башни в небо ударили столпы искр – красных, синих, фиолетовых.
- Фжу-у-ух! Фжу-у-ух! Фжу-у-ух!
Из искр взмыли ракеты, начали лопаться пёстрыми облачками цветного огня.
- Фейерверки! – сдавленно воскликнул Николай. Но несколько ракет, вспыхнув белыми шарами, не погасли – начали медленно опускаться, озаряя площадь ярким светом, стирая лунное сияние. Это были армейские осветительные ракеты – такими освещали ночное поле боя ещё в Великую Войну. Теперь атакующие были как на ладони. Дронов увидел воронку посреди площади, три жутко изломанных тела вокруг неё. Группа, шедшая к офису шерифа, рассеялась и была явно дезорганизована – кто-то упал на землю, кто-то метался туда-сюда, не зная, куда бежать. Вторая колонна дисциплинированно залегла – бойцы в тёмных одеждах укрылись за углами зданий, крыльцами, бочками. Затрещали выстрелы.
- Ну, понеслась, - выдохнул Дронов, нажимая спуск.
Шестью выстрелами он снял двух чужаков, бежавших к гостинице. Выхватил второй револьвер. За это время рухнули ещё двое – их, кажется, достали пули из окон офиса шерифа. Остальные враги успели найти укрытия. Но так как по ним стреляли с разных сторон, один «тёмный» оказался спиной к гостинице. Тщательно прицелившись, Николай загнал ему две пули между лопаток. Теперь его заметили – по гостинице начали стрелять с другого конца площади. Под прикрытием свинца три чужака ринулись к дверям салуна, однако рискованно высунувшаяся Настя разрядила по ним оба ствола дробовика. Никого не убила, однако град картечи, вспахавший пыльную землю, вынудил всю троицу повалиться ничком. Дронов тут же добил ближайшего из револьвера. И краем глаза заметил какую-то возню около крыльца церкви. Майор перевёл прицел туда – слишком поздно. Двое бойцов в чёрном закончили устанавливать на треногу пулемёт.
- Тр-р-пак-пак-пак-пак-пак! – раздался знакомый Николаю металлически лязг. Очередь хлестнула по окнам гостиницы, вынудив агентов броситься на пол. Затрещало дерево, зазвенело бьющееся стекло. Но пулемёт тут же перенёс огонь. Рискнувший встать майор увидел, что он осыпает пулями офис шерифа. Пара «тёмных» возле гостиницы использовала выигранные секунды с толком – они рывком добрались до дверей салуна, скрылись внутри.
- Настя, вниз! – скомандовал майор. Сыщица кивнула и первой выскочила в коридор. Дронов последовал за ней. Они чуть не кубарем скатились по лестнице – как раз вовремя, чтобы столкнуться нос к носу с врагами.
- Птум! – Настя выстрелила дуплетом, тут же перекатившись под защиту лестницы. Один из «тёмных» отлетел к стене, не издав и вскрика – баллон дробовика был полным, картечь крупной. Второй противник успел лишь вогнать две пули в лестничные перила – потом Дронов с разбегу врубился в него всем телом. Ударим лбом в лоб, отпихнул пошатывающегося, оглушённого врага и добил тремя выстрелами от бедра. Подбежал ко входу в салун. Выругался. Фасад почты объяло пламя.
- У них есть зажигательные бомбы! - крикнул он Насте. - Нельзя подпускать… чёрт!
Ураган свинца вынудила майора растянуться на полу. Анастасия подползла к нему, волоча ружьё за ремень, как опытный солдат. Тоже чертыхнулась, бросив взгляд поверх порога. Пулемёт теперь хлестал очередями по офису, полдюжины стрелков часто лупили по гостинице, остальные продвигались вдоль домов.
- У них хватает стрелковой мощи, чтобы прижимать и нас, и Элизабет, - процедил сквозь зубы Дронов. – А если есть зажигательные бомбы, хотя бы самодельные коктейли – это полная крышка. Если горожане не вмешаются… Тут у всех же оружие…
- Ага, вмешаются. Как наш трактирщик, - скептически хмыкнула девушка.
Штанги оптического телеграфа перестали двигаться. Из пылающего здания почты выбежал человек, метнулся к офису шерифа – и рухнул, пронзённый несколькими пулями.
- Дьявол, - Николай скрежетнул зубами. – Настя, у нас положение лучше. Винтовки – не пулемёт. Осветительные ракеты погаснут через пару минут. Отвлеки их тут, не подставляйся только. Я выйду сбоку, попробую подкрасться к пулемётчикам.
- Ох, Коля… - сыщица скривила губы. – Хороший план, только роли меняем. Тебе – и красться? Держи руж… Эй, ты слышал?
Дронов прислушался. Сквозь бешеные треск канонады до его ушей донёсся неуместный сейчас звук.
- Поезд? – нахмурился майор. – Ночной поезд?
Со стороны железной дороги мелькнул свет.
- Дьявол! – повторил Николай, приподнимаясь на локтях несмотря на риск получить пулю в лоб. – Надеюсь, машинисту хватит ума не тормозить, а проскочить станцию на полном паре.
- А я надеюсь, что нет, - Анастасия нехорошо осклабилась. – Отвлечение нам не помешает, любое.
Произошедшее далее превзошло ожидания обоих агентов. К городу приближался не поезд. Под скрежет тормозов и искры из-под стальных колёс на станцию влетела паровая дрезина – большая, как целый вагон. Она остановилась, чуть проскочив перрон. С переднего её конца слепил мощный фонарь на поворотном станке. Белый луч зашарил по площади Брик-Уолла, высветил людей в чёрных одеждах. А потом будто прямо из этого режущего глаза сияния ударила очередь. Пулемёт на дрезине бил зелёными трассерами, и было отлично видно, как его пули сметают напавших на городок чужаков вместе с хлипкими укрытиями. К треску очередей прибавился раскатистый хлопок. Видимая глазу белая
