от своего решения не торопиться. К сожалению, он прерывает поцелуй и шепчет мне прямо в рот:
– Ты здоровая, Калла?
– Здоровая? – Моя грудь поднимается и тяжело прижимается к его груди, пока я пытаюсь отдышаться и, что еще важнее, начать соображать.
– Проще говоря: у тебя после меня был незащищенный секс?
– Ты тоже наводишь справки?
– Нет. Но я бы хотел… – он нежно посасывает мою нижнюю губу, – …продолжить у тебя между ног. Если хочешь.
Я тяжело сглатываю и моргаю, стараясь рассеять туман и перевести его слова на язык смысла.
– Яспер… Тебе не обязательно этого делать. – Мой голос хриплый от волнения. – Мы можем просто… пообниматься.
– И мы пообнимаемся. Вопрос в том, произойдет это до или после того, как ты кончишь от моего языка.
Мое тело вздрагивает в ответ на его дерзкие слова.
– Все безопасно, – задыхаясь, говорю я. – Я ни с кем не занималась сексом с тех пор… – Меня прерывает рот Яспера. Этот поцелуй более настойчивый, более требовательный и глубокий, чем раньше, и гонит по моим венам непреодолимое желание. Яспер выпрямляется, снимает с меня ночную рубашку, и его губы снова находят мои. Мой подбородок. Шею. Грудь. Он обводит языком мои соски, а я, тяжело дыша, выгибаю спину. Боже, это необыкновенное ощущение! Я хочу, чтобы оно никогда не прекращалось, я хочу большего. И Яспер дает мне больше, целует мой живот, опускаясь все ниже и ниже.
Он раздвигает мои ноги. Еще ниже.
Я чувствую его дыхание.
Он просовывает ладони под мою попку и приподнимает мой таз. Ближе к себе.
– Боже… – шепчет он и шумно вдыхает. – Как же я скучал по твоему запаху!
Я задерживаю дыхание и хрипло выдыхаю, когда его язык скользит по моему клитору. Обводит его по кругу. Нежно. Чувственно. Его пальцы медленно и осторожно погружаются в меня, массируют и ласкают изнутри и снаружи. По моему телу прокатывается легкая дрожь. Движения языка становятся быстрее. Моя вагина пульсирует, сжимаясь вокруг его пальцев. Тверже. Плотнее.
Из меня вырывается звук – полустон-полукрик. Я чувствую, как нарастает давление. Невыносимо прекрасно. Все дальше, все выше. Пока я не разбиваюсь на миллион частиц.
43
Яспер
Настоящее
– Прости, но мне пора идти, Яспер.
– Почему? – спрашиваю я. Калла не отвечает. Она стоит на месте, но словно отдаляется от меня. Я иду к ней, но так и не приближаюсь ни на шаг. – Подожди! – Я хочу подбежать к ней, но расстояние между нами увеличивается вдвое. Как будто ее уносит сама земля. Как траволатор. Все дальше и дальше от меня, хотя я уже бегу на пределе своих возможностей.
– Прощай, Яспер.
– Нет! Пожалуйста, останься! – Я тянусь к ней, хочу ее схватить, остановить. Удержать. Но она слишком далеко. Она недосягаема. – Не уходи! – кричу я. Она отворачивается… – Калла! – Ее фигура становится меньше… – Не уходи! – Еще меньше… – Не оставляй меня, Калла! – Она исчезает. – ВЕРНИСЬ! – ору я и просыпаюсь. Я хватаюсь за горло; оно болит, и я тяжело и сухо сглатываю. В ушах шумит и бурлит кровь.
– Яспер… Я здесь… – обеспокоенный голос Каллы проникает в мое сознание. Она меня не бросила. Калла здесь, она на ощупь находит мое потное тело и обнимает. Я обхватываю ее руками, сдавливаю, вдыхаю, крепко прижимаю к себе. Как будто, если я ее отпущу, сон станет реальностью. – Я здесь… – Ее шепот прогоняет из моей головы образы, но чувство беспомощности и бессилия, этот проклятый страх, продолжают сжимать мое горло. – И я останусь, – выдыхает она, и я понимаю, что говорил во сне. Значит, она в курсе, что мне снилась она.
– Я не хотел тебя будить. Мне… прости.
– Тебе не за что извиняться. Все хорошо. – Она нежно гладит мою спину. Мои плечи. Шею. Крепко меня обнимает. Пока большая часть напряжения и страха не покидает мое тело. Мы отпускаем друг друга, и она наощупь находит в темноте мое лицо. Сначала пальцами, затем губами. Целует мои глаза, щеки, подбородок.
– Я здесь, Яспер. И я останусь с тобой. – Ее губы касаются моих, словно скрепляя обещание. Но сохранит ли она его на этот раз? У меня нет ответа на этот и все остальные волнующие меня вопросы, и я отрываюсь от ее губ. – Ты мне веришь? – неуверенно спрашивает Калла.
Да! Я тебе верю и доверяю тебе на сто процентов.
Хотел бы я так ответить, но не могу. Я этого не чувствую. Как бы сильно я ни хотел. Ее. Нас.
Раньше… когда она так радовалась фотографиям моей семьи, когда я довел ее до оргазма, и она уснула в моих объятиях, я был чертовски близок к тому, чтобы забыть. О том, что она меня бросила. Что у нас была причина для расставания. И что в ЛА произошло нечто, о чем она не может мне рассказать, не разбив себе сердце.
Но свое беспокойство по этому поводу я оставляю при себе и меняю тему.
– Я весь вспотел. Как думаешь, ничего, если я так поздно приму душ? Или правила дома это запрещают?
– Не запрещают. Иди. – Я слышу в ее голосе разочарование. Естественно, она заметила, что ее вопрос остался без ответа.
Я включаю лампу на тумбочке, встаю с кровати и собираюсь выйти из комнаты. Но меня останавливает выражение лица Каллы. Она стоит на коленях на матрасе и смотрит на меня, скрестив руки на обнаженном теле. Ее большие темные глаза полны тревоги. Я не могу оставить ее в таком настроении. Даже если оно и продлится всего несколько минут. Я протягиваю к ней руку и спрашиваю:
– Пойдешь со мной?
Поколебавшись, она неожиданно качает головой. Меня пронзает неуверенность. Она злится, разочарована или просто не хочет принимать душ?
– Но… если хочешь, можем поговорить потом.
В моем горле ком. Неужели она хочет отступить? Отправить меня домой в разгар ночи?
– О чем?
– Об этом… – Она делает глубокий вдох. – О том, что произошло в ЛА.
Мой пульс учащается.
– Сейчас? Я имею в виду… Ты к этому готова?
– Нет. Я никогда не буду готова. Но я хочу, чтобы у нас все получилось. Я не хочу, чтобы из-за меня тебе снились кошмары, Яспер. Чтобы страх, что я могу тебя бросить, преследовал тебя даже во сне. Я хочу, чтобы ты мне верил, доверял мне, когда я говорю, что останусь. Но для этого ты должен понимать, почему я не вернулась через четыре месяца. И что это с тобой никак не связано. Я знаю, что на дворе ночь. И даже почти утро. И если ты слишком устал… – После приснившегося мне кошмара у меня все равно сна ни в одном глазу, а душ подождет. Я сажусь на край кровати, и она продолжает: – …тогда мы это отложим. Но я не могу обещать, что завтра у меня хватит на это сил. Мне и
