в заброшенном замке. Они были очень хорошие, качественные (ненавижу изготовителя), толстенные и адски тяжелые. Попытка колдовать увенчалась провалом, ибо цепи были не только хорошие, но и антимагические.
— Здесь кто-нибудь есть? — спросила я, продолжая звенеть и дергаться. В итоге хрустнула рука. После этого я перестала вырываться.
Раздался стон. После второй, третий.
— Помогите! — было в конце.
— Ага, — хмыкнула я. Сейчас себе помогу, потом и к вам пойду… — Кто это?
— Это я… Лияра! — ответили мне.
Моё и так плохое настроение достигло отметки „Не подходи, убьет!“. Значит этот поганый ворон решил вместо Фейлир прихватить меня? А что? И слабоумному видно, что я сильная, для ритуала в самый раз. Почувствовав себя ингредиентом, я чуть ли не зарычала.
— Лератфан! Жалкий ворон! Выходи! Я тебя на ленточки порежу! — взревела я. Нащупав крепление цепи, вмонтированное в холодную и отчего-то мокрую стену, я стала дергать его, пытаться вырвать или порвать. Как я уже и сказала, цепи, чтоб их, очень хорошие! На такие ширхана сажать можно.
— Леди Ремея? — вопросил кто-то во тьме.
— Мартиль? — догадалась я по голосу.
— Д-да… Что происходит?
— Ты уж прости, но твой идиот-правитель совсем ополоумел. — Ответила я, продолжая пытаться выбраться. Боль в конечностях меня не останавливала. В глубине души я не рассчитываю на то, что смогу её выковырять. Вдруг получится… „Вдруг“ не случился, а потому я оставила эту затею, вовсе выдохнувшись. Походу, эти цепи не только антимагические, но ещё и всасывающие силы. Иначе как объяснить тот факт, что я уже выдохлась?
— А можно поподробнее? — присоединилась к беседе Лияра. Кажется, только мы трое пока очухались.
— Можно. — Кивнула я, забыв, что меня никто не видит. — Слушайте и внимайте. Есть один древний ритуал. Для нужны тринадцать дев всех рас. Если собрать их всех, то…
— То? — не выдержала паузы Мартиль.
— То Дьявол сможет исполнить три желания того, кто проводил ритуал.
— Что? — раздался новый голос. Кажись, это у нас Кассандра.
— И тебе доброго вечера, — рассмеялась я.
— Вам смешно??? — недоверчиво спросили девочки.
— Нет, просто пытаюсь сохранять трезвость ума… Смех в это деле, какой-никакой, но помощник.
Время тянулось очень медленно. „Невесты“ просыпались, мне приходилось вновь и вновь рассказывать им про ритуал. Фея и русалка даже упали в обморок. Как я поняла, меня прицепили в самом дальнем уголке. Не знаю почему, но скорее всего, чтобы ничего не сделала. У эльфийки оказались часы с магической подсветкой. Благодаря им нам удалось определить время — 23:34. И тут меня осенило — сегодня ночь равна дню! Слова тёти пронеслись в моей голове набатом, оглушая. Значит, ритуал должен начаться через полчаса. Увы, но я ничего не могу сделать. Сколько мы пытались помещать воронам, нам все равно не удалось. Как жаль… И никто мне не может. Одной мне не справится.
Вспышка портала разогнала Тьму, осветив зеленым светом все вокруг. Две тени метнулись в разные стороны. Послышался звук вращающегося механизма и потолок засиял тысячами магических огней. Ослепнув от яркого света, я ещё долго пыталась проморгаться. Только когда глаза привыкли, я огляделась. Мы находились в подземелье. Большое помещение, в которым мы сидели, было сырым и пустым, а в самой середине зала стоял…
— Отпусти, Лератфан! Иначе пожалеешь!
Он рассмеялся, а после лениво произнес:
— Ты сейчас не в том положении, чтобы разбрасываться угрозами, недобогиня хренова! — ворон сплюнул, его лицо перекосило от омерзения. Теперь он не стеснялся показывать свою истинную натуру.
Больше он не обращал на меня внимание. Вампир, который тоже был тут, начал освобождать девушек. Они сопротивлялись, пытались укусить или ударить упыря, но до тех пор, пока ворон не сказал:
— Будете оказывать сопротивление — убьем.
Когда очередь дошла до самой буйной и капризной, то есть до меня, я гордо заявила:
— Убивай!
Вампир встал как вкопанный, звеня ключами и очень нехорошо глядя на меня. Лератфан в момент оказался рядом. В его руках возникла папка.
— Узнаешь? — вкрадчиво спросил он, вертя документами перед моим носом.
— Урод! — рявкнула я.
— Тише-тише. Урод уродом, а жизнь хорошенькой горничной сейчас у меня в руках. Ну как? Идешь?
Мне заковали руки, хотя остальным такого не делали, и вампир под руку потащил меня вперед.
— Как ты думаешь, у нас будут хорошие дети?
— Что? — обалдела я.
— Что слышала. Я не за просто так всё это делаю. У меня есть цель, и эта цель ты.
— Зачем я тебе?
— В моей молодости я был весьма… Эм… Неразборчив в связях. Соблазнил одну красивую валькирию. Жениться я не хотел, а она буквально требовала этого. Я отказывался, и тогда она прокляла меня. Суть проклятия в том, что я смогу иметь наследников только от верховной валькирии. Я тогда не предал этому значения, но когда мне захотелось создать семью, то понял, что всё это не просто лепет влюбленной дуры. Она меня прокляла, и очень качественно. Из-за того, что проклятие долго не снималось, обнулить его уже не получится.
— Так попроси снятия проклятья!
— А зачем? Когда я впервые увидел тебя…
— То понял, что это любоф? Ага, мне тогда лет десять было, я бегала босиком, ковырялась в носу и о замужестве даже не думала.
— Ты меня очень хорошо помучила. Сколько я пытался за тобой ухаживать, ты всё отвергала. Меня это жуть как бесило, но еще тогда я понял, что добью тебя.
Он меня добьет! Не добьется, а добьет. Несите бинокль, будем разглядывать моё светлое будущее.
— А зачем ты мне тогда цветы подарил?
— Лератфан думал, что ты можешь и так полюбить меня, чтобы не расходовать желание, но нет… Знаешь что? Мне даже лучше. Ты будешь знать, что это чувство навязанное, но ничего с этим поделать не сможешь.
Выслушав это, я ужаснулась. Светлым будущим тут и не пахнет, зато воняет его похоронами. Надо не забыть положить цветочки на могилку. И кол в грудь. И ещё гроб из чистого серебра. Да что уж гроб, я ему склеп из серебра отстрою! Рядом с поместьем Ван Хельсинга. Пусть его детишки играют косточками этого гада.
Мы вошли в маленькое круглое помещение. На полу была нарисована пентаграмма, по периметру которой рядами шли свечи. Было темно, свет шел только от пола. Но и при таком освещении я увидела тринадцать маленьких кругов. В каждом был какой-то символ. Как только девушек стали заводить в круги, они начинали светиться. Синий, голубой, зеленый и темно-зеленый, красный, бордовый, розовый, желтый, фиолетовый, белый, оранжевый, даже коричневый и черный. Мой круг был фиолетовым. Символ крылатой девы с мечом зажегся, озарив
