Да, правда. Хроники эльфийских летописцев, лояльных к Новым богам, составляли излюбленное чтение Эйвилль в ту пору, когда она была живой. Хранили свои предания и вампиры; их повествования зачастую оказывались даже ещё более точными, чем свидетельств Перворожденных.
Что ещё мы можем сказать тебе?.. Помни, вся кровь богов — твоя, если только ты согласишься нам помочь. А хочешь — мы отдадим тебе и Падших, былых противников Хедина, тех, кого называли Молодыми Богами. Ямерта, Ярдоза, Яэта, Ялмога, Ялвэна, Ямбрена… Хочешь? Ты высосешь их досуха, ты опустошишь их и используешь их силу на собственное благо. Как тебе такая сделка, Эйвилль? Ты видишь — мы отдаём тебе многое, прося взамен сущую малость.
Вампиршу уже не просто трясло — колотило, словно в падучей.
— Как я получу всё это? — простонала она.
Приведи Хедина и Ракота в мир под названием Эвиал. Там уже всё готово к встрече. Идёт война, значение этого мира Познавший Тьму вполне понимает, иначе не отправил бы туда своего Хагена. Ему нужен наш отнорок? Мы дадим тебе заметить его, ты встанешь на след. Всё покажется совершенно естественным, на тебя не падёт никаких подозрений. Приведи Новых Богов к нам — и награда твоя. Достаточно будет даже одного Хедина. Ракот, на наше счастье, слишком заигрался в «простого воителя». Не вынес веков того, что ваши стихотворцы именовали «божественной скукой». Ракот — это просто руки, в то время как Хедин — голова. Ну, а что касается Молодых Богов — это мы берём на себя. За одного Познавшего Тьму мы отдадим тебе Ярдоза, Явлату и Ятану; а если в Эвиале окажется ещё и Ракот — то и всех остальных. Согласна?
Кровь Богов, стучало в ушах. Кровь Богов. Кровь Богов, а-а-а-а!..
— Согласна.
Мы не сомневались. Тогда сейчас последует маленькое завершающее представление — а ты примечай, увидеть наш «отнорок» будет непросто даже тебе, Хедин не должен заподозрить, что мы отдали его слишком просто. Именно потому сейчас придётся драться на поверхности, с полком этой безумной птицы-Гелерры. У нас будут потери, но это незначительная цена за общую победу. Смотри в оба, Эйвилль. Те, кто погибнет в этой битве, не должны угаснуть понапрасну.
— Они не погибнут напрасно, можешь не сомневаться, — посулила вампирша. — Но… чем ты подкрепишь своё обещание, безымянный? Если Хедин раскроет мой обман, он… он…
Твоя судьба будет страшна, Эйвилль, мы знаем. Но нашей верной не надо беспокоиться. Нам не нужны ни Хедин, ни тем более Ракот.
— Я хочу залога, — хрипло проговорила Эйвилль. — Залога, которому я могла бы доверять.
Залог от нас сделает тебя уязвимой. Хедин его легко обнаружит.
— Я укрою его так, что не доберётся даже Познавший Тьму!
Как хочешь, верная Эйвилль. После боя, когда ты спустишься в покинутый нами мир, тебя будет ждать залог. Настоящий залог, ты останешься довольна. А вообще же… посуди сама, если ты просто приведёшь Хедина в Эвиал, ты ничем не рискуешь. Совсем ничем. А с нашим залогом…
— Мне нужен залог, — громче повторила вампирша.
Хорошо. Сделай, как мы говорим. Сейчас на земле начнётся сражение; осторожно выбирайся из своего убежища и, прикрываясь всеми мыслимыми заклинаниями, следуй за воинами Гелерры. С ними ничего не случилось, не бойся.
— Я ничего не боюсь!
…кровь Богов, кровь Богов, кровь Богов…
* * *
…Гелерра ждала чудовищ, и они явились. Твари выскакивали прямо из призрачной «земли», а рождали их, наверное, те самые зелёные кристаллы. За смутными полчищами угадывались высокие безликие фигуры, с головы до ног окутанные зелёными плащами, — словно пастухи, гонящие стадо на бойню. Однако это было уже привычно и знакомо — сподвижники Хедина, кем считали себя Гелерра и её товарищи, много и успешно сражались именно с такими ордами. Тем более что небо уже послушно раскрывалось, пропуская сотни и сотни воинов из полка гарпии.
Гелерра улыбнулась. Не так-то вы и страшны, неведомые. Только и можете, что прикрываться несчастным мясом, смазкой для наших мечей.
Справа и слева от неё в строгом порядке развёртывались новые сотни, натягивались тетивы, наводились бомбарды, кому следовало — плели заклинания, а ей, Гелерре, предстояло дирижировать этим слаженным оркестром смерти.
Не впервой. Отобьёмся, подумала она, глядя на катящиеся к чёрным скалам орды врагов.
Хакнул огнеброс Креггера, свистнули эльфийские стрелы.
Начиналась привычная работа.
* * *
— Взглянем поближе на эти пирамидки, — повторил Ракот.
Рыцари Прекрасной Дамы молча развернулись, вновь выстроившись привычным клином, нацелившаяся прямо на ближайший зиккурат. Отдаляться от бывшего Повелителя Тьмы они не могли — тяга Зидды прижала б их к земле, сделав доспехи совершенно неподъёмными.
От полумёртвой реки нестерпимо разило тухлятиной. Ракот поморщился. «Моя б воля — здесь сперва погулял бы огонь, потом вода, а потом я собрал бы лучших эльфов и повелел им выращивать тут деревья. Эх, Хедин, брат Хедин, твоя осторожность меня когда-нибудь точно погубит. Потому что я не выдержу и кинусь делать всё по-своему».
Четырёхрукие быкоглавцы больше не появлялись. Никто не препятствовал рыцарям на пути к ближайшей пирамиде. Названный брат Хедина положил ладонь на древний камень, поморщился — внутри серыми змеями ползала новорождённая сила, выпиваемая из мук реки и бесчисленных существ, обитавших некогда в её водах и вокруг них. Бог Горы, помнится, тоже упражнялся в чём-то подобном. Эх, злодеи, ничего-то нового вы придумать не можете. Всё то же самое — муки, пытки, боль. Только Шаэршен терзал людей, а Дальние (кто ещё это может быть?) нашли способ терзать саму природу.
«Ялини на них нет», — подумал Ракот.
Орден Прекрасной Дамы сомкнул ряды, выстроившись правильным полукругом.
— Ну, время терять тут нечего… — Ракот размахнулся мечом.
Как он любил эти мгновения, когда мог, не сдерживая себя, показать силу! Пусть даже это немая безответная скала.
Чёрный меч играючи разрубил древний камень, коричневые обломки, покрытые замысловатыми иероглифами, так и полетели в разные стороны. Ракота эти письмена не слишком заботили. Они — для того, чтобы высасывать силу из Зидды, больше ни для чего. На след истинных врагов они не наведут.
Рыцари в молчаливом благоговении смотрели, как бывший Владыка Тьмы пластует неподатливую кладку. Вскоре открылся ход — в поперечную галерею, что оббегала, похоже, вокруг всей пирамиды.
— За мной, — не удержался Ракот, хотя Орден Прекрасной Дамы не нуждался ни в каких командах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
