не смог этого сделать.
* * *
Всякое историческое событие в жизни человечества, а тем более победа или поражение в войне, является следствием многочисленных, внутренне связанных между собой причин, из которых именно причина, представляющая собой итог их взаимодействия, считается непосредственной, или прямой.
Поэтому, чтобы составить себе правильное и полное суждение о причине нашего поражения в Первой мировой войне и определить ответственность за него наших правителей, мы должны изучить все те элементы, из которых эта прямая причина окончательно сложилась.
Прямой причиной нашего поражения, как мы уже говорили, явилась революция или, точнее говоря, то обстоятельство, что она вспыхнула раньше, чем мы успели предпринять решительные операции, которые принесли бы России окончательную победу в войне.
Посмотрим теперь, каковы же причины, из которых это обстоятельство сложилось.
Одна из этих первопричин – неподготовленность к решению национальной морской проблемы, то есть к осуществлению Босфорской операции. Успех ее, по мнению ряда авторитетных лиц, позволил бы значительно сократить продолжительность войны. Но в мирное время к осуществлению этой операции не велось никакой подготовки. К ней приступили лишь после начала войны. И предпринять ее планировалось тогда, когда она была уже невыполнима вследствие того, что революция совершенно уничтожила боеспособность наших вооруженных сил.
Ответственность за эту неподготовленность падает на наше правительство и высшие органы управления вооруженными силами. Правительство несет ответственность и за то, что, пренебрегая предначертаниями Петра Великого, не ставило перед войной задачу решения вопроса о проливах, а органы высшего военного управления – за то, что не сумели предусмотреть, какое громадное влияние на исход войны имело бы завладение Босфором, не предприняли никаких мер к подготовке этой операции и не включили ее в план войны. Известную долю ответственности несет за это и государь, который под влиянием легкомысленных и корыстолюбивых лиц своего окружения основные усилия внешней политики направил на Дальний Восток, думая принести этим пользу России, и тем самым нарушил мудрый завет своего великого предка – императора Петра I.
Все это прямое следствие режима государственного управления Россией перед Первой мировой войной, при котором не было объединенного общими целями и ответственного перед страной за свою политику Кабинета министров. Каждый министр, будучи ответствен лишь перед монархом, действовал по его воле, без согласия с остальными министрами и органами правительственной власти.
Как бы то ни было, наша неподготовленность к завладению Босфором явилась одной из причин затягивания войны, что способствовало успеху революции.
Другая важная причина нашего поражения заключалась в отстранении от Верховного командования великого князя Николая Николаевича, этого решительного, мудрого и волевого вождя, пользовавшегося громадным доверием и популярностью в армии и во всей стране. Это, несомненно, ослабило мощь духа народного и открыло путь революции, ибо, если бы при нем она и вспыхнула, что было маловероятно, он сумел бы немедленно принять энергичные меры, чтобы пресечь ее в корне, во всяком случае, «руки у него перед ней не опустились бы».
Впрочем, лучшего доказательства его влияния на исход войны, нежели приведенное выше мнение генерала Людендорфа, что с его сменой Германия «сделала шаг вперед к победе», не может быть, ибо если противник наш сделал этим шаг вперед к своей победе, то мы тем самым сделали шаг к нашему поражению.
Смена великого князя последовала по единоличной воле государя под влиянием государыни и распутинской клики и вопреки настояниям правительства и общества, которые всячески старались отговорить от этого государя, и потому он один ответствен за эту пагубную меру, приблизившую нас к революции и поражению.
В 1915 году император Николай II, считая, что в тяжелую годину испытаний его долг быть во главе армии, устранил от Верховного командования одаренного, высокообразованного, легендарно популярного в войсках вождя, которого он не любил, и стал на его место, не имея для этого ни соответствующих способностей, ни знаний, ни того морального влияния, которое на русский народ и войска имел великий князь Николай Николаевич[30]. Между тем за сто лет перед этим, в еще более тяжелую годину для России, Отечественной войны 1812 года, предок императора Николая II, император Александр I, значительно более, нежели он, одаренный и знающий, сам устранился от Верховного командования, считая себя для сего недостаточно в военном отношении образованным и подготовленным, проявив этим возвышенное понимание монаршего долга, широту ума и глубину восприятия блага России, и назначил, отвечая всеобщим желаниям, Верховным главнокомандующим М.И. Кутузова, который не пользовался его личными симпатиями, но который в то время, подобно великому князю Николаю Николаевичу в Первой мировой войне, один в России был способен нести тяжкое бремя Верховного командования.
* * *
Еще более важная, если даже не самая главная, причина, широко открывшая двери революции и способствовавшая ее молниеносному успеху, была пагубная внутренняя политика престола, находившегося под влиянием гнусной распутинщины и ретроградной идеологии разных недостойных и вредоносных деятелей. Политика эта, приведшая к упорной борьбе престола с общественностью, имела следствием всенародное возмущение, развила в стране революционные настроения и парализовала волю не только высших гражданских, но и военных правительственных кругов. Так как многие высокоавторитетные лица и даже близкие родственники государя неоднократно в самой решительной и драматической форме предостерегали его от пагубных для России и династии последствий этой политики, то он и государыня, которая вдохновляла его упорство, несут перед историей за это нераздельную ответственность.
Ведь если русский народ, возмущенный распутинщиной и доведенный до отчаяния враждебным отношением престола к патриотической общественности, выдержал все же в течение двух с половиной лет тяготы войны, то нет сомнения в том, что при бережном к нему отношении и направлении внутренней политики не к ослаблению, а к всемерному укреплению его духа он выдержал бы еще и те несколько недель, которые отделили вспыхнувшую в конце января 1917 года революцию от намеченных на весну того же года решающих операций. И тогда Россия, вместо того чтобы позорно пасть в страшную бездну, закончила бы войну в блеске славы и величия.
Существует мнение, что известная доля вины в разжигании революции падает и на либеральные круги русского общества, объединенные в Государственной думе и разных общественных организациях, и что их долг перед отечеством состоял не в том, чтобы в тяжелую годину войны разжигать революционные страсти, которые могли лишь привести нас к поражению, а, наоборот, в том, чтобы всеми способами препятствовать развитию этих страстей.
Нет, конечно, сомнения в том, что эти круги вели если и не прямо революционную, то, во всяком случае, резко оппозиционную пропаганду, так что Верховное командование даже вынуждено было запретить доступ представителям
