И все остальные фильмы ужасов.
«Успокойся, Кэти. Ты справишься».
Я бреду вперед, вытянув руки. Это, в конце концов, всего лишь прогулка по лесу. Пусть даже в зарослях адски темно, а тропа становится все круче. Убила бы того сукина сына, который решил, что выстроить дом в лесу — хорошая идея. Клянусь. Чем выше я взбираюсь, тем разреженнее становится воздух — ну, или мне так кажется. Если Гэбриел хочет, чтобы к нему приходили гости, пусть снабжает их кислородными баллонами. А заодно построит канатную дорогу.
С моей точки зрения, он поступает крайне необдуманно.
На мгновение останавливаюсь, чтобы отдышаться. Тем временем хорошая погода сменяется мелким дождем, который принесло с моря. Волосы начинают мелко завиваться, из носу течет — в общем, вид далеко не сексуальный. Не то чтобы я хотела казаться сексуальной, представ перед Гэбриелом, но у меня есть гордость. Не каждый день получаешь приглашение на ужин от суперзвезды.
Я приваливаюсь к дереву и смотрю вниз, на Трегоуэн. Сгустившийся туман окутывает старые дома. Пляжа совсем не видно. Домики, которые прилепились к скалам над морем, на головокружительной высоте, скрыты от глаз под белой пеленой, свет в их окнах едва угадывается. Жуткое ощущение, как будто весь мир медленно, но верно гибнет.
Я ускоряю шаг. Слух невероятно обострился. Я слышу хруст любой веточки, шорох каждого куста на несколько миль окрест. В этом лесу я не одна. И мне не мерещится. Я слышу дыхание преследователей. И с каждой секундой все ближе.
«Кэти, не паникуй!»
За спиной хрустит ветка, и я в ужасе, спотыкаясь в огромных сапогах, запинаясь о скрюченные корни и продираясь сквозь кустарник, несусь по тропе.
Почему я не занималась спортом? Почему так долго откладывала? Теперь уже слишком поздно. Я видела, как это бывает в кино, и знаю, что сейчас произойдет. Миниатюрную рыжеволосую девушку поймает маньяк в маске. Он повесит меня на собственных кишках быстрее, чем я успею сосчитать до трех.
Я почти возле дома. Еще чуть-чуть. Почти спасена. Я выскакиваю из лесу, словно пробка из бутылки, и барабаню кулаками в дверь:
— Гэбриел! Впусти меня!
Никто не отвечает. Свет внутри горит, но никого нет. Я бы посмеялась, если бы за мной по пятам не гнался Фредди Крюгер. Я снова стучу, дверь наконец распахивается, и я вваливаюсь в прихожую в ту самую секунду, когда загадочный преследователь делает бросок.
И начинает облизывать мое лицо.
Погодите, здесь что-то не так. А где же острый нож, чтобы разделать меня, как рыбу? Может, я напутала?
Приоткрыв один глаз, я храбро смотрю в лицо врагу.
Это той-пудель.
Конечно, я выпила, но мне уж точно не мерещится. Я лежу на пороге загородной виллы Гэбриела Уинтерса, и меня энергично лижет пушистый белый пудель.
— Привет, Кэти. — Гэбриел спускается по лестнице в халате. Золотые кудри, еще мокрые после душа, подпрыгивают, словно пружинки. — О, ты познакомилась с Пушком.
— Пушок?..
— Моя собака, — объясняет Гэбриел. — Он вышел погулять и никак не хотел возвращаться. Что будешь пить?
Может, я ударилась головой и сейчас лежу без сознания в лесу?
— Кэти, хочешь чего-нибудь выпить? — повторяет Гэбриел.
— О… Я?
— Конечно, ты. По-твоему, собаки пьют шампанское?
Я вообще-то знаю одного пса, который любит пиво… Нет, я не думаю об Олли и Саше. Я наедине с Гэбриелом Уинтерсом, тот совершенно голый под своим халатом. Если не ошибаюсь, именно это называется «мечта». «Давай, Кэти. Посмотри, какие у него золотисто-загорелые ноги и мускулистые голени. Вспомни сцену с мокрыми брюками. Стащи с Гэбриела халат и потрогай мощный торс. Что стряслось с твоим либидо?»
Видимо, оно куда-то подевалось.
Как обычно.
Я иду вслед за Гэбриелом на кухню. Хотя он утверждает, что в разгаре ремонт, все блистает чистотой и новизной. Сосновый стол аккуратно накрыт, романтически поблескивают свечи.
— А ты рано. — Гэбриел ставит Пушка наземь и роется в шкафу. — Я еще не все приготовил.
— Совсем не рано, — удивляюсь я. — Ты сказал — в семь. И потом, у Меня был безумный день.
Я рассказываю о журналистах и о поспешном бегстве из Трегоуэна. Тем временем Гэбриел наливает вина и что-то помешивает на сковороде. Кажется, он не очень обеспокоен; видимо, общение с прессой — рутина для знаменитостей. Лишь когда я упоминаю злополучный жакет от «Прада», Гэбриел слегка тревожится.
— Анжела Эндрюс? — Он поднимает безупречно выщипанную бровь. Даже не помню, когда я в последний раз сама пользовалась услугами косметолога. Украдкой щупаю собственные брови. Вот черт. Они похожи на рыжих гусениц.
— Она правда работает в «Дейли даггер»?
— Я знаю, кто она такая. — Гэбриел явно обеспокоен. — На редкость вредное создание. У нее прозвище Ротвейлер с Флит-стрит. Если Анжеле удастся пронюхать о чем-нибудь интересном, она в жизни не отстанет.
— Но на сей раз ничего интересного нет.
Честное слово, не вижу проблемы. Я забралась в эти дебри лишь потому, что не хочу раздражать Ричарда свыше необходимого.
— Нужно просто объявить, что это недоразумение. Когда Анжела поймет, что скандалом здесь не пахнет, то быстро отстанет.
— По-моему, она уже напала на след. Прелестная мисс Эндрюс выслеживала меня несколько недель. Поэтому я подумал, что ты не откажешься оказать услугу. Это может быть выгодно для нас обоих.
— Э?..
— Я могу предложить тебе работу, — говорит Гэбриел. — И буду хорошо платить.
— Мне действительно нужна работа, — оживляюсь я, вспомнив о полутора тысячах, которые должна Олли, не говоря уже о долге перед тетушкой Джуэл. — Что нужно? Убирать дом? Гулять с собакой?
Честное слово, я не прочь выгуливать пуделя по кличке Пушок, если это сулит избавление от Мэдс, эротических игрушек и пугающе длинного списка местных холостяков.
— Не совсем. — Гэбриел закуривает, затягивается и выпускает дым через нос. — Я подумал… может быть, ты не откажешься стать моей официальной подружкой?
— Что?!
Несомненно, я лежу без сознания в лесу. Вот-вот мимо пробежит белый кролик и спросит, который час.
— Не по-настоящему, разумеется, — уточняет Гэбриел — чересчур поспешно. — Я готов нанять тебя, чтобы ты играла роль моей подружки. Пусть пресса отвяжется.
Ты понятия не имеешь, как неприятно, когда тебя все время расспрашивают о личной жизни и постоянно нужно таскать с собой какую-нибудь безмозглую красотку, просто чтобы доставить удовольствие моему менеджеру. Если мы скажем, что ты — моя постоянная девушка и живешь в Корнуолле, расспросам конец.
Я молча смотрю на него.
