курортах еще больше укрепляла тесную связь между интересами советского государства и его досуговыми практиками. Культ Великой Отечественной войны стал играть ведущую роль в государственной политике при Л. И. Брежневе, но уже в конце 1950-х годов патриотической и исторической тематике, похоже, вновь стали придавать большое значение, особенно в Москве и Подмосковье. Культурные мероприятия в здравницах отражали также повышенный интерес интеллигенции к русским национальным традициям, который вылился, например, в появление «деревенской прозы»[324]. Дом отдыха «Коммуникатор» в Звенигороде, некогда известном своими живописными окрестностями («русская Швейцария»), теперь начал подчеркивать долгую историю местности, перечисляя среди прочего религиозные и военные памятники. Сотрудники дома отдыха в Калининской области также сообщали, что отпускники стали охотно посещать исторические места – монастыри, колокольни – и ездили на автобусе в Великий Новгород, чтобы увидеть отреставрированные храмы XI века. В еще одном доме отдыха «новинкой» сезона 1959 года стали вечерние посиделки у костра, во время которых ветераны рассказывали о военных действиях в этих краях. Директор дома отдыха «Голубое озеро» в 1961 году уделил еще более пристальное внимание традициям, превратив заведение в нечто вроде русского этнопарка. Отдыхающим подавали хлеб да соль на вышитых полотенцах, «символ русской дружбы», а после тихого часа можно было выпить чаю из самовара. На спортивных площадках устраивались русские народные игры и катание на лошадях – предполагалось, что всем русским нравится ездить на лошади. На пляже имелись катящаяся бочка и ручной медведь, а именинникам дарили особый пирог под звуки русских народных песен. Постройки тоже были выполнены в соответствии со «славными традициями русского народа»[325].
Обещание, которое в 1961 году дал Хрущев – «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!», – определило курортную повестку 1960-х годов. Жители коммунистического государства должны были отличаться высокой культурой, и профсоюзные санатории и дома отдыха стали уделять особое внимание повышению культурного и эстетического уровня отдыхающих. Слушать музыку стали заметно больше, так как проигрыватели стали доступнее. Слушание «Евгения Онегина» или «Травиаты», писал один отпускник в 1961 году, как бы переносит его в иной мир – в Большой театр. Устраивались концерты с помощью проигрывателя, лекции, встречи с приглашенными актерами и музыкантами, исполнялись «любимые песни Ленина». В 1975 году отдыхающие в провинциальном Иваново могли слушать концерты в исполнении певцов и музыкантов местной филармонии; в Краснодарской области (к которой относился Сочи) гастролировал Свердловский оперный театр, ставивший «Риголетто» и «Паяцев», и кроме того, читались лекции о композиторах и исполнителях (Дмитрии Шостаковиче, Давиде Ойстрахе)[326].
Экономический рост, наблюдавшийся в СССР в конце 1950-х – начале 1960-х годов, облегчал финансирование культурной программы, приобретшей заметную важность для режима, а повышение стандартов потребления дало советским гражданам доступ к этой культурной продукции. Увеличивался выпуск книг об искусстве, что способствовало более тесному знакомству с ним. В одном из саратовских санаториев проходили «дни искусств», в рамках которых лекторы рассказывали о художниках (Илье Репине, Викторе Васнецове, Василии Сурикове), о том, как понимать живопись, о «марксистско-ленинской эстетике». Отдыхающие из Тулы в 1975 году бурно восхищались возможностями такого рода, указывая, что они редко посещают Москву и Ленинград и не имеют возможности видеть работы русских и советских мастеров, на выставки же в своем родном городе не ходят, так как по будням слишком устают, а по выходным занимаются другими делами. Но в санатории у них появилось время и желание для того, чтобы знакомиться с искусством [Roth-Ey 2011][327].
«Тематические дни», лекции, презентации, выставки, викторины – количество всех их постоянно росло – придавали социальную и политическую содержательность лечебному отдыху на курорте. Вечера, на которых каждый пациент рассказывал о родном городе, помогали растопить лед и ближе познакомиться друг с другом – но кроме того, узнать больше о своей родине. Чиновники от культуры признавали, что в санатории и дома отдыха Московской области приезжают отпускники с самыми различными интересами и по этой причине надо обеспечить полный набор мероприятий: каждый сможет выбрать что-нибудь для себя. В 1968 году список включал вечера, посвященные литературе и искусству, празднование 50-летия комсомола, клуб любителей головоломок, экскурсии по местам боевых действий Великой Отечественной войны, выставки цветочных композиций, собрания филателистов. Во время лихорадочной подготовки к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина – которое отмечалось в 1970 году – ленинская тематика стала присутствовать на музыкальных вечерах, литературных мероприятиях, в планах экскурсий, многосерийных фильмах[328]. В общественных местах домов отдыха и санаториев все чаще ставили телевизоры, и вечерние программы санаторных клубов на протяжении 1960-х и 1970-х годов во многом повторяли содержание телепередач. Отдыхающие давно оценили викторины; теперь же они могли смотреть популярные телеконкурсы и воспроизводить их во время отпуска. В середине 1970-х годов советские социологи начали выражать озабоченность тем, что молодежь выбирает «не те» специальности. Советское телевидение внесло свой вклад в решение этой проблемы, показав телевикторину с участием представителей разных профессий; затем и на курортах стали выбирать «лучшую официантку», «лучшего повара» и т. д., отмечать профессиональные праздники (День шахтера, День учителя) – виновники торжества давали по этому случаю самодеятельное представление. В Туапсе на День моряка устраивали «праздник Нептуна» и парад на главной улице города [Yanowitch 1977: chap. 4; Shlapentokh 1989: 41; Roth-Ey 2011: chap. 5][329].
В первые послевоенные годы культурное содержание курортного отдыха определялось в основном старыми кинофильмами, самодеятельными концертами, танцами и играми, взятыми из книги «В часы досуга». Теперь же советские отпускники могли рассчитывать на куда более насыщенную культурную программу – как, впрочем, и медицинскую[330]. Но все новые виды времяпровождения были подвижными и образовательными, направленными на лечение и расширение кругозора. Идея чистого развлечения – в противовес постоянной мобилизованности граждан на работе – не отражалась в повестке дня, предлагавшейся курортным начальством. Потребление досуга при социализме должно было быть рациональным и содержательным, а сам досуг – сочетать в себе развлекательность и содержательность.
Советские отпускники, со своей стороны, рассчитывали, как и прежде, на комфортные условия проживания, внимательное обслуживание, вкусную еду. Они стали также уделять больше внимания всему, что помогало наслаждаться отпуском. Рестораны самообслуживания позволяли сберечь деньги и время, но отдыхающие хотели, чтобы их обслуживали официанты: «Мы один раз в год приезжаем отдыхать, так пусть нам подадут на стол обед, не будем мы сами носить на стол тарелки». Им требовались парикмахерские, мастерские по ремонту обуви, кабинеты междугородной телефонной связи, прачечные, слышались и высказывания о желательности организовать прокат велосипедов, посуды, надувных принадлежностей для плавания, музыкальных инструментов, телевизоров, радиоприемников. Когда питание было однообразным, они начинали жаловаться, и
