что это очень забавно? Для вас это просто шутка?!
— Нет, ни в коем случае. Честно. Что бы у вас ни происходило, очевидно, что он…
— Я только что рассказала вам, что у нас происходит.
— Ну… Можно тогда поподробнее?
— Каждую ночь он оставляет меня дома одну, а сам отправляется на поиски очередной женщины. Находит, пьет ее кровь. Потом возвращается домой и все мне рассказывает. Я ненавижу эти его встречи с этими незнакомками… что он нуждается в них. Это заставляет меня чувствовать себя… неполноценной. Понимаете? Чувствовать, будто одной меня ему недостаточно.
— Ну, для таких, как он ни одной женщины не будет достаточно, — ответил я.
— Это очередная насмешка? Потому что если это так, то я сейчас же выйду через эту дверь и…
— Нет-нет, я совершенно серьезен, — заверил я. — Будучи вампиром, он не может питаться только вашей кровью. В противном случае истощение наступило бы у вас в кратчайшие сроки. И вы давно уже были бы мертвы. Филу просто необходимо искать кого-то другого. Или его жажда заставит его убить вас. Его походы на сторону вполне можно было бы расценить и как акт любви. Любви к вам.
— Я знаю это, — она выглядела так, будто готова была снова расплакаться. — Но моя жизнь вовсе не становится от этого легче.
— Вы ревнуете его к другим женщинам? Тем, которых он сосет?
— Конечно, да!
— Вашу кровь он тоже пьет?
— Время от времени, — Трейси просунула пальцы под воротник своей блузки и потянула его вниз. Верхняя пуговица расстегнулась, но она, казалось, даже не заметила этого. Сбоку на ее шее были две раны, которые выглядели точно так же, как в фильмах о Дракуле. Но они были практически зажившими. Затянувшиеся шрамы выглядели как маленькие розовые кратеры.
«Настоящие или искусный грим?» — спросил я себя.
Был только один способ выяснить это. Я откатился назад на своем передвижном кресле, вышел из-за стола и присел на корточки перед Трейси. Вблизи ранки выглядели вполне достоверно.
— Они все еще болят? — спросил я.
— Нет. Это никогда не бывает больно. Даже когда его клыки вонзаются в меня.
— Вам совсем не больно, когда он прокусывает вам шею?
— О, нет, — с мечтательным видом она провела кончиками пальцев по крошечным еле заметным следам от укусов. — Никакой боли. В этот момент… просто невероятные ощущения.
Я поднял указательный палец.
— Вы позволите?
Она кивнула и убрала руку. Я осторожно пробежался пальцами по следам от укусов. На ощупь они казались достаточно реальными.
— И что, Фил действительно сделал это своими зубами? Он по-настоящему прокусывает вам шею и сосет из нее кровь?
— Да.
Пока Трейси поправляла воротник блузки, я поднялся и присел на край стола перед ней. Расстегнувшуюся при осмотре пуговку, она застегивать не стала.
— И вы здесь, потому что вам не нравится, что он делает то же самое с другими женщинами?
— Совершенно верно.
— Фил мог убить кого-нибудь из них?
— Нет! Что вы? Я в этом абсолютно уверена. Он совсем не такой, как… ну вы понимаете, как Дракула. Он очень добрый, нежный человек. И очень ценит жизнь.
— Из тех парней, про которых говорят «и мухи не обидит»?
— Э-э-э… их он иногда ест. Но вообще в нем нет ни капли злобы. Он никогда не убил бы человека. Фил всегда очень осторожен, и заботится, чтобы никому не навредить.
— Но он ведь забирает у них их кровь силой?
Она посмотрела на меня в замешательстве. — Ну да, он же высасывает ее из них. Для этого нужны усилия.
— Я имею ввиду, дают ли они ему на это разрешение? Все происходит по согласию?
— О, конечно. А кто бы не согласился? Фил… очень привлекательный мужчина, понимаете? Остроумный, образованный. Я думаю, что многие женщины находят его неотразимым. И, в добавок ко всему, у него есть и особые способности.
— Что за способности?
— Гипнотические. Он может подчинить себе разум практически любого человека. Ну, знаете, как будто заколдовывает его
Трейси щелкнула пальцами. — Просто — раз и они превращаются в зомби. Ну, не в настоящих зомби, конечно. Ну вы уже понимаете, что я имею в виду?
— Он может ввести человека в транс, и тот будет делать все, что он прикажет.
— Да, точно. Но самое главное, что после этого они ничего не могут вспомнить.
— И Фил использует эти особые способности на своих жертвах?
— Э-э-э, не знаю, можно ли называть их жертвами.
Ладно, скажем так — женщин, которых он сосет, Фил вводит в транс?
— Конечно, всех без исключения. Но не меня.
— И почему же он не применяет свой гипноз на вас?
Ее взгляд сказал мне, что она сочла это глупым и бестактным вопросом. — Потому что я его жена, конечно.
— Ох. Ну разумеется! Просто, видите ли в чем дело: если ваш муж вводит в транс этих женщин, или гипнотизирует, или как это еще называется, то тем самым он лишает их способности принимать какие-либо решения. Другими словами: с юридической точки зрения ни о каком согласии с их стороны не может быть и речи. Если бы он в подобных обстоятельствах занимался с ними сексом…
— Он этого не делал!
— Но если бы он таким образом занимался с ними сексом, это было бы равносильно изнасилованию. Поэтому я практически уверен, что он нарушает какой-то закон, когда кусает их высасывает их кровь, фактически не имея на это разрешения. И, следовательно, это дело полиции. Я же всего-навсего частный детектив и не имею полномочий, чтобы…
— Да я не хочу, чтобы Фила арестовали! — выпалила Трейси, отчаянно мотая головой. — Я ведь не за этим к вам пришла. А совершенно по другому поводу.
— Так чего же тогда вы хотите?
— Я хочу, чтобы он прекратил это делать. Хочу, чтобы он перестал ходить к другим женщинам. Чтобы всегда и во всем он был только со мной.
Она посмотрела на меня с таким отчаянием, что мне захотелось тут же заключить ее в объятия. Чтобы утешить, успокоить, защитить. Но я хорошо себя знаю. Когда дело касается молоденьких симпатичных девушек, нуждающихся в моей защите, мне бывает трудно удержать себя в руках, сохранять выдержку и самоконтроль. Поэтому я,
