мне нужно увидеть тебя. Ты как будто прячешься от меня за этими дурацкими очками.
Он снова улыбнулся.
— Давай-ка сама.
Подавшись вперед, он опустился на неё, и, когда его горячее тело прижалось к ней, а язык скользнул между ее губ, Ким протянула руку и сдвинула очки ему на лоб.
У него не было глаз.
Пустые глазницы. Тёмные кровавые провалы.
Ким вскрикнула и оттолкнула его, и, вздрогнув, проснулась, резко выпрямившись. Пот струился по её телу. Она сидела, хватая ртом воздух. Сон. Это был всего лишь сон. Господи, как глупо!
Поначалу всё шло так здорово, правда до определенного момента. Пока дело не дошло до его глаз!
Чёрт. Дались мне его глаза?
— Боже, — пробормотала она. — Что со мной не так, если я представляю себе что-то подобное?
Она откинулась назад, крепко обхватила себя руками и покрутила головой, чтобы снять напряжение с шеи.
И увидела его.
Он вернулся.
Лежал себе, растянувшись на песке, в нескольких футах от нее, но уже справа. Зачем-то перебрался на другую сторону. Однако, поза его почти не изменилась — как и прежде, его голова покоилась на скрещенных руках, повернутая к ней. Как и прежде, на нём были странные круглые очки, которые скрывали его глаза за темно-зелеными линзами.
«Если у него вообще есть глаза», — подумала Ким.
Она непроизвольно поморщилась.
— Что-то не так? — спросил он.
— Да. Ты. Что ты здесь делаешь?
— Наслаждаюсь пляжем.
— Это большой пляж. Почему бы тебе не пойти в другое место?
— Мне здесь нравится. Вид — просто загляденье.
— Да? А я подумала, может, ты слепой или что-то типа того.
Он улыбнулся, продемонстрировав ровные белые зубы. Затем перевернулся и сел, повернувшись к ней лицом. Скрестив ноги, он отряхнул плечи и грудь от песка.
— Ты долго спала, — сказал он.
— А ты, надо думать, всё это время пялился на меня.
— У тебя был такой вид, будто тебе приснился кошмар.
— Зачем ты носишь эти дурацкие очки?
— Они не дают песку попасть в глаза.
— В них ты выглядишь как придурок.
— Ох, ну извините-простите. — Парень ухмыльнулся, вздёрнув вверх один уголок рта. Затем поднёс руки к вискам и прикоснулся к очкам.
Сердце Ким, казалось, пропустило один удар, и тут же бешено заколотилось. Её желудок сжался. Перехватило дыхание.
— Нет, — выдохнула она. — Не надо.
Слишком поздно.
Он сдвинул защитные очки на лоб.
На Ким смотрели голубые, как небо, глаза с длинными шелковистыми ресницами. Они казались задорными, понимающими, нежными.
Он был таким классным!
— А теперь? — спросил он.
— Теперь намного лучше, — ответила Ким. Её голос прозвучал хрипло, звук едва пробивался сквозь спазм в горле.
— Меня зовут Сэнди, — представился парень. Улыбаясь, он тряхнул головой. Из его тонких, поблескивающих на солнце волос на плечи и лицо посыпались крупинки песка.
— Ну, понятно почему[32], — сказала Ким.
— Нет. Вообще-то меня назвали в честь Коуфакса[33].
— Ой. А я — Ким.
— Рад знакомству, Ким. И вот что я тебе скажу — если в ближайшее время не перевернёшься, твоя прекрасная кожа может обгореть.
Она снова опустилась на одеяло и перекатилась на бок, повернувшись лицом к нему. Прекрасно осознавая, как ее груди перекатываются под тонкими, податливыми лоскутами бикини.
— Если я перевернусь, — протянула она, — у меня может сгореть спина. Если, конечно, ты не хочешь мне помочь.
— Каким это образом?
— С маслом для загара.
— А-а-а. Ну, думаю, с этим я справлюсь.
— Вот спасибо. — Ким перевернулась на бок и потянулась. Она скрестила руки под подбородком и краем глаза заметила, как Сэнди пристально разглядывает её, пока она ёрзает на одеяле, придавая песку удобную форму. Вспомнился твердый комок, который раньше выпирал снизу и мешался. Сейчас она его совсем не чувствовала.
Наконец Ким перестала двигаться.
Сэнди всё также продолжил сидеть на своем месте.
— Ну так что? — спросила она. — Ты идешь?
Парень опять тряхнул головой. С его волос снова посыпался песок.
— У меня есть идея получше, — сказал он. — Почему бы тебе не подойти сюда?
Что это еще за игры в доминирование?
Или он просто хочет полюбоваться, как я встану и пройдусь, хочет насладиться моим телом в движении.
— У меня тут одеяло, — сказала она.
— Так а я про что? Оно тебе ни к чему. Только мешает. Тебе нужно лежать на песке.
— Ага. Я же вся перепачкаюсь. Он везде налипнет.
— Потом просто примешь душ.
Ким посмотрела в его чудесные глаза. «Он представляет меня обнаженной в душе, — подумала она. — Может быть, видит себя рядом со мной под струями воды. Намыливает меня».
Она приподнялась, подхватила скользкий флакон с маслом для загара и сползла с одеяла. Медленно двинулась в его сторону на четвереньках, подняв голову и наблюдая за ним. Её ладони и колени погружались в горячий песок. Жалко, что он не мог видеть, как покачиваются её груди, но у него, должно быть, был прекрасный вид на её спину, обнаженную, за исключением двух завязанных шнурков, которые удерживали её топ, и третьего, который спускался с бёдер к узенькой облегающей полоске ткани на ее ягодицах.
Она остановилась перед его скрещенными ногами и приподнялась. Стоя на коленях, протянула ему флакон.
Он принял его из её рук.
— Тут пойдет? — спросила она.
— Да. Здесь нормально.
Ким развернулась к нему боком и легла на живот. Песок показался таким горячим, что сперва она испугалась, что может обжечься. Но уже через несколько мгновений привыкла к жару. Она немного поерзала, плавно извиваясь и наслаждаясь тем, как сыпучая поверхность послушно поддается, нежно прижималась к ее телу.
— Разве это не приятнее, чем одеяло?
— Совсем другие ощущения.
— Да. Ты как будто плывешь, — вкрадчиво произнес он. — Плывешь по тёплому морю, которое любит тебя. Чувствуешь, как песок обнимает тебя? Чувствуешь, как он поддерживает каждый твой изгиб, старается заполнить каждую впадинку?
— Мне кажется, чувствую.
«Ну да, — подумала она про себя, — это вроде как мило и приятно, но не настолько, чтобы забыть обо всём остальном. Этот парень, может, и красавчик, но всё равно немного странновастенький».
— Так ты намажешь мне спину маслом?
Улыбаясь, Сэнди кивнул. Когда он встал на колени и подполз к
